Глава 30

Меня мутит. Тошнит. Очень сильно тошнит. Буквально воротит от этого Назара. От его взгляда, от голоса, от манеры держаться. Наизнанку выворачивает. Пальцы леденеют. Дрожь сотрясает изнутри, раздирает на части, лишает последних иллюзий. Живот сводит от боли, ощущение, точно стальные лезвия кромсают внутренности. Мерзкое чувство. До жути мерзкое.

- А ты уверен, что хочешь встретиться с моим хозяином? – спрашиваю тихо, гулко сглотнув, продолжаю: - Ты его не боишься? Вдруг он не из тех, кто согласен платить выкуп? Может, проще найти нового покупателя?

Сама не знаю, зачем выдаю все эти вопросы. Просто пытаюсь понять, прощупать почву. Действительно ли подонок настолько уверен в себе и в своем могуществе, никого не страшится. Болтает и не опасается лишних свидетелей. Либо убьет в итоге, либо ему реально наплевать, расскажу я другим людям про преступные схемы или нет.

Вообще, какая разница? Что меняется? Мое положение откровенно паршивое, причем при любом раскладе. Лучше не станет. Только хуже.

Ничего не исправить. Поздно. Отсюда не сбежать и не вырваться. Капкан захлопнут. И выхода не найти.

- У меня все схвачено, - фыркает Назар. - Поверь, я могу организовать тебе групповое изнасилование прямо посреди центрального парка. Никто и слова не скажет. Не возмутится. Ни черта за это не будет. Менты не дернутся. Скажем, тут договорено так. Современное искусство. Инсталляция. Живой спектакль. Короче, задумано заранее. Поверь, сладкая, за мной серьезные люди стоят. Я пешка. Они гребаные короли.

- А что если мой хозяин один из них? - бросаю с вызовом.

Тонкий лёд. Но выбора нет. Назар вполне способен сделать множество моих фотографий, а потом избавиться от меня. Только одно дело уничтожить вещь неизвестного человека и совсем другое - повредить имущество шефа. Вдруг повезёт его припугнуть?

Убивать меня рискованно. Если такая ошибка откроется, его не пощадят. Кто бы за ним не стоял, им это по вкусу не придётся.

Моя фраза заставляет мужчину переменится в лице. Кажется, я могу прочесть мысли, настолько громко работают шестеренки в его голове. Глаза темнеют, губы подергиваются в судороге.

Он сопоставляет факты. Я скрывалась. Без документов. В полицию не шла. Таилась от неизвестных. Все сходится. Верно?

Назар посмеивается.

- Блефуешь, сладкая, бред несёшь.

- Уверен?

- Да! - рявкает и грубо хватает меня за руку, тащит за собой. - От таких людей никто не убегает. Поняла?

- Я и есть никто, - выпаливаю, долго не раздумывая. - Ты даже имени моего не знаешь. Ты совсем ничего не знаешь.

- Кончай заливать.

Он заталкивает меня в какую-то комнату и захлопывает дверь. Его мобильный снова разрывается от звонка, и пока Назар принимает вызов, я оглядываюсь вокруг, пробую отыскать лазейку.

Засада. Вот теперь точно. Окна тут замурованы. В прямом смысле. Намертво закрыты кирпичной кладкой.

- Хватит наяривать, - раздраженно отвечает Назар. - Я занят. Ничего решить не можешь? Что значит выход заблокирован? Замок заклинило? В смысле вы не можете выйти из дома? Да что ты, черт побери, такое несёшь? Чердак потек? Не наш чердак. Твой! Остолоп... стоп. Глохни. Сказал. Твою мать. Заткнись. Просто перезагрузи сраную систему безопасности. Ясно? Запусти это дерьмо заново. Очень легко. Даже ты поймёшь. И не смей звонить. Не смей! Не отвлекай меня, блять. Пусть Ибрагим сделает. Да. Сейчас же. Пусть делает. Вперёд.

Обнимаю себя руками, стараюсь унять дрожь. Мне становится ужасно холодно, ведь я остаюсь лишь в нижнем белье. Платье содрано. От мрачного взгляда, что неодобрительно скользит по мне, становится ещё холоднее. Назар зол.

- Тебе надо помыться, - заявляет он. - Грязная. В синяках. Я хочу выгодно показать товар. Так не прокатит. Выглядишь как бомжиха.

Мои колени ободраны до крови. Плечи тоже покрыты ссадинами. Не помню, как это произошло. Ноги пострадали, когда меня из подвала наверх волокли. Насчёт остальных травм понятия не имею.

- А это что такое? - брезгливо кривится Назар, вперив взгляд в низ моего живота. - Что за хрень? Что с тобой?

Смотрю туда же, куда и он.

- Это, - запинаюсь и на автомате заключаю: - Ничего.

Мои светлые трусы пропитывает кровь. Тонкие струйки стекают по бёдрам. Алые капли скользят по белой коже все ниже и ниже.

Кошмар. Почему именно сейчас?

- Ты больная? - не унимается Назар. - Не понял. Венерическое?

- Это месячные, - задыхаюсь от внезапно накатившего стыда. - Вы торгуете женщинами и не знаете, что у них такое бывает?

- Дерьмо, - хватает меня за волосы и опять тянет, заставляя кричать, заталкивается в ванную комнату. - Ещё ковёр загадишь.

Теперь понятно, почему болел живот, почему так сильно трясло и штормило. Ещё бы с остальным разобраться, вырваться из ловушки.

- Белье в мусорную корзину, - распоряжается Назар. - Потом в душ.

- Ты будешь смотреть?

- Буду все делать, - совершает непристойный жест бёдрами.

Горечь подкатывает к горлу. Обжигает. Мне кажется, ещё немного и начнётся рвота.

- Тебе не противно? - усмехаюсь, поборов тошнотворный спазм.

- Ты подмоешься, - наводит на меня телефон. - Фото отснимем и развлечемся. На крайняк в зад отымею. Ну или минет отстрочишь. Ты девка бывалая. Это видно.

Да. Бывалая. Очень.

Послушно стягиваю нижнее белье и выбрасываю. Забираюсь в ванную. Назар стоит в проходе. Лыбится. Расстегивает рубашку, не снимает, но все равно мне становится тошно от его действий.

Мою кожу покалывает. Странное чувство. Холод отступает и становится горячо. Даже дышать тяжело. Впечатление, точно воздух накаляется.

Пульс впадает в бешенство. Толчки крови оглушают. Перед глазами все плывёт и мутнеет. Страшно. До дрожи страшно.

Я должна сделать что-то. Должна. Надо спастись. Надо сбежать. Надо...

Дай мне сил. Прошу. Пожалуйста. Сама не знаю, к кому обращаюсь. Просто взываю к высшим силам. Просто пытаюсь достучаться.

- Тебе лучше меня отпустить, - говорю тихо, но твёрдо. - Пока не поздно.

- Да ну? - презрительно ухмыляется. - С какой радости? Ты горячая девка. Если не продам, себе оставлю. Люблю блондинистых бабенок.

- Он тебя уничтожит.

- Он?

- Мой хозяин.

Назар смеётся, но эта реакция меня не тормозит. Наоборот подстегивает продолжать дальше.

- Отпусти меня, - чеканю настойчиво. - Отпусти и тебе ничего плохого не будет. Если он придёт и не найдёт меня, то оставит вас в живых. А если узнает, если поймёт, что мне причинили боль, то каждый погибнет.

- Я типа испугаться должен? Ой как страшно. Дрожу, дрожу...

- Выпусти, - повторяю. - Просто выпусти меня отсюда. А когда он придёт, то не говори, что я вообще здесь была, не признавайся. Молчи и все.

- За дебила держишь?

- Это твой последний шанс.

- Считай, что я его просрал, - противный смех скорее похож на отрыжку. - Ну? Что мне будет? Кто меня накажет? Кто? Где твой супер защитник?

- Только тронь и...

Назар обхватывает талию. Сжимает. Потом проходится по груди.

- Вот! - вопит. - Тронул. И что? Что мне за это будет?

- Ты истечёшь кровью, - выдаю холодно.

Он даже руки отдергивает. Хмурится.

Я и правда желаю ему всего самого плохого. За то, что он сотворил с Миланой. За всех тех женщин в подвале. За каждую загубленную душу. Я бы даже не отказалась от того, чтобы Рустам Ахметов переломал ему все кости.

Вряд ли человека можно сходу заставить истечь кровью. Вряд ли это физически возможно. Зато кости переломать вполне реально.

Господи. О чем я думаю? Что я несу?

Сама кровью истекаю. Пусть и не по вине Назара. Но ему точно ничего плохого не будет. Никто его не накажет. Этот ублюдок продолжит вести свой гнилой бизнес на чужих костях.

- Больная сука, - выплевывает он.

Даже не спорю. Больная. Четко подмечено.

- Клянусь, - шиплю я. - Истечёшь кровью. Обещаю тебе. Истечёшь. Захлебнешься и сдохнешь.

Назар замахивается на меня. Хочет влепить затрещину. Но замирает. Как-то очень странно застывает на месте. Не двигается.

Моргает. Дёргается. И цепенеет как статуя. Из уголков его глаз скатываются тёмные капли. Густые. Бордовые. Из носа вытекает ярко-красная струйка. Рот приоткрывается в беззвучном крике.

Я вжимаюсь в стенку. Впечатываюсь в кафель.

Что с ним? Что это?

Кровавые слёзы льют градом, полностью покрывают щеки. Из ноздрей вырывается настоящий поток алого цвета. Багрянец застилает лицо.

Назар кашляет. Точнее пытается кашлянуть. Подергивается. Содрогается в жутких спазмах. Зрелище чудовищное, ожившая картина из фильма ужасов. Чертов триллер. Я схожу с ума?

Кровь настоящая. Запах забивается в лёгких. Дурманит, заставляя мой желудок сворачиваться узлами.

Это не по-настоящему. Нереально. Это выдумка. Наваждение. Так же не бывает на самом деле.

Я только сказала. Только подумала и...

Он истёк кровью. Почти в ту же секунду.

Проклятье. Может, меня накачали наркотиками? Может, это бред? Точно бред. Другого объяснения нет.

Назар падает на колени. Погибает медленно и мучительно. В ужасающих страданиях. Корчится. Пробует заорать и не может. Дёргается в судорогах, продолжает захлебываться собственной кровью.

Мое сердце пропускает удар. Нет. Мое сердце совсем не бьется.

- Принцесса, - хриплый голос продирает разум насквозь. - Я все твои желания исполню. Только загадай.

Огромная темная фигура надвигается как сама судьба. Неотвратимо. Подступает вплотную.

Ахметов. Проклятый Рустам Ахметов. Он спас меня? Он?! Нет, невозможно.

Нет, нет, нет...

Он отпихивает Назара ногой. Убирает с дороги как мусор. Успеваю заметить что-то в затылке работорговца. Нож? Кинжал? Мельче. Гораздо мельче. Блеск металла слепит.

Ахметов останавливается прямо передо мной.

- Кто? - вопрос звучит как гром, прежде насмешливый тон резко меняется, угроза осязаема. - Кто тебя обидел?

Я чувствую хищный взгляд. Мрачный и тяжелый. Понимаю, куда этот дикий зверь смотрит. Ощущаю. На окровавленные бёдра, на низ моего живота.

Жар ударяет в голову. Не представляю, как ещё держусь на ногах.

- Я... - не дышу.

- Кто? - Ахметов сдавливает мои плечи до хруста. - Кто посмел тебя тронуть?