Глава 40

Ярослава

У меня внутри все замирает. Сводит настолько, что перестаю даже дышать. В сознании встают образы счастливого семейства. Ратмир, Ассоль и Рада.

Я только сейчас в действительности понимаю, какую беду накликала на них, своим появлением. Мне почему-то кажется, Сабир не погнушается ничем. И забрать жизнь у ребенка для него тоже ничего не стоит.

Паника быстро подступает к горлу. Как я могла быть настолько слепой? Так сильно хотела избавиться от Валиева, что вовсе не ведала, что творю. Мне даже в голову не пришло, что Сабир будет выяснять место происхождения пистолета. Наверно, потому, что в глубине души я надеялась, что у меня получится…

В итоге Ратмир оказался прав. От не захотел помогать мне потому, что хорошо знает брата, и подставлять семью из-за какой-то малознакомой девчонки не имел никакого желания.

А вот мы с Ассоль оказались значительно глупее. Обида на Сабира взяла верх над здравым смыслом. Мы обе отказались видеть обратную сторону медали.

– Хорошо здесь, правда? – вдруг спрашивает бандит. Он впервые за длительное время нарушает молчание между нами.

– Не знаю, – пожимаю плечами. – Мне гораздо больше нравилось на родине.

Изо всех сил стараюсь взять себя в руки. Быть может, Сабир не убивал никого, и все, что от меня сейчас требуется, чтобы спасти семью его брата – держать себя в руках, а язык за зубами.

– Ты просто недостаточно вгляделась, – предполагает мужчина. – Уверен, здешний колорит придется тебе по нраву.

Мне кажется, я замечаю легкую усмешку на краешке его рта. Конечно, он говорит не о ландшафте и красоте заката, что вот-вот начнет опускаться на поселок. И мы оба то понимаем. Только я включаю дурочку.

Наша машина останавливается неподалеку от дома Цербера. Практически рядом. Чтобы у меня никак сомнений не осталось, куда мы приехали.

От комка, собравшегося в горле буквально за несколько секунд, больно глотать. Истерика так и норовит заграбастать меня в свои лапы, но я совершаю огромное усилие над собой, чтобы задавить ее, не показывая монстру, насколько мне страшно.

– Что это за место? Что-то особенное для тебя? – интересуюсь, как ни в чем не бывало. И у меня даже получается.

– Я думал, ты мне расскажешь, – слышу в качестве ответа.

А что еще он мог ответить?

– Я? – театрально прижимаю ладонь к груди. Только бы не сдаться! Только бы не затрястись всем телом!

У меня пока получается удерживать внутри ощутимый мандраж, но это, уверена, ненадолго.

– Хорошо, я помогу.

Бандит тянется к заднему сидению и достает оттуда пистолет. Я узнаю его. Оружие, из которого я планировала убить Сабира. Первый ствол, что я в принципе видела вживую и держала в руках.

– Узнаешь?!

Холодный металл рукоятки будто снова обжигает мне кожу. Фантомное чувство.

– Я, кажется, поняла, что это за место… Ты убьешь меня здесь?

– Не играй со мной, звереныш, – тон Сабира становится ледяным. – Просто признайся, что взяла оружие в этом доме, и они умрут быстро.

Живы! Слава Богу! Это единственная важная информация, что я улавливаю из последней фразы. Живы!

– Отвечай! – повышает голос бандит.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь. А пистолет… я нашла его на помойке. Просто повезло. Город у вас криминальный…

– Значит, не хочешь по-хорошему…

Сабир тянется к ручке двери, и я понимаю, что обязана сделать что-то, остановить его, отвлечь.

– Подожди! – прошу, хватая смуглую накаченную руку, увитую выпирающими венами.

Он огромный! Просто как гора! Бычья шея и литые мускулы. С красивыми по-особенному чертами лица. Он опасен. А еще «голоден». Всякий раз набрасывается на меня так, будто зэк после многолетней отсидки, что давно не сжимал под собой женщину.

Бандит возвращается в исходную позицию. Наверное думает, что я осознала все и сейчас сдам Цербера и его семью. Но я веду совсем в другую сторону:

– Скажи, – обращаюсь к нему, – разве ты не хотел бы по-другому?!

– Что? – мужчина хмурится. Мои слова оказываются для него неожиданностью.

– Не хотел бы семью? Настоящую? Женщину, которая ждет тебя дома, потому что любит?

– Любви нет, звереныш.

– Может, ты просто никогда не пробовал?

Я просто обязана отвлечь Сабира. Завладеть его мыслями, как-то задобрить.

Поэтому совершаю то, на что, думала, не пойду никогда – перемещаю себя со своей половины автомобиля на его. Усаживаюсь на него сверху, удобнее устраиваясь своей киской на мужском паху.