Глава 33

Вика

После разговора с Раяном и событий вечера я была полностью без сил. Я даже не помню, как легла спать. Утром парень растолкал меня и сказал, что уйдет до вечера, а потом у нас будет свидание. Я сонно покивала и снова вырубилась.

Проснулась из-за того, что кто-то громко тарабанил в дверь. Встала с кровати, застонала в голос. Боже, у меня болит все тело! Вот это вчера у меня была индивидуальная тренировка с личным тренером. Я даже и не думала, что все может так болеть.

Подошла к двери и остановилась. А можно мне ее открывать? Вдруг за ней… Варя? Я не готова сейчас к встрече с бывшей своего… Мужа?

— Ох, — я приложила ладони к горящим щекам.

Не жизнь, а сумасшедший дом.

— Тори, открывай! Клянусь, я сейчас выбью эту дверь! Я смотрела все части “Джона Уика”! — слышу голос Эллы.

— Господи, — пытаюсь открыть дверь и слышу, как она уже ругается с кем-то из соседей.

Наконец-то мне удается открыть дверь.

— Сам хамло! — кричит подруга мужчине в соседнем конце коридора и быстро заходит в квартиру.

Она ставит все вещи, что притащила с собой, на пол и упирает руки в бока. Девушка критично рассматривает меня и морщит точеный носик.

— Тебе нужен душ, Вика! Давай шуруй в ванную, я принесла кофе, завтрак и этого пушистого монстра, — кивает на мягкую сумку, на которую я не обратила внимания.

Оказывается, это переноска. Я опускаюсь на колени и достаю Джебика оттуда.

— Привет, малыш. Ты как? Тетя Элла тебя не обижала?

— Его обидишь, — фыркает блондинка. — Я за этим котярой мыла лоток! Кому сказать, что я вот так мужика обслуживала, не поверят.

Я смеюсь, ярко представив эту картину. Я очень люблю свою подружку, но Эллочка-людоедочка — девочка-картинка. Она любит все красивое и гламурное. Я бы многое отдала, чтобы посмотреть, как она моет за котом.

— Мой хороший мальчик, он знает, куда нужно ходить в туалет, — ворковала я, прижимая к себе комочек счастья.

Элла не дала мне потискать котенка, буквально запихнула меня в ванную. Я наспех приняла душ и надела домашнее платье, что принесла с собой подруга. Когда вышла, то она уже вовсю уплетала какой-то огромный бургер.

— Наконец-то! — говорит с набитым ртом. — Я думала ты там утонула. Но решила доесть бургер, а потом идти тебя спасать.

— Сердечно благодарю, — ответила с сарказмом.

Взяла стаканчик с кофе и сделала глоток.

— А как ты тут оказалась? — спросила я.

— Так твой краш меня поднял ни свет ни заря, и какой-то громила привез сюда.

— Он не мой краш, — ответила смутившись.

Правда же?

— Ага, так я и поверила. Давай рассказывай. Я хочу знать абсолютно все.

— Все слишком сложно.

— Ты расскажи, а я вынесу вердикт, — улыбается Элла.

Я делаю еще глоток кофе, собираюсь с мыслями и сумбурно начинаю рассказывать все подруге. Начиная от завещания, заканчивая тем, что мы с Раяном занимались сексом.

— Блин, слушаю тебя и понимаю, как скучно я живу, — выдыхает Элла.

Мы уже перебрались на диван и едим виноград. Подруга закидывает в рот несколько штук за раз.

— Ну и че сложного? — спрашивает она.

— Ты вообще слушала, что я сказала?

— Да, и не понимаю твоих страданий.

Мои брови взлетели наверх. Она серьезно?

— Кажется, у нас с тобой разные понятия “все сложно”, — ворчу я.

— Нет, Тор, не понятия разные, а восприятие.

— Объясни, — требую я.

Элла делает глубокий вдох, а потом тянется ко мне. Она убирает волосы мне за плечи и нежно касается щеки.

— Ты же знаешь, что я люблю тебя? — мягко спрашивает.

Я киваю, а у самой сердце колотится, словно сумасшедшее. Я всеми фибрами души чувствую, что то, что скажет мне подруга мне не понравится.

Элла смотрит на меня своими огромными голубыми глазами и улыбается.

— Мне кажется, что ты боишься быть счастливой, Вика.

— Что за бред? — хриплю я.

— Ты выросла в семье тирана. Я не представляю, как ты с ним жила и сколько мужества нужно для этого. Правда. Никто не поймет, только тот, кто прошел через это. Но ты… У меня такое чувство, что твой мудак отец до сих пор имеет над тобой власть. Сколько раз я замечала, что ты смеешься, но всего несколько секунд, а потом смех уже наигранный, словно ты останавливаешь себя. Будто, если будешь смеяться слишком громко и открыто, произойдет что-то плохое. И я понимаю, что все из-за этого ублюдка. Но, Тори, его уже нет. Его давно сожрали черви.

— Это… Это неправда… Я работала с психологом…

— И поэтому выскочила за Алима?

— А он здесь при чем?

— Он хороший, просто супер. Но, блядь, тебе двадцать, а ты добровольно вышла замуж за старика. Если бы это была я, то я вышла бы замуж из-за бабок, но мы о тебе говорим. А знаешь почему? Потому что Алим производил впечатление страшного дядьки. На него посмотришь и понимаешь, что шутки плохи.

— Он никогда не обижал меня.

— Нет? — она жестоко улыбается. — А все его запреты. Как он перевез тебя к себе, практически ограничил наше общение, вынудил переехать к его сыну. Да, он сделал много хорошего для тебя, но раскрой глаза. Он контролировал тебя. И ты не видишь ничего плохого, потому что твой отец делал то же самое. Конечно, Алим делал все мягко, с заботой, но…

Слова Эллады бьют меня больно. Смертельно. Я не могу сделать вдох. Потому что… Я внезапно понимаю, что это правда. Я все это время продолжала быть жертвой. Боже мой…

— А теперь слушай меня, — подруга берет меня за щеки и заставляет смотреть на нее. — Теперь ты будешь делать только то, что хочешь сама. Ты хочешь пойти на свидание?

— Да, — отвечаю без промедлений.

Правда хочу.

— Тогда пошли выберем тебе наряд, чтобы Раян окончательно сошел с ума.