Глава 57

Матвей После того, как сученыш стал трезвонить на телефон курвы, Харон принес гаджет мне, спрашивая, как поступить дальше. Мне же нужно было, чтобы этот подонок понервничал. И лишь когда он начал заваливать ее сообщениями и смарт стал пиликать раз за разом, оповещая о входящих сообщениях на ватсапе и видеозвонках, написал ему сообщения от рыжей курицы: Рыжая бестия: Прости, мама заболела, не могу ответить. Пришлось срочно вернуться домой. Что-то случилось? Станислав Никольский: Что это значит, что тебе пришлось вернуться? Быстро прими звонок! Немедленно! Рыжая бестия: Прости не могу! Нужно срочно бежать… Закинул удочку, заставляя того еще сильнее понервничать. Я же ловил кайф, наблюдая за тем, как он бесится. Давно не испытывал такого удовлетворения. Нравилось следить, как мечется из стороны в сторону этот ушлепок, переходя на оскорбления и требуя разговора. Нужно только дождаться, когда он в ярости примчится сюда искать наши бабки. С Лины снимут все обвинения, стоит только вернуть бабло на счета общака. Но что-то меня останавливало. Какое-то смутное подозрение, что этот гандон работал не один. Мозгов бы не хватило, провернуть это все в одиночку, даже с помощью своей бухгалтерши. Взял смартфон, и набрал номер надежного, преданного пацана, обязанного мне жизнью. Этот юный гений отказывался общаться с кем-то, кроме меня. А Харона, так откровенно побаивался. – Владос, есть дело, выполнив которое, ты рассчитаешься со мной! Жду у себя! Снова просматривал отчеты, составленные рыжей курвой. Внимательно, в который раз, вглядывался в документы салона «Энджел». И ничего не находил. Все идеально. Но интуиция все отчетливей вопила, что такую хитрую схему, Никольский не додумался бы. И тот, кто стоял за пидорком и рыжей, главный организатор! Тот, кто это все затеял, основательно взялся копать именно под меня. Лина просто сопутствующий ущерб. Как и Стасик, его использовали, и уже слили. Даже Якуба и его дочка, с которым меня пытаются стравить, ни при делах. Значит, это кто-то из Совета. Кто именно? Острый. Левак. Антипа. Котелок. Штырь. Мороз. Кто решил меня слить? Или возможно, все вместе? Появившийся вскоре Владос, почесал подбородок, подумав над задачкой со звездочкой. – Мне нужна помощь, – тяжело выдохнул. – В плане? – Могу я позвать еще двоих надежных парней? С ними мы быстрее обнаружим любые вмешательства, – смотрел на меня со страхом и трепетом. – Почему я могу быть в них уверен? – никаких сторонних людей. Это табу. Меньше левых и тогда меньше проблем. – Я за них ручаюсь, – как-то излишне уверенно заявил малой. – Смотри, поц! Если что не так, за яйца подвешу всех троих, – сканировал взглядом прыщавого задохлика. – Не будет причин. Вскоре мой кабинет оккупировали, вонючие и потные задроты, не видевшие за свою жизнь ни одной голой девки. Хмыкнул, поражаясь, что все стало зависеть от каких-то ботанов. – Сделаете все по красоте и отблагодарю вас, подгоню вам самых сочных телок, – пообещал парням. И приставив к ним Лысого, оставил салаг пыхтеть. Сутки он копали и сверяли, пока не предоставили мне следы миллионных утечек. Молодняк стал копать дальше, выявляя мелкие суммы испаряющиеся из общака в неизвестном направлении. Не через салоны Лины, в обход нашей «прачечной». След оказался настолько запутанным, скрытым, что даже этим задротам-салагам пришлось попотеть и засесть за работой более плотно. – Почему этого не было обнаружено раньше? Владос, блядь, ты кто хакер, или тупой юзер, впервые увидевший компьютер? – рычал я, наматывая круги по кабинету из стороны в сторону. – Я тебе за что бабло плачу? Чтобы ты штаны даром просиживал? – остановился рядом, схватил сопляка за грудки. – Или, это ты сливал бабло с общака? Решил подставить меня? А свалить все на ни в чем не повинную девушку? – оттолкнул парня от себя, и тот рухнул в кресло. Испуганный, но смотрящий прямо на меня, давая понять, что ему нечего скрывать. Владос стойко выдержал мой пристальный взгляд. Даже не моргнул. На его лице ни один мускул не дрогнул. – Матвей Устинович, я вам жизнью обязан, не расплачусь никогда, – прошипел раздраженно, глядя смело прямо мне в глаза, давая понять, что ничего не скрывает. – Но если считаете меня виновным… – Ладно, Влад, проехали, – вдохнул и выдохнул, провел пятерней по волосам. Этот парнишка не стал бы, не после того, как я его вытащил из самой глубокой задницы в мире. – Работайте дальше. Сорвался. Нервы ни к черту. Когда так тиски сжимают, начнешь подозревать всех и вся. Найдите мне ту падаль, Владос. Найди! – Матвей Устинович, сделаю! К тому же, вы там телок пообещали… – тут же покраснел парень и уткнулся в ноутбук, а затем вздохнул, на мгновение замер, словно не решался что-то сказать. – Ну, что еще? Говори! – терпеть не мог недоговоренностей. – Есть подозрение, что на ноут вашей девушки, как и на рабочий комп, подгрузили программу, которая вместе с отчетом каждый месяц отправляла маленькие суммы на другой счет. В обход «прачечной», – замер, боясь поднять глаза. – Что это значит? – Нам бы ее комп проверить… – Если нужно предоставлю. Что-то еще? – Даа-а-а, – растянул Влад и я почувствовал, как на меня уставились его друзья. – Проверив бухгалтерский ноут, нашел еще кое-что. Информация о миллионах мелких переводов с наших подставных фирм. Мелочь, на которую никто не обратил внимание. – Владос, не еби мне мозги всей этой херней, – рыкнул раздраженно, снова усаживаясь в кресло. – Говори кратко и по существу! –– Кто-то еще ворует с общака бабло, Матвей Устинович. И делает это уже очень давно, мелкими суммами. – Ты выяснил кто? Я не то, что не поверил, а охуел после новостей пацана! Ах, ты курва! Взял смарт, и набрал Харона, с нетерпением ожидая ответа. После продолжительных гудков, он наконец взял трубку. – Слушаю, – запыхавшись ответил Харон. На заднем фоне отчетливо слышался мужской гогот, женские стоны, пошлые шлепки плоти о плоть, и громкая музыка. – Харон, эта шалава еще в сознании? Не затрахали до смерти? – спросил, надеясь лишь, что она еще адекватная. Иначе… – Что случилось? – мой помощник сразу стал серьезным, вся веселость тут же слетела. – Она нам не все рассказала. Забыла кое о чем поведать. В подвал ее! Живо! – Пять минут! – отчитался Харон холодным голосом, и отключился. Я отложил смартфон в сторону, уставился на экран ноута, который Владос поставил передо мной. – Вот эти счета на островах, – указал на открытый экран с каким-то цифрами и буквами. – Именно туда сходятся все суммы. – Кому принадлежит? Как вернуть? – спросил постукивая пальцем по деревянному полированному черному столу. – Мне нужны пара часов. – Действуй. Минут через десять я спускался в подвал, едва сдерживаясь, чтобы не свернуть шею этой лживой стерве. Смотрел на рыжую голую телку, всю в сперме и засосах. С растрепанными грязными волосами, с потекшей косметикой. И во мне ничего не шевельнулось. Лишь жажда закопать живьем, за то, что посмела все свалить на мою куколку. – Похоже, мразь, ты не совсем поняла, с кем связалась, – произнес, равнодушно глядя на девку. – Думала, я не узнаю о том, что ты уже в течение года сливала бабло с общака на счета на островах? – Это не я, – скулила тварь, вытянувшись по струнке смирно. Пока меня не было, Харон успел нацепить на ее руки наручники, и подвесить на цепь к потолку, так что теперь, она вытянувшись, с поднятыми вверх руками, едва доставала кончиками пальцев пола. – Говори, шалава! Кто тебя нанял? Только не нужно мне тут гнать пургу, что это все твой пидор любовничек. Ни ты, ни он в жизни бы не додумались до такого. – Не могууу! – выла девка, сжимая кулаки, по ее щекам текли слезы, спеси в глазах поубавилось. – Он меня убьет! – Кто он? Говори! – Харон, стоявший в сторонке, поигрывал кнутом настолько виртуозно, сами кнутовища извиваясь, скользили по полу, у самых ее ног, даже слегка задевая пальцы. На теле бухгалтерши уже красовались несколько рубцов от хлыста. – Не скажешь, убьем мы, – произнес спокойно, скрестив руки на груди, – и поверь, то, что было прежде, покажется тебе цветочками. Я отдал приказ Харону только напугать суку, не калечить. Она мне еще нужна, чтобы выманить Никольского. – Вы с любовником сами не додумались бы обнести общак. Смелости бы не хватило. Значит, кто-то взял вас под крышу. Пообещал безопасность? – от моего оскала девка побледнела, и задрожала еще сильней. – Не надо, пожалуйста, я все скажу! Назову имя!