Глава 52

Ярослава

– Выбор есть всегда. И ты совершаешь его каждый день, как и каждый из нас, – отвечает Сабир на мое обреченное заключение. – так что будь хорошей девочкой, и подрочи мне, пока я не разозлился и реально не разорвал твою тощую жопу.

– Я это все не выбирала! – выкрикиваю. – Понял?!

Дышать так трудно, что я вот-вот задохнусь.

Не чувствую сейчас ничего: ни страха, ни жалости к себе, ни надежды. Я давно переступила через все это, оставив только пустоту внутри себя.

– И если ты собираешься жениться, то я должна знать, потому что меня это тоже касается!

– Тебя касается только мой член, и ничего больше, – рычит недовольный мужчина.

– Да пошел ты, ясно?! Я к тебе не притронусь больше, пока ты не объяснишь все!

Вскакиваю с кровати. Внутри все органы ходят ходуном.

Наверное, со стороны я выгляжу безумицей, решившей помериться яйцами с Сабиром, но я реально на грани, и больше не готова терпеть его выходки, его скотское отношение.

Вскакиваю на ноги, и он делает то же самое. Налетает на меня. В сердцах отвешиваю ему пощечину. На автомате. Не думая о последствиях. И после от страха парализует все тело.

Жду, что Сабир ударит меня в ответ, но он не делает этого. Лишь хватает меня в охапку, приговаривая:

– Плохая шлюха!

И со звериной жадностью нападает на мой рот.

А я отвечаю.

Черт бы побрал этого больного ублюдка!

И отвечаю так же яростно, так же страстно, будто одержима им.

В этом бешеном поцелуе стираются все границы реальности. Не остается больше ничего, кроме ощущений. Кроме покалывания в позвоночнике и возбуждения, разливающегося внутри меня.

Я целую Сабира и плачу, потому что это конец. Это падение на самое дно глубокой пропасти, ниже которой нет больше ничего. Только смерть.

Бандит вдруг подхватывает меня и опрокидывает на кровать. Накрывает своим телом. Резко входит. Неожиданно. Быстро.

Я вскрикиваю. Больше от боли, но приятные ощущения мигом расплываются по телу.

За первым несдержанным толчком следует второй, за вторым третий. И каждый следующий все мощнее предыдущего.

Сабир вбивает меня в матрац со всей своей силы, а я, все что могу, обхватывать его обжигающий торс ногами и подмахивать задницей, потому что даже таких бешеных толчков мне мало.

Мужчина долбит меня с интенсивностью отбойного молотка, пока все мое тело не начинает крупно трясти, пока киска плотно не сжимается вокруг его члена, и жидкая влага в этот момент не начинает течь прямо по бедрам.

Наверное, наш секс длится не больше пары минут, если это дикое сношение вообще можно назвать сексом. А потом Сабир выходит из меня, укладываясь рядом, а я снова начинаю плакать.

Это конец.

Он сломал меня.

Переломил надвое.

А после таких травм люди не живут. Только существуют, волоча это жалкое существование.

– Прекрати реветь! – Сабир не просит. Он приказывает. Приказывает вытереть слезы, потому что не знает, что это такое. – Не люблю нытье.

Но я уже не могу остановиться. Процесс запущен, и я не в состоянии прервать его, пока он полностью не очистит душу. Хотя, если честно, уже не уверена, можно ли очистить мою.

Мужчина тяжело вздыхает и поворачивается ко мне, поднявшись на локте.

– Тебе повезло, – заключает он. – Будь на твоем месте другая, я бы ей шею давно свернул за все выходки. И за слезы.

Странное везение. Я бы такого никому не пожелала.

– Алика помогла тебе сбежать, и теперь в борделе по десять хуев за день обслуживает, а ты… – он не договаривает. Теплым шершавым пальцем проводит по моей скуле, вытирая слезы. Этого его жест очень нежный, с проявлением заботы, но я больше не поведусь, не позволю обманывать себя. – Только от тебя любое дерьмо терплю. Но не советую этим пользоваться. Так что цени мое великодушие, шлюха. И будь послушной.

– Ты не знаешь, что такое великодушие… – произношу сквозь всхлипы. – Я тебя ненавижу! Сильнее всего на свете!

Сабир больше ничего не отвечает. Он поднимается с кровати и направляется в душ. Я сворачиваюсь калачиком и плачу, пока слезы не иссякают.

Когда бандит возвращается в спальню, уже не реву, только изредка всхлипываю.

– Кто сказал тебе про свадьбу? – холодно интересуется он.

– Неважно, – бурчу в ответ.

– Кто, Ярослава?

– Вахит, – сдаю с потрохами.

Сабир ничего не говорит в ответ. Он долго стоит на одном месте, будто обдумывает что-то, а затем произносит:

– Будь готова к вечеру. Возможно, тебе придется уехать.