Глава 12

Свет еще нечеткий. Требуется несколько мгновений, чтобы беглянка вышла вперед, но в повисшей тишине амфитеатра я четко слышу легкий стук женских каблучков.

Пара мгновений – и женщина выходит под свет софитов, а я… я смотрю на ту, которая предала меня, и… не верю глазам своим…

Разительные перемены. Эту женщину. Именно женщину я не знаю. Я запомнил ее девчонкой, студенткой, всем, кем угодно, но… не этой тигрицей с уверенным взглядом и четкими повадками.

В Агнии нет волнения. Вернее, оно есть, но она тщательно его прячет под профессиональной и отработанной улыбкой. Я знаю, как выглядит настоящая улыбка, а здесь… у нее растягиваются губы, но глаза остаются сконцентрированными.

– Добрый день, – выдает четко, громко, заставляет прислушаться к себе всех. Я же чуть ли не присвистываю, понимая, что как минимум моя бывшая жена научилась владеть голосом и не боится выступать перед множеством людей.

Я слышу, как начинают шуршать ручки, до меня долетают перешептывания, а еще… декан поправляет брюки в районе ширинки. Движение, которому он не придает значения, чисто на инстинктах действует, а у меня от этого жеста чуть кипяток в голову не бьет, потому что… я очень хорошо знаю повадки самцов, которым весьма нужно присунуть кое-кому, и в данном концепте я уже слабо сомневаюсь, что Агния не спала со своим руководителем.

Интересно, по уму ли своему она на занимаемой должности, или же, как это принято, отрабатывает все на коленях, или же в коленно-локтевой…

От этих мыслей у меня ярость в груди поднимается. Становится тяжело дышать, а еще просто хочется раскидать всех, и хорошенько поработать кулаками.

Ценой неимоверных усилий и выдержки я заставляю себя остановиться, осмотреться и дать себе остыть.

Тем временем моя жена разворачивается к аудитории спиной, что-то там тыкает на компьютере, а я… я на ее задницу смотрю, обтянутую юбкой-карандашом.

Все в моей бывшей вроде бы скромно. Но юбка в облипку демонстрирует длинные ровные ноги, округлый зад, пиджак приталенный также не оставляет места для фантазии.

Женщина, которая всем представилась Фроловой Агнией Ивановной, явно знает, как подчеркнуть свою идеальную фигуру, чтобы половина аудитории, которая состоит из мужчин, буквально лапала ее взглядом.

До меня доносятся шепотки студентов, подтверждающие эти догадки. Фразочки, которые слышу от парней, поднимают адреналин в крови, и остается единственное желание – свернуть этой дамочке шею и оторвать голову.

Только это было бы очень легко и… неинтересно.

Я хочу хорошенько поиграть с добычей, как кошка с мышью, чтобы донести, как поступать не стоит… раз уж малышке не объяснили, что в пасть ко льву лучше не лезть и уж тем более не стоит тянуть его за усы и надеяться, что тебе не оторвут руку.

Агния все стоит у своего слайда, а я испепеляю ее взглядом. Волосы длинные распущены…

Решает вопрос и разворачивается к собравшимся. Вновь улыбка и открытый взгляд, адресованный всем и никому в частности.

Я наблюдаю за этой женщиной, присматриваюсь и не особо узнаю. Моя жена изменилась. Именно так. Вроде бы черты остались прежними, но… фигура поменялась.

Грудь стала визуально больше. А еще и попа подкачана, или же моя бывшая занялась пластическими операциями, чтобы ублажить своего любовника, силикон воткнула куда нужно, чтобы объемов добиться…

И от этой догадки меня также передергивает. Я не любитель долбиться вусмерть перекачанную силиконом женщину, а тут… Агния своими руками сотворила себе новое тело…

Делаю глубокий вдох. Плевать. Уже не жду ничего хорошего от ее выступления. Понятно, каким именно местом моя бывшая добивается успехов и на что присела, чтобы вдоволь наесться рыбки.

Надо же…

Я о ней был совершенно другого мнения, мне казалось, что она девочка чистая, которую не хотелось особо марать, учитывая, что брак был временным и выгодным, а тут… передо мной женщина, которая решила удариться во все тяжкие, рихтуя собственное тело, чтобы пробиться.

Только вот низко взяла. Всего лишь стать очередной подстилкой какого-то деканишки, который как мужик не внушает ни малейшего уважения.

Сжимаю кулаки. Заставляю себя сидеть на месте, а моя бывшая женушка, наконец разобравшись со своими слайдами, начинает говорить…

Поначалу слабо прислушиваюсь к тому, о чем она вещает. Слишком уж много относительно нее у меня мыслей, но… в какой-то момент мелодичный и звонкий голос прорывается будто сквозь смог и туман в моей голове, и я вновь смотрю на выступающую. Вникаю в суть сказанных ею слов, а спустя еще пару мгновений, я… начинаю ее слушать…

Она говорит просто, словно беседует с конкретным человеком, улыбается, показывает и… шутит…

Зал взрывается смешками, кто-то из студентов даже в моменте хлопает в ладоши, аплодируя и поддерживая ту, что так пламенно и с упоением вещает на конкретные темы. Я слышу суть, до меня доходят мысли, но самое интересное, что доклад Агнии меня заинтересовывает!

Она апеллирует определенными категориями и научными понятиями, как эквилибрист своими снарядами, играючи объясняет сложные вещи и приводит примеры, которые доходчивы и понятны.

Вновь шутка, и я вижу, как декан поворачивает ко мне лицо, смотрит на меня с гордостью, словно хвастает кадрами, которые у него работают.

Он передо мной моей женой хвастается! Бывшей…

– Как вам выступление, Игорь Витальевич?! – спрашивает декан и играет бровями, слишком нагло, нахально, а я… я понимаю, что этот мужик прямо сейчас подписал себе приговор…

Отвечаю, глядя в глаза декану.

– Выступление… Мне зашло.

Вскидывает брови. Явно в моей интонации слышится угроза, которую этот недотепа считывает. Переиграл Борис Анатольевич, перегнул в своем желании продемонстрировать, что он как минимум имеет личные отношения со своей преподавательницей.

Я все понимаю. Но. На рабочем месте шашни не терплю. Романы с секретарями и помощницами – удел всяких бульварных романов и сериальчиков. Если ты руководитель – то ты личные отношения и деловые разделяешь. Если на это у тебя кишка тонка – то ты негодный руководитель.

Если бы я был ректором – этот декан и секунды бы в своем кресле не усидел. Да и сейчас мне достаточно просто щелкнуть пальцами, как Борис Анатольевич вылетит с волчьим билетом.

Только вот проблемы у меня не с ним. А с ней.

Поэтому я обращаю взгляд на ректора и выдаю свое решение:

– Филипп Львович. Субсидии будут. Даю вам свое слово.

Ректор чуть не падает, радостно похлопывает в свои старые, чуть сморщенные ладони, а я улыбаюсь радости этого человека. Хорошо, что даже в таком возрасте мужчина способен радоваться, испытывать эмоции, а здесь ректор как дитя малое зажигается. Похвально это, даже завидно, потому что у меня подобные чувства давно уже ничто не вызывает.

Перегорел. Хотя… я не помню, чтобы я в юношестве даже отличался какими-то эмоциями. Нет. Не могу сказать, что мое детство было легким. Совсем нет, но именно благодаря той закалке и испытаниям я сегодня нахожусь на своем месте и ворочаю капиталом, соизмеримым с бюджетами небольшой страны.

Это в первую очередь ответственность перед множеством людей, которые работают на мои корпорации, уверены в своем завтрашнем дне благодаря своей работе, люди имеют возможность брать кредиты и ипотеки, планировать будущее, покупать жилье и растить детей. Поэтому каждый шаг в бизнесе оценивается с точки зрения пользы и вреда, и иногда мне приходится принимать радикальные решения. Места чувствам и эмоциям здесь нет. Существует только сухой расчет.

Вот и сейчас я не иду на поводу у ярости и не плющу из-за бывшей жены ее деканишку, также не лишаю университет субсидий, хотя мог бы… нет. Ответ будут держать определенные люди за конкретные поступки.

– Я весьма благодарен, господин Ветров! Весь вуз наш вам благодарен! – вещает ректор, пожимая мне руку, я же киваю, наблюдая за детской радостью и воодушевлением этого уважаемого пожилого человека с седыми волосами.

Даже чуточку завидно, что может ректор испытывать такие незамутненные чувства.

– Борис Анатольевич, Игорь Витальевич также берется субсидировать ремонт всего университета! Я так рад!

Декан чуть ли не присвистывает, но, напарываясь на мой острый как бритва взгляд, только радушно улыбается, кивает. Я же завершаю рукопожатие с ректором, коротко произнося:

– Мои помощники с вами свяжутся в ближайшее время. Также все траты берутся на контроль, в дальнейшем будет сверка. Это мои условия.

– Конечно! – уверенно кивает ректор, и я понимаю, что есть еще порядочные и честные люди на своих местах, что, разумеется, радует.

Дальше не расшаркиваясь я прощаюсь и разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов. У меня еще дела кое с кем в этом университете. Прямо жажду пообщаться.

Стоит выйти в коридор, как я вижу, как захлопывается дверь и моя бывшая жена быстрым шагом, чуть ли не бегом направляется вперед по коридору, она вливается в толпу, просто летит вперед, мне же путь перекрывают.

Я вижу ее затылок, понимаю, что Агния удаляется, а я подобно хищнику, взявшему след, иду за ней.

Надо же…

Что же ее так напугало?!

Вряд ли она меня видела. В зале было темно. Это факт. Иначе бы моя бывшая дала мне знать, запнулась бы в своей отработанной речи, или же вовсе бы бежала, сверкая пятками, сразу же.

Такую выдержку мужики не имеют. Но. Сейчас. Она бежит вперед, словно затравленная лань, явно испуганная, не разбирающая дороги…

Пока гулял с ректором по университету, я для себя сделал нужные пометки, чисто по инерции, и сейчас, как всегда, я пользуюсь собственными навыками.

Дохожу до развилки и понимаю, что могу обойти бывшую жену, которая летит прямо к центральному входу.

На автомате выхватываю телефон и звоню начальнику своей безопасности.

– Слушаю. Игорь Витальевич.

Четкий и быстрый ответ, и я даю инструктаж.

– Сейчас из центрального выхода выйдет девушка, как две капли воды похожая на мою жену. Фролова Агния. На нее досье скидывали.

- Да. Хозяин.

Все понимает без лишних слов. Мне пояснять своему безопаснику ничего не нужно.

Я сам еще толком в ситуации не разобрался, и меня все заинтересовывает, интерес распаляется ярче, жарче и огонь вспыхивает, в котором будет гореть моя предательница.

– Не дайте ей скрыться. – Четкий приказ.

– Будет исполнено.

– Я иду наперехват. Не влезать, если я ее настигну первым. Если не успею, перекрыть дорогу.

– Понял. Принял.

Вновь четкий ответ мужика, который прошел не просто армейскую службу, а имеет все соответствующие регалии и служит мне верой и правдой.

После того случая. Весь штаб моей службы безопасности был переформатирован. И новые кадры прошли жесточайший отбор.

– И еще, Суворов.

– Да. Хозяин.

Чтобы пальцем ее не трогали, и чтобы ни один волос с головы. Я с ней разбираться буду. Лично.

Сбрасываю звонок и выхожу на улицу, преследую свою бывшую и понимаю, что впервые за очень долгое время кровь начинает быстрыми толчками струиться по венам. Азарт и кураж переполняют.

Я на охоте, и мне чертовски это нравится. Странные эмоции, ощущения. Конкретно сейчас меня заводит женщина, за которой я иду, рассматриваю при этом точеную фигуру, длинные ноги, длинные волосы…

Хороша стерва… ни дать ни взять… Не такой ее запомнил. Изменилась не до неузнаваемости, но… в современном мире хирурги чудеса творят. Глядя на Агнию… черт… это практически другой человек… Вроде черты те же, но… она другая… другая…

Предательница зря время не теряла, смотрю. Привела себя в порядок… да еще как…

Вопросов много в голове щелкает, но это все оставляю на потом. Делаю несколько уверенных шагов и перекрываю путь своей бывшей жене.

Вздрагивает. Каменеет. У нее глаза распахиваются так, что ясно становится: Агния не просто напугана. Она в ужасе.

Знает мышка, чье масло съела, или как там в поговорке. Знает.

– Неожиданная встреча, да, Агния?!

У нее губы дрожать начинают, а я рассматриваю этот пухлый рот. Подкачала и губы?!

Хотя… вроде такими они и были, но… та Агния, которую запомнил, была другой. Взгляд другой. Угловатость была какая-то, и… затравленность чувствовалась, а вот эта женщина смотрит на меня хоть и со страхом, но в глазах живой блеск, искра.

И… мне нравится, как Агния волнуется, нравится, как подрагивают ее ресницы, как приоткрывается рот…

Впору ширинку поправлять, как декану, но… вместе с первичным мужским инстинктом поднимает голову и кое-что другое. Темное. Мрачное. Жестокое.

Передо мной женщина, которая попыталась меня облапошить, и это ей почти удалось. Связалась с телохранителем, с которым и убежала, с которым в доме моем кувыркалась!

Только вот простой охранник и близко не мог обладать ресурсами, чтобы спрятать от меня жену настолько глубоко, отец ей не помогал, а это означает, что снюхалась моя бывшая еще кое с кем, на что указывают косвенные улики, а именно пропажа некоторых достаточно важных документов…

– Игорь… – шепчет едва слышно, губу прикусывает нижнюю.

Сексуальная мышка, изменилась, знает даже в страхе, как товар лицом показать, но конкретно сейчас я готов ее давить медленно, наблюдая за тем, как моя жертва извивается, как начинает сожалеть о том, что мне дорогу перешла, что попыталась подставить Ветрова…

– И как ты поживаешь?! Нравится наставлять мужу рога за спиной?!

На мгновение рот опять распахивает, но уже в следующую секунду в ее глазах проскальзывает самое настоящее пламя, которое говорит мне о том, что игра будет жаркой и мне понравится. Темперамент проявился у мышки. Так неожиданно…

Или же она тогда уже искусно играла?! Пользовалась моей благосклонностью и послаблениями, которых моя жена не заслуживала, как выяснилось.

– Не тебе меня упрекать, Ветров! Ты сам, как вижу, даром время не теряешь! – выдает с нажимом и бросает взгляд в сторону. Скорее всего, указывает на мою помощницу, но мне фиолетово на эти упреки, на эту позу.

Моя жена убежала, прихватив с собой информацию, перепродала ее кому надо, чтобы устроить мне хорошую тряску в бизнесе. За меньшее можно головы лишиться, а тут надо еще и наглость иметь, чтобы после всего не забиться в угол и не скулить, умоляя о пощаде, да еще и нападать.

Определенно мне нравится характер бывшей. Люблю стерв. С ними интересно. Правда, еще никого надолго не хватало. Обычно пару раз хватает переспать, чтобы по щелчку прыгали.

Чувствую, что наша перепалка с Агнией может затянуться или вовсе перетечь в нечто иное, о чем и собираюсь сказать, как вдруг краем глаза замечаю, как к моей бывшей жене бежит милая девчушка с шоколадными волосами, она похожа на Агнию как две капли воды и… мое сердце пропускает удар.

Странно видеть ребенка, а спустя еще один удар моего сердца маленькая девочка влетает в ногу Агнии, обнимает ее тонкими ручками и улыбается ясно-ясно, как самое настоящее солнышко, затем выдает громко:

– Мама! Деда дал мне шоколадку!

Шок. Удар под дых. Весь тот интерес, который вызывала во мне бывшая, вмиг был испепелен самой настоящей яростью. Необъяснимой. Непонятно. Но однозначно всепоглощающей.

Кровь забурлила в жилах подобно самой настоящей магме, которая разбухает и поднимается, готовясь к извержению вулкана. У меня перед глазами будто алая пелена, и взгляд, который я перевожу от маленькой девчушки на ту, которая меня предала.

Сжимаю кулаки до хруста.

Мама…

Мама?!

Что я только что услышал, черт его дери?! Что, мать его ети?!

Это Агнию девочка матерью назвала?! Мою бывшую жену?! То есть…

Присматриваюсь к малышке, прикидываю примерно ее возраст…

Все тело обдает жаром, натягиваются сухожилия до боли в позвонках.

Я поднимаю взгляд на бывшую жену. Бледнеет. Сильно. Дрожать начинает. Вот теперь Агния по-настоящему боится. Вот теперь она поняла, что у нее есть болевая точка, на которую я могу нажать.

Только меня всего буквально переклинивает. Ярость поднимается в груди все сильнее, и к ней примешивается еще какое-то чувство, которому я просто не могу найти определение, словно ножом ковыряются в грудной клетке, когда я нависаю над бывшей женой и задаю свой вопрос:

– И кто же счастливый отец твоей дочери, Агния?!