Глава 27

Уже в просвет между прутьями забора на крыльце замка Штраймана я увидела свой чемодан с вещами. Горько ухмыльнулась. Ситуация ожидаема, но от того не менее утопическая.

Герольд уже прознал об утечке информации и принял решение выдворить меня на кислород. Я подозвала охранника и попросила привязать доберманов. С понуро опущенной головой вошла на аллею, ведущую к мраморному крыльцу с белыми колоннами. Мой потертый чемодан брусничного цвета с круглыми значками Марвел сиротливо смотрелся на фоне помпезного парадного входа.

— Роджер, я могу поговорить с мистером Штрайманом? — спросила я амбала, преградившего своей плечистой фигурой входную дверь.

— Мисс Эвелина, к сожалению, хозяин дал указания не впускать вас в дом, — с нотками сожаления произнес охранник.

— Передай своему хозяину, что мне нужно поделиться с ним очень ценной информацией. Всего пару слов, и я покину этот дом навсегда. Добровольно, — Роджер засомневался, с жалостью глядя на меня с высоты первых ступеней. Я, наверное, была похожа на птенца, выпавшего из гнезда. Потому что мужчина все-таки кивнул и по рации спросил Герольда, можно ли нам поговорить.

Фашист сомневался недолго. Наконец, меня впустили в крепость и провели к его кабинету, будто я сама не знаю дорогу. Герольд сидел в полумраке. Окна были завешены плотными портьерами, в его руке дрожал бокал с виски. Я впервые видела, чтоб этот мужик пил алкоголь. Видно, всплывшие подробности его преступления конкретно подпортили ему настроение.

— Мистер Герольд, я здесь ни при чем, поверьте! — с ходу начала я. — Я не брала телефон Рэйнера, не размещала на своих страницах новость о вас. Подумайте, зачем мне рыть себе могилу, когда мы только нашли общий язык.

— Уже неважно, — отмахнулся Герольд и отпил глоток виски.

— Мне важно. Я не собираюсь копаться в вашем грязном белье и обвинять вас в преступлениях. Содеянное — на вашей совести. Уверена, вы когда-нибудь раскаетесь в насилии над невинной Юлей. Времени-то у вас не много до Божьего Суда. Возраст не детский…Подумайте, если вы выгоните меня на улицу без денег, то в самый важный момент на небе этот поступок добавит еще один камень- булыжник! на чашу греховных весов. Помогите мне, и у вас появится возможность искупить один грех, — с запалом начала я и подошла ближе к столу.

По мере того, как я говорила, глаза Герольда округлялись от удивления. Фашист не ожидал от меня такой тирады. Да, я подготовилась. Всю дорогу к замку Штраймана продумывала варианты нашего диалога. Упрекнуть его близкой смертью и расплатой за грехи показалось мне самым действенным рычагом давления. Моя цель — построить свою жизнь. Удержаться в Рич Парамаунт. И, к сожалению, реализация ее зависит от старого маньяка. Удивительно, но угрозу от Герольда для своей девичьей чести я не ощущала. Он вообще всегда вел себя со мной предельно равнодушно и отстраненно.

— Откуда ты такая взялась, Эвелина Звонская, — медленно процедил Штрайман. Затем рвано вздохнул и обрушил голову в ладони. — Ты ведь даже не понимаешь, о чем говоришь. Изнасиловал невинную Юлю?! Ты как думаешь, если б все было настолько ужасно, простил бы меня Рэйнер и продолжил бы жить со мной под одной крышей?!

Теперь пришел мой черед удивляться. Я закусила губу, чтоб не спугнуть откровения Штраймана, а он продолжил изливать душу:

— Эта мелкая сучка Юля Зацепина, с первых дней, как появилась в моем доме, провоцировала меня. Сверкала задницей в бикини у бассейна, улыбалась мне похабно и откровенно, совсем не как девственница. А в ту ночь, когда она напилась, как свинюка, она сама приползла в мою комнату… Голая! Знаешь, моей ошибкой было то, что я не вышвырнул эту блядь и не открыл сразу сыну глаза. Я поддался похоти, своему желанию. Только когда трахнул ее и понял, что она девственница, отнес спящую в спальню Рэйнера. Я не хотел всего, что было дальше. Но сын тогда был в бешенстве и не слушал мои доводы. Отказался смотреть видео с камер коридора, на котором четко видно, что Юля без принуждения, сама вошла ко мне ночью в спальню. Спустя несколько месяцев Рэйнер соизволил пересмотреть эти занимательные кадры. Он обозлился и на нее, и на меня. Вот так, девочка, не всегда черное — идеально черное. Иногда, если присмотреться, то можно понять и мотивы поступков и то, что преступник не виновен. Но я не оправдываю себя. Мне нужно было эту сучку сразу гнать в шею, как только она появилась в моем доме и представилась невестой сына, — повторил Штрайман.

Ох, и закрутилась же спираль судеб. Я в шоке прикрыла рот ладонью, чтоб не выдать нецензурную брань.

— В любом случае, это все дела минувших дней. К нынешней ситуации не имеет отношение. Эвелина, ты обязана съехать из моего дома и вернуться обратно в свой город. Иначе пересуды и сплетни уничтожат мой бизнес. Мне и так предстоит сейчас разобраться со многими партнерами, поясняя каждому, что вопрос с Юлей закрыт полюбовно еще год назад. Когда я сказал этой стерве, что обнародую видео, как она сама вошла в мою спальню, паршивка сразу забыла все обиды и согласилась взять хорошие отступные. Но сейчас мне не нужен новый скандал. Домыслы корреспондентов, почему в моем доме живет восемнадцатилетняя девочка, мне ни к чему. Да и тебе тоже. Ты не такая, как эта Юля. Нормальная, спокойная девушка с принципами морали и чувством собственного достоинства. На тебя начнут лить грязь своими предположениями, что ты спишь со мной за деньги на учебу. Я этого больше не могу допустить. Одна ошибка в жизни мне стоила слишком дорого. Очередную я допускать не намерен. Ты сегодня же должна забрать вещи и уехать. Роджер передаст тебе конверт с деньгами.

— Но, — я попыталась возразить, что мне плевать на сплетни. Мне нужен диплом Рич Парамаунт!

Герольд нетерпеливо махнул рукой, не желая меня слушать.

— Я свое мнение не поменяю. Уходи.

— Хорошо. Передайте, пожалуйста, Рэйнеру, что я не виновна. И его телефон не брала.

С чувством горькой безысходности я поплелась прочь. В дверях обернулась и добавила:

— Мистер Герольд, спасибо вам за все. Вы оказались не таким ужасным фашистом, как я думала о вас изначально.

Хозяин замка мрачно ухмыльнулся. Да, сомнительное признание в благодарности, но я сказала то, что чувствовала.

Роджер и вправду отдал мне пузатый конверт со стопкой стодолларовых купюр. И если все решили, что я сдалась, то фигушки им. Я уже продумывала план, где мне пожить этот семестр. Возвращаться домой я не собиралась. А снова заслужить расположение Герольда и помириться с Рэйнером решила сделать своей целью ближайших месяцев. Насильно запретить ходить мне на обучение в универ они не смогут. И номер Хлои оказался как нельзя кстати.

Я позвонила подруге и пояснила смысл ситуации, в которой очутилась. Как я и думала, Хлоя великодушно предложила пожить у нее.

Мое чувство паники сменилось надеждой. Я спешила на автобусную остановку со своим ненавистным чемоданом и деньгами за пазухой. Только поняла, что рано обрадовалась, когда женщина в полицейской форме преградила мне дорогу:

— Эвелина Звонская? Здравствуйте, я офицер Джейни Браун. Вам придется пройти со мной для уточнения деталей одного щекотливого дела.

Надменный голос и презрительное выражение лица полицейской вселили в меня тревогу.

— Вы меня арестовываете? — со страхом спросила я. Только проблем с законом не хватало. Джейни странно улыбнулась, пытаясь меня расположить.

— Милая, нет, конечно. Но тебе придется пройти со мной. Ты понадобилась одному моему близкому другу…

— Что за бред. Я никуда не пойду. Я знаю свои права. Вы обязаны вручить мне официальное уведомление и зачитать статьи закона, по которому меня вызывают в участок, — я уперла кулачки в бока. Не на ту напала. Знаю я, какой беспредел среди копов. Сейчас эта сучка навешает на меня все преступления года и подкинет пакет с героином в чемодан.

На горизонте показался спасительный желтый автобус.

— Я передам своему адвокату, и он свяжется с вами, офицер, — ровно произнесла я, не собираясь ничего делать. Мне бы просто уехать сейчас и обдумать, как помириться с Рэйнером.

— Ты сейчас же поедешь с нами… Чучело!

Я резко обернулась и увидела узкоглазого японца, одного из дружков Самсона. Обычно в его руках была острая сабля — катана. Но сейчас он держал вонючую тряпку.

— Пошел ты… Вы оба! — закричала я и дернулась в сторону автобуса.

Таширо схватил меня за пиджак и с силой дернул на себя обратно. Прижал вонючую тряпку к моему лицу. Ох, святые куклусклановцы! Да это хлороформ… Минута, и мои трепыхания стали вялыми, сознание поплыло.

— Самсон будет рад такому подарку, — донеслось как из тумана.

Расплывающаяся физиономия офицера Джейни и узкоглазый ублюдок, который перекинул меня через плечо были последними образами, отпечатавшимися на подкорке… Я отключилась в забытье. Рэйнер… Мой защитник меня не спасет в этот раз!