Глава 41. Раздражающий элемент.
Возвращаюсь домой с курсов. Сегодня я что-то задержалась: обычно успеваю вернуться домой раньше бабушки и приготовить ужин. Но, как оказалось, ногти – это ещё тот увлекательный аттракцион.
Пролетаю мимо дома соседа. Он так раз открыл ворота, чтобы загнать свой «трактор».
-Здрасьте, - бросаю ему не останавливаясь.
А он лишь глянул на меня сурово, и ничего не ответил. Культуры – ноль.
Мы с ним, как одноимённые полюсы магнитов, никогда не примагнитимся. Он постоянно рычит, а я шиплю… И все, что нас соединяет — это забор и бабушка.
Стараюсь с ним не конфликтовать. Он много помогает бабушке: то починит, то подкрутит… я такое делать не умею, поэтому стараюсь просто с ним поменьше общаться. Я ему тоже не нравлюсь… но что поделать… Уезжать мне некуда, поэтому – привыкнет. Тем более, пока я хожу на курсы, то пересекаемся мы очень редко. А как на работу устроюсь, так вообще… забуду, как выглядит.
В нашем домике горит свет. Значит бабушка уже дома.
-Бабушка, привет! Я дома, - кричу с порога.
Обычно, пока я раздеваюсь, она обязательно выходит из кухни или своей комнаты, чтобы встретить меня. А сейчас, нет. Чувствую что-то неладное. Быстро сбрасываю куртку и обувь и бегу в ее комнату.
Бабушка лежит на кровати, повернувшись к стене лицом. В комнате полумрак.
-Ба… - тихо ее зову. – Тебе плохо? – подхожу ближе и касаюсь рукой плеча.
-Ой, Яночка, - вздрагивает, - а я задремала. Выпила лекарство и… - переворачивается, поворачиваясь ко мне лицом.
-Что у тебя болит? – спрашиваю встревоженно. – Давай скорую вызову.
-Нет-нет, не надо. Я полежу немного… может полегчает. Что-то сердце давит. Наверное, погода поменяется. Ты иди, поужинай. Не переживай…
Она снова прикрывает глаза. А я… так и стою, рассматривая ее. И как тут не переживать? Кроме бабушки у меня сейчас никого и нет… Даже думать страшно, что я могу остаться одна в малознакомом городе. И что делать?
Может все-таки позвонить в скорую? Хуже точно не будет… Ну, приедут, посмотрят… давление померяют, может что уколют…
Или не звонить, как бабушка просила? Она-то лучше знает, чувствует.
Вот с кем посоветоваться, как правильно поступить?
Беру телефон, накидываю куртку и выхожу на улицу. И начинаю ходит их стороны в сторону, разговаривая сама с собой вслух.
-Ты че там бродишь и бубнишь? Колдуешь? – перевожу взгляд на источник голоса.
Сосед. Стоит на пороге своего дома и смотрит в мою сторону. Между участками есть забор, но он ниже человеческого роста. Поэтому не спрятаться от него, ни скрыться…
Смотрю на него, и думаю: - Может у него спросить, как правильно поступить? Он все-таки знает бабушку лучше меня. Конечно, это ужасно звучит… внучка будет спрашивать у соседа… Ну а что делать? Больше взрослых тут нет… только этот…
Набираюсь смелости и спрашиваю:
-Эм… посоветуйте, как правильно поступить, - начинаю издалека.
-Сразу отшивай! Я подтверждаю, мужикам только секс от вас и нужен… - перебивает, и дает совет совершенно не по теме.
-Стоп! Это, конечно, была плохая идея, начинать с вами разговор, но бабушке плохо, а скорую она не хочет вызывать. Что мне делать?
-Вызывай! Я сейчас! – срывается и бежит к воротам.
Пока я набираю скорую и диктую её паспортные данные и жалобы, калитка открывается, и сосед заходит с таким же громилой, как и он.
Последнюю фразу диспетчера от растерянности просто не услышала, поэтому отвечаю:
-Ага, ждем, - и кладу трубку.
Эти двое уверенно заходят в дом, а я топчусь на пороге, не решаясь.
-Вот дурная! – ругаю себя. – Вообще-то я здесь живу! – открываю дверь и захожу.
Сосед стоит на пороге бабушкиной комнаты, а второй с ней разговаривает.
-Какое давление? Угу.. – слышу обрывки фраз.
Хочу пройти в бабушкину комнату, чтобы быть в курсе разговора, но сосед не дает пройти.
-Пошли на кухню, - оттесняет меня своей мощной фигурой, заставляя изменить курс.
Деваться некуда — приходится зайти на кухню. Присаживаюсь на стул и, потупив глаза в пол, жду результата: либо скорая быстрее приедет, либо тот, который у бабушки (как я понимаю, он врач), выйдет и скажет хоть что-то…
Сосед тоже молчит. Оперся плечом о косяк, и видно, что прислушивается к тому, что говорит его друг.
Через пару минут в кухню заходит тот второй…
-Здравствуйте, - подскакиваю со стула, - как там бабушка?
-Надо везти в больницу, - пожимает плечами.
-Ну ты же врач! – возмущенно подмечает сосед.
-Травматолог, - уточняет второй. – Чем мог, я помог. Лучше отвезти в стационар и там наблюдать. Скорую вызвала? – смотрит на меня вопросительно.
И тут в окне замелькали проблесковые маячки. Подъехала скорая.
-Выйду, открою калитку, - говорит сосед Андрей и идет к выходу.
А я топчусь на месте, не зная, о чем разговаривать со вторым, как я понимаю, тоже соседом.
-А вы тоже наш сосед?
-Ага, живу напротив. В сорок восьмом доме. Макар Захарович, - протягивает руку и на его лице расплывается обворожительная улыбка.
-Яна, - протягиваю руку в ответ. – Я внучка Варвары Григорьевны.
-Что-то я тебя никогда не видел? А живу я в этом районе уже лет десять.
-Я была здесь очень-очень давно, когда маленькой была.
-Далеко жила?
От неудобных расспросов меня спасает бригада скорой помощи. Они уверенно проходят в комнату бабушки и начинают свой опрос. Тут же на месте делают ей кардиограмму, колют какие-то уколы и предлагают госпитализировать.
Бабушка, понятное дело, против, сосед Андрей настаивает, второй сосед испарился, а я пытаюсь её переубедить, уверяя, что в больнице ей сразу станет легче.
Собираю кое-какие вещи и, сев с ней в скорую, везу её вместе с бригадой в приёмное отделение. Пока её определили в палату и я дождалась осмотра врача, прошло ещё несколько часов. Вроде ничего страшного — вовремя обратились. На завтра ей назначили кучу анализов, УЗИ и что-то там ещё… На их основе поставят точный диагноз. Пока врач озвучил артериальную гипертензию.
Выхожу на улицу. Уже темно. Возле приемного отделения стоит трактор соседа. Мигает фарами, подзывая.
Вздыхаю, и подхожу.
-А вы что здесь делаете?
-Тебя жду.
-Зачем?
-А как ты собираешься добираться домой? Последний автобус приезжает у нам на конечную в восемь.
-Вызвала бы такси, - пожимаю плечами.
-Садись уже, - отвечает нервно. Наверное, надоело уговаривать.
Карабкаюсь в его танк, как пингвин на льдину.
Едем. Он молчит. Но в воздухе чувствуется напряжение. Видно, придумывает для меня что-то позабористее.
-И что там у бабы Вари? – наконец-то рожает вопрос.
-Артериальная гипертензия. Завтра возьмут анализы, скажут точнее.
-Вот странно получается… Жила-жила бабулька, практически не болела, а тут появляешься ты и, не прошло и месяца, как она загремела в больницу.
-Это вы сейчас к чему?
-А к тому, что, может, ты и не внучка, а аферистка? — поворачивается в мою сторону. При свете мелькающих фонарей его глаза сверкают злобно, а выражение лица совершенно недоброжелательное.
-Так может и вы не тот, за кого себя выдаете? А? Прикидываетесь заботливым соседом, а сами…
-А сам?.. – уточняет. При этом на скулах заиграли желваки.
-А сами вывозите старушек в забытую богом деревню, переоформив их жилье на себя.
-Вот ты дура! Долго думала?
-Не дольше вашего. Сами вы… - хотела сказать гадость, но передумала. Если бы у него были какие-то противозаконные планы, то он бы не притащил врача-соседа, пусть и травматолога. – Ладно, простите.
-Чего это вдруг?! – недоверчиво.
-Я правда не думаю, что вы занимаетесь чем-то таким… Кстати, а чем вы занимаетесь?
-Трансплантологией. Шутка. Цех у меня деревообрабатывающий.
-Понятно. Стругаете Буратин?
-Смешно, оценил… - хмыкает.
-А ты чем занимаешься?
-Пошла учиться на маникюршу.
-А чо так? Не хватило ума поступить в университет?
-Хватило. Бросила. – отворачиваюсь к окну. Не рассказывать же ему об Игоре и сыне его Вадиме.
На мою удачу мы практически приехали. Сосед останавливается у своих ворот, а я, выпрыгнув из машины, решаю сказать что-то такое… что должно закопать между нами топор необъявленной войны.
-Послушайте… дядя Андрей…
Замирает, так и не открыв ворота.
-Чего? - Медленно поворачивается. – Какой я тебе дядя?
-Ну… я не знаю ваше отчество… - прихожу в замешательство. По-моему, он меньше обиделся на то, что я обозвала его черным риелтором, чем на приставку «дядя» к его имени.
-Иди домой, не беси меня. – Отворачивается и продолжает бубнить: - Дядя… капец… Подкинул же мне Бог племянницу. За какие грехи, спрашивается?
Вот и закопала топор… по-моему, я его наточила.