Глава 3

Часть ночи смазалась в памяти, но я отчетливо помнил ощущения, вызванные её появлением на дискотеке. Во мне проснулась тяга, температура тела выросла до отметки «Спасите наши души». И так перемыкало всякий раз, когда мы оказывались в одном месте. Снежана Королева являлась моим недостижимым идеалом женщины.

Но наивным надеждам не суждено было сбыться — запах незнакомки развеял оставшиеся сомнения. Осторожно убрав с лица девушки слипшиеся пряди волос, я поморщился, узнав в ней спящую Филимонову.

Твою мать. События обрушились со скоростью циклона…

Мы с Максом пили всю ночь. Под утро Чернов отключился, и мне пришлось тащить его домой, Ленка увязалась следом. После транспортировки друга в новенький трехэтажный коттедж, Филимонова призналась, что у Макса в туалете ничего не вышло. Она полезла ко мне целоваться. А потом…

Сам секс стерся из памяти, но глядя на её свежие синяки и кровоподтеки на бедрах я оторвался за целый год. Однако сейчас не ощущал повторного желания залезть на нее: девица выглядела потасканной и грязной. Не терпелось выпроводить ее из дома, пока бабушка не проснулась, и скорее принять душ.

— Демьян, ты уже встал… — даже не размыкая ресниц, Ленка ловко нащупала мою не заставившую себя долго ждать утреннюю эрекцию.

Правда при свете солнца ореол страсти куда-то испарился. Рядом со мной лежала нечесаная девица с потекшим вчерашним макияжем, и, как бы тело не требовало «продолжения банкета», мозг упорно не собирался ему уступать.

— Ш-ш-ш… Бабушка может услышать. — предостерегающее приложил палец к губам.

— Дём, ну, я думала, еще разок перед уходом?! — жеманно погладила сиськи, поднимая во мне очередную волну раздражения.

— Лен, тебе уже пора. — свесил ноги с кровати, пытаясь отыскать трусы.

Тщетно. Зато на полу валялось четыре обертки от презерватива. Хоть про защиту не забыли — от сердца отлегло!

— У тебя тут к спине прилипло… — хихикая, Ленка протянула еще один смятый кусок фольги.

Теперь понятно, почему так ноет все тело.

— Год в армии явно не прошел зря. Ты чуть меня не растерзал! — она присела, прогибаясь, как голодная кошка.

Черт.

Мозг стал стремительно сдавать оборону. Все-таки полуголая баба в постели вчерашнего дембеля равносильна мине замедленного действия. Жаль на теле не имелось кнопки, выключающей скотские инстинкты. Я наклонился вперед, грубо стиснув крупные окаменевшие соски ночной гостьи, однако приглушенный шум из бабушкиной комнаты заставил моментально включить голову.

— Одевайся и уходи! — кивком головы указал Филимоновой на дверь.

К счастью, на этот раз она не стала спорить, нехотя натягивая мятое платье.

— А может, как-нибудь еще повторим?! — спросила с надеждой.

— Нет, Лен, не повторим.

Как же я мог так облажаться?! Трахнул подружку Снежаны, и теперь со снежной королевой точно ничего не обломится.

— Дём, можно тебя попросить об одолжении?! — Ленка замялась, жеманно закусив губу.

— Валяй. Только быстро.

— Давай никому не скажем, о том, что произошло. Максим твой друг, и может у нас ещё получится…

— Я могила. Только не тешь себя иллюзиями — он никогда на тебя не клюнет.

— Откуда ты знаешь?! — Филимонова обиженно надулась, как цапля, вышагивая на высоченных каблуках.

— Иди уже!

— Грубый ты, Дёмка, но трахаешься заправски! Будет скучно — звони. Я там тебе на листочке свой номерок нацарапала…

Я только вздохнул. Проводив Ленку, принял контрастный душ и надел свежее трико, а затем залез в телефон посмотреть, нет ли там чего-то важного. Внимание сразу привлекла смс с отчетом о поступлении денежных средств.

Какого хрена?!

Напряженно сдвинул брови, пытаясь вспомнить, за какие такие заслуги Чернов перевел мне сто тысяч рублей. Мы пили. Много пили. А потом… Последняя картинка пазла прошлой ночи встала на место.

Блядство. Я поспорил с Максом, что в течение недели затащу Снежану в кровать. Вот пьяный болван! Нужно было срочно вернуть другу деньги.

— Дёмушка, иди скорее завтракать, а то все остынет! — вздрогнул от настойчивого стука в дверь.

— Иду! — не хотел заставлять её ждать: разберемся с Черновым чуть позже.

— А где твоя гостья?! — ба прислонилась к подоконнику, в её ясных голубых глазах плясали задорные огни.

Я ухмыльнулся, усаживаясь за накрытый стол. Чутье, как у миссис Марпл! Несмотря на преклонный возраст она совсем не выглядела старой. Такая же легкая и нежная, как одуванчик.

— Уже ушла. — опустил взгляд в тарелку с блинами, ощутив себя безусым школяром.

Ба уже не первый раз ловила девчонок у меня в комнате, а я до сих пор не знал, как правильно реагировать.

— Жаль. Нужно было позвать ее завтракать!

— Ну, это не совсем то, что ты думаешь… — макнул идеально круглый блин в чашку с вареньем.

— Девчонка явно проголодалась… — её понимающая улыбка заставила меня покраснеть.

Бабушка сделала шаг к холодильнику, но вдруг застыла на месте, схватившись за бок. Лицо пожилой женщины исказила гримаса нестерпимой боли. Я подскочил, помогая ей присесть на стул.

— Не волнуйся, сейчас обезболивающее выпью и полегчает. Привыкла уже, — произнесла скрипучим угасающим голосом, и я отчетливо увидел, как сильно она сдала.

Впалый рот старушки закрывался и открывался, под глазами образовалась «стиральная доска» из крупных морщин.

— Может, скорую вызвать?! — обессиленно развел руками.

— Не говори ерунду. Скоро мои мучения закончатся. — ба слабо улыбнулась.

— Что значит, закончатся?! — внутри похолодело при мысли, что и она может покинуть меня навсегда.

— Дорогой, врач ясно дала понять — если не соберу хотя бы половину суммы до конца месяца — про операцию можно забыть. — она снова улыбнулась, на этот раз гораздо тверже. — Я устала, Дёма. Жаль, не увидела твою свадьбу и внучков не понянчила, но главное — ты вырос достойным человеком.

Она говорила так, будто прощается. Мне стало нечем дышать. Нет. Только не это. Вновь почувствовал себя маленьким перепуганным мальчиком, сжимающимся от страха во время грозы.

Мать утонула в непогоду, когда мне было пять лет. Убежала с новым хахалем на речку, и не вернулась. Потом я еще долгие месяцы вздрагивал при каждом раскате грома. Бабушка, зная это, укладывала меня в свою постель, и мы долго болтали обо всем на свете.

— Это еще не конец, — бросил еле слышно. — Позвони врачу — у нас есть половина суммы. Пусть начинают готовить тебя к операции.

— Внучек, но как?! — промелькнувшая надежда в её голосе ещё сильнее укрепила мое решение.

— Не твой вопрос. Но знай — к концу недели у нас будет вся сумма. Ты будешь жить, а остальное не важно.