Эпилог

Анна

Прошло восемь месяцев с того дня, как богиня вернула меня в этот мир. Все эти месяцы были наполнены для нас с Теоном теплом и любовью, но помимо этого нам пришлось заново расставлять тех, кого «разметало с игральной доски богов».

Богиня выполнила своё обещание и исполнила моё желание, но когда мы начали всё проверять, то обнаружили, что некоторые вещи нужно было дополнительно проконтролировать.

От купцов мы узнали, что Валтор всё-таки жив, но теперь он живёт за морем и служит советником султана. Характер у советника преотвратный, и он периодически впадает в ярость, и тогда султан приказывает посадить его в яму и иногда его бьют палками, по пяткам.

Я так поняла, что в султанате это весьма распространённое наказание. Но потом он успокаивается и его выпускают.

— А почему его не изгонят? — спросила я.

И купец Зиф, оглаживая чёрную бороду, ответил:

— Потому что Валтар-сахиб избранник нашего Бога. И в служении величайшему из всех султанов он искупает то, что не сделал для бога.

Мне даже на какое-то мгновение стало жаль Валтора, но Теон сказал:

— Надо было его регулярно сажать в темницу и бить палкой по пяткам, и тогда бы ему в голову не пришли дурные мысли.

В первый же месяц после нашей грандиозной свадьбы мы с Теоном постарались найти всех, с кем были связаны в Игре.

Даргона мы нашли в доме его отца. Жалкий бастард. Так его там называли. Но Теон пригласил Даргона на службу и вскоре Даргон получил титул, и земли, и стал основателем нового рода.

Узнав об этом его отец попытался предъявить права, но Теон ему быстро объяснил, что он потерял право управлять сыном после того, как не признал его, даже после появления у Даргона родовой магии.

А вот Ялаи с ним рядом не было, я нашла её позже, она жила в небольшом городе на Юге, и про неё, похоже, богиня не забыла, потому что Ялая была замужем, и ожидала ребёнка. Я выяснила, что с мужем у неё были прекрасные отношения, и в их доме царила любовь.

И я осторожно обошла её стороной, также, как и Айрин.

Род Серебряной стрелы готовился к свадьбе. Дочь главы рода Айри Серебряная встретила своего истинного. Отец Айрин решил, что это большая удача, и несмотря на то, что истинный был не родовитым, обычным стражником, он дал согласие на брак. Говорят, что от истинной связи рождаются великие драконы.

Так что Айрин готовилась выйти замуж.

Я выдохнула с облегчением. Значит, всё сложилось, как должно было.

А вот о судьбе маленького дракона из рода Красного пламени нам с Теоном пришлось позаботиться отдельно.

— А как там Витор? — спросила я Теона, зная, что он обязательно заходит к нему на тренировки.

— Растёт, — усмехнулся он. — Учится драться, у мальчишек именно так формируется дружба, когда он вырастет и станет бароном, у него уже будет своя маленькая армия.

Витор, истинный наследник рода Красного пламени теперь воспитывался во императорском дворце, куда переехал по моей просьбе вместе с Корном. Только так мы могли обезопасить род барона от внутренних нападений. Нет смысла нападать на самого барона, если уже есть наследник, тем более находящийся под защитой императора.

Не забыла я и про знахарку.

Марен теперь служила во дворце, главной лекаркой. Сначала она не хотела переезжать из своего городка, но когда она узнала, что императрица беременна, то сразу согласилась. Она и в своём городе считалась лучшей. И пусть она меня не помнила, но это не отменяло то, что нам снова удалось стать подругами.

И теперь я была спокойна, то мои роды пройдут под надёжным контролем.

А вот лес был со мной не согласен.

Я регулярно ездила туда, потому что, как не могла долго без леса, так и он не мог долгое время без меня. И это именно он первым заметил беременность, и так обрадовался, что моя свита чуть было не слегла с инфарктами, увидев всех тех, кого лес вывел на поляну, чтобы спеть песню радости.

Он словно ребёнок, который радовался, что скоро у него появится младший брат и он станет старшим.

И лес убеждал меня, что рожать надо приезжать к нему, и образы, которые он мне посылал, показывали то, что всё пройдёт незаметно.

И именно это меня и напугало.

И я решила, что хочу запомнить этот процесс, каким бы болезненным он ни был.

Кейлан меня поддержал, он теперь тоже мог общаться с лесом, потому что тот принял его, как своего хранителя. И после того, как Кейлан женился, лес принял и его жену. И теперь он жил с семьёй в моём лесу.

Я сидела на террасе, и пыталась записывать то, что ещё надо сделать. Но никак не писалось, потому что очень хотелось спать. Я вообще стала много спать, с тех пор как выяснилось, что я жду ребёнка.

Шаги Теона я узнала ещё до того, как он вышел на террасу.

— Храм почти достроен, — сказал Теон, — можем поехать вместе посмотреть, что получилось.

Храм богине строили уже полгода. Сам храм сделали белым, а колонны их розового гранита. В центре зала стояла статуя богини. Величественная, статная и божественно-красивая вечно молодая женщина.

Но у меня была часовня, и мне её сделали всего за три недели, и там тоже была статуя богини. Пожилая женщина, в платке, сидела на кресле, а в руках у ней была корзинка с клубникой, которую здесь называли фрезия. Эту статую делали по моему заказу, и она была похожа на мою бабушку, но этого никто не знал, кроме меня и Теона.

И в часовне день и ночь горели лампы с маслом фрейзии. И её аромат наполнял помещение сладким обещанием исполнения мечты.

Так будет и в большом храме, чтобы люди приходили. Молились и верили. Потому что вера и есть та скрепляющая сила, что не даёт миру развалиться, а ненасытным богам начать новую игру.

Я встала и прижалась к мужу.

— Хочется верить, что нашим детям не придётся участвовать в играх богов, что с нашей победой партия завершилась.

— Так и есть, — произнёс Теон.

А за морем, далеко отсюда, во дворце султана, человек, которого все звали Валтар-сахиб, сидел в своих покоях. Перед ним стояла шахматная доска.

Он какое-то время молча смотрел на неё, а потом протянул руку и смахнул выстроенные на поле фигуры. Он опять не смог вспомнить правила.

Конец