Глава 33
Я соглашаюсь. Его ладонь на моей талии чуть сильнее сжимается. Он чувствует. Всегда чувствовал малейшее изменение во мне.
Музыка медленная, чувственная. Скрипка тянет ноту, от которой внутри становится неспокойно. Игорь ведет уверенно, без лишних движений. Он танцует так же, как живет. Каждое движение точное, размеренное, без суеты.
Я скольжу по паркету. Позволяю бедру слегка коснуться его. Задерживаю взгляд на его губах. Мои пальцы на его плече оживают, проводят по ткани, ощущая силу под ней.
Игорь прищуривается на долю секунды. Едва заметно.
– Ты изменилась, – тихо говорит он, не отрывая взгляда от моего лица.
– Люди меняются.
– Не так.
Его рука скользит по моей спине выше. Не нагло. Но уже не нейтрально. В этом прикосновении появляется особая твердость, от которого когда-то у меня дрожали колени.
Я поднимаю подбородок.
– А как?
Он долго молчит. Мы продолжаем двигаться. Его шаги в танце становятся медленнее. Он притягивает меня ближе, теперь между нами почти нет расстояния, я грудью касаюсь его грудной клетки, ощущаю всю силу этого зверя…
– Ты больше не смотришь на меня снизу вверх, – наконец произносит он.
Я усмехаюсь.
– А должна?!
Игорь склоняется чуть ниже. Его дыхание касается моей кожи.
– Нет. И это меня… сбивает…
Его честность неожиданная. Музыка становится еще тише. Ощущение такое, что в зале никого. Только мы и мягкий свет ламп, отражающийся в стекле. Я чувствую его тело. Каждое движение. Его ладонь уже не просто поддерживает, она изучает. Медленно, осторожно, будто заново запоминает меня.
– Ты хорошо танцуешь, – вдруг говорит он, – разительное изменение…
Я улыбаюсь уголком губ.
– Удивлен?
– Очень.
В его голосе нет ни намека на шутку.
– Я думал, ты…
– Что?
– Что ты все та же девчонка, но… ты изменилась, Агния и… ты притягиваешь взгляд…
Я наклоняюсь ближе к его уху.
– А я умею вести сама, Игорь.
Его дыхание на секунду сбивается. Я чувствую, как напрягаются его плечи. Как в его глазах появляется что-то темное. Глубокое.
Он резко меняет движение, разворачивает меня, отталкивает от себя, затем притягивает обратно, и теперь я прижата к нему полностью. Его ладонь на моей спине крепкая. Вторая держит мою руку, почти переплетая пальцы.
– Не играй со мной, Агния, – произносит тихо, но я слышу.
– Почему? Только тебе можно?!
Усмехается, но отвечает серьезно:
– Потому что я не тот, с кем безопасно играть.
Я смотрю в глаза Ветрову. И впервые за вечер вижу в нем не самоуверенного олигарха, а кого-то другого… того, кто живет где-то в глубине его души, под панцирем…
– Почему ты считаешь себя зверем? – спрашиваю тихо.
Его челюсть напрягается.
– Я не умею по-другому. Я вырос таким…
– Не умеешь… ты про что, Игорь?
Он долго молчит. Мы продолжаем двигаться, но теперь это уже не просто танец. Это медленный, напряженный разговор наших тел.
Так странно. Я шла сюда, даже не знаю зачем, но сейчас… все меняется слишком стремительно, буквально каждую секунду, и мне кажется, что сейчас я так близко подобралась к Игорю, как никогда прежде…
– Я не умею любить, – наконец говорит он, – я даже не знаю, что это…
Я замираю на долю секунды. Даже с шага сбиваюсь, но Игорь поддерживает меня, не дает оступиться.
Он продолжает, будто вырывает из себя каждое слово:
– Я не знаю, что это. Не понимаю, как это работает. У меня все всегда… по-другому. Я не знал никогда, что такое любовь, потому что меня никто никогда не любил, Агния…
Его ладонь сжимает мою талию сильнее. Почти болезненно. А мне хочется закричать в ответ, что однажды… я полюбила… только понимаю, что мои слова лишние. Я даю Ветрову выговориться, боясь спугнуть момент его откровения.
– Но с тобой… – он замолкает.
– Что со мной?
Он смотрит так, будто сам не понимает.
– Меня к тебе тянет. Сильно. Нелогично. Раздражающе. Я не могу это объяснить. Это не похоже ни на что, что я испытывал…
Мое сердце начинает биться быстрее.
– Это может быть и не любовь, – тихо говорю я, – просто… ты же сказал, что хочешь видеть меня в своей постели. Инстинкт, Игорь. Только и всего…
– Хотелось бы, чтобы все было настолько просто, Агния. Но… это совсем не то…
– Тогда что?
Он делает шаг. Теперь я почти зажата между его телом и стеклом панорамного окна. Даже не поняла, как мы оказались в этой стороне зала. За спиной шум моря, впереди – он…
– Я не знаю, – выдыхает Игорь, – и это бесит больше всего…
Мои пальцы медленно скользят по его шее. Я чувствую пульс. Частый. Сильный. Ток его крови…
– Ты всегда ненавидел терять контроль, – говорю я, – ты и меня тогда обидел, потому что… даже тогда я выбивалась из привычного уклада твоей жизни, ведь так, Ветров?!
Я иду по грани, когда задаю этот вопрос, но он даже не моргает и отвечает твердо:
– Да.
– А сейчас?! Мне стоит тебя бояться, Игорь?! Ведь, по твоим словам, ты опять теряешь контроль…
Он смотрит мне прямо в глаза.
– Да.
В этом «да» нет бравады. Нет игры. Только правда. Между нами остается дистанция в сантиметр. Его взгляд опускается на мои губы. Потом снова вверх.
– Скажи, чтобы я остановился, – тихо шепчет, но в голосе слышен надрыв, а у меня внутри все плавится.
– А ты остановишься?
Его губы едва касаются моей щеки. Не поцелуй. Лишь касание…
– Не уверен, – летит в меня хриплый ответ, я закрываю глаза на секунду и делаю то, чего он не ожидает: сама сокращаю расстояние, подаюсь вперед.
Мои губы касаются его первыми…
Ветров замирает на долю секунды, а потом отвечает так, будто сдерживался слишком долго. Его рука поднимается к моему затылку. Пальцы вплетаются в волосы. Поцелуй становится глубже… Поначалу нежно, осторожно, но затем, по ощущениям, между нами происходит самое настоящее столкновение.
Я сама себе отчета не отдаю в том, что делаю, я поступаю так, потому что чувствую… что именно это правильно, хотя, если бы включила голову, поняла бы, что иду по тончайшему льду…
Но здесь и сейчас я иду на поводу у своей интуиции и поступаю так, как никогда бы не поступила, если бы следовала трезвому рассудку.
Поцелуй становится горячее, медленнее. Игорь не торопится, он будто пробует меня на вкус… Его губы уверенные, требовательные, но… необычайно мягкие, он касается меня без грубости. В этом поцелуе нет насилия, но есть безудержный голод.
Я слышу собственное дыхание. Чувствую, как ладони скользят по его груди, по плечам, я ощущаю, что под тканью рубашки его мышцы напрягаются, будто к огню прикасаюсь, ощущаю весь жар, который идет от этого сложного мужчины.
Игорь отрывается на секунду, его лоб касается моего.
– Ты понятия не имеешь, что делаешь со мной, – произносит хрипло, а я в ответ едва улыбаюсь.
Странное чувство захлестывает, ощущение, что у меня есть власть над этим сильным и противоречивым мужчиной, что он весь в данную секунду в моих руках…
Очень странно… но огонь в его синих глазах… он полыхает с такой силой, что страшно становится…
Игорь снова целует, его язык проскальзывает в мой рот будто змея, на этот раз медленнее, поцелуй становится глубже, чувственнее. Его рука скользит по моей спине вниз, вдавливает меня в это крепкое тело… настоящего бойца. Игорь очень сильный, именно физически крепкий, это чувствуется… и вместе с тем, я будто чувствую его внутреннюю борьбу. Его желание и… его какой-то непонятный страх… словно он боится чего-то… так странно… но… я ощущаю именно это, и это ощущение дает понимание собственной власти над этим мужчиной…
Он отрывается резко. Дышит тяжело и в его синих глазах плещется что-то… очень темное… непонятное… и… болезненное…
– Я не хочу сделать тебе больно, – говорит тихо, и я верю.
– Тогда не делай, – отвечаю так же тихо…
Он смотрит так, будто это самое сложное решение в его жизни.
– Я не обещаю, что смогу быть другим… я не умею… Агния… не умею… и боюсь навредить тебе, боюсь сделать больно… странное ощущение… никогда такого не испытывал…
Я провожу пальцами по его щеке. Вот он, настоящий Ветров. Под броней из титана… обычный человек… в чем-то покалеченный, не знаю, как это словами описать, но… я чувствую… чувствую, что под его броней есть сердце и есть чувства, просто… очень глубоко… эта часть его души загнана в такой угол, что не подобраться, пока он сам не приоткроет немного завесу.
И сейчас Ветров делает именно это… он допускает меня до этой хрупкой частички… но тем и опасен этот мужчина. За мгновение эта расщелина в броне может схлопнуться, и тогда… я тоже не выживу. Второй раз точно не выживу… Я хочу по тонкому льду, под котором бушует безудержное пламя… и в этом огне… я сгорю…
Но… могу и воспарить, подобно фениксу. Это игра навылет. Русская рулетка. И я, как тот самый отчаянный игрок с дулом у виска, прямо сейчас запускаю барабан с надеждой, что выиграю в смертельной схватке…
Вот почему ни один другой мужчина не завлек, потому что после Игоря все остальные кажутся пресными… не знаю… говорят, тех, кого любят, не выбирают и любят не потому что, а вопреки всему…
Вот и я полюбила Ветрова даже вопреки ему самому, вопреки всему зверству, с которым столкнулась, потому что моя душа откликнулась. И сейчас, когда контроль разума отходит на второй план, моя душа стремится к этой покалеченной душе мужчины, которого слишком сильно закаляла жизнь…
– Я не прошу обещаний, – наконец отвечаю, слегка улыбаясь, слишком запоздало, после долгой паузы…
Ветров смотрит мне в глаза и качает слегка головой.
– Кто ты, Агния?! Откуда взялась такая?! Почему ты… противоречишь всему, в чем я был уверен?!
– А ты смотри душой, Игорь. Просто чувствуй, в этом вся правда…
Присматривается ко мне, и в его глазах такое море эмоций, что страшно даже каждую прочувствовать, но он и не дает. Снова притягивает меня к себе. Крепко. Почти отчаянно. С каким-то тихим безумием…
Музыка звучит тихим фоном, а мы продолжаем стоять, прижавшись друг к другу. В этом объятии… столько всего… я просто чувствую… отключаю разум и аналитику и позволяю себе же следовать своему совету. Я чувствую Игоря… тянусь к нему всей душой, он проводит пальцами по моей щеке, в этом прикосновении не только страсть, в нем какая-то странная растерянность опытного мужчины.
Словно он сам присматривается ко мне, словно впервые хочет чувствовать, отпускает себя… Я ощущаю его желание слишком остро… но я чувствую в нем и что-то новое…
– Скажи, чтобы я остановился, – наконец повторяет хрипло, – скажи…
Я чувствую, как по коже проходит дрожь, это предвкушение неизбежного, это мое ответное желание, поэтому я спрашиваю тихо в ответ:
– А ты остановишься?
Его дыхание скользит по моей коже. Оно тяжелое, теплое, касается моей щеки. Игорь медлит всего секунду. Пальцы по-прежнему фиксируют меня, будто он не доверяет ни себе, ни мне… будто, если отпустит, мы оба сорвемся. В его глазах вспыхивает что-то темное. Почти хищное.
– Нет, – отвечает он честно.
У меня внутри что-то резко сжимается. И одновременно… становится легче. Потому что я знала этот ответ. Пальцы Игоря медленно скользят по моей спине вверх, останавливаются между лопатками. Он притягивает меня ближе. Настолько близко, что между нашими телами не остается ни миллиметра. Я чувствую его жар. Его силу. И его желание. Оно не скрыто. Не завуалировано. Оно между нами, как открытое пламя.
– Тогда зачем спрашивал? – тихо шепчу.
Ветров усмехается, но в этой усмешке нет легкости. Только напряжение.
– Последний шанс дать тебе возможность уйти.
Я медленно качаю головой.
– Поздно.
Этого слова оказывается достаточно. Он выдыхает резко, будто срывается с какого-то внутреннего крючка. Его губы снова находят мои уже без той осторожности, что была вначале. Поцелуй становится глубже, горячее, в нем появляется почти опасная жадность. Я чувствую, как его ладонь скользит по моей талии, сжимает сильнее. По коже проходит горячая волна. Трепет. Внутри все начинает плавиться.
Музыка продолжает звучать, музыканты виртуозно играют, но для меня в этот момент существует только один мужчина. Игорь. Он отрывается первым. Дыхание тяжелое. Взгляд темный.
– Поехали, – произносит тихо.
Это звучит не как предложение. Скорее… как решение. Я смотрю на него секунду. Сердце бьется так сильно, что, кажется, его слышно. Страх опутывает… потому что я знаю, чего хочет Ветров. Я и сама полыхаю в этом желании, мое тело откликается, моя душа кричит о том, что нужно сделать этот шаг…
Сомнения поднимают голову, осторожность, обида, разум, в конце концов, но внутренний голос отметает все доводы, и я лишь киваю.
Игорь берет меня за руку. Его ладонь теплая, сильная. Он ведет меня через зал не оглядываясь. Официанты расступаются, будто чувствуют напряжение, которое тянется за нами. На улице холодный ночной воздух резко ударяет в лицо. Я делаю вдох. Но он не помогает… потому что рядом с этим мужчиной воздух все равно раскален до предела…
Черный автомобиль уже ждет у входа. Ветров открывает дверь, помогает мне сесть. Его ладонь на секунду задерживается на моей талии. Слишком долго и слишком коротко одновременно. Его руки обжигают.
Всего на секунду остаюсь в одиночестве в салоне его автомобиля, Игорь обходит машину и садится за руль. Двигается мягко, отточенные движения. Двигатель рычит, когда машина выезжает на пустую ночную улицу. Несколько минут мы едем молча. Только шум города за стеклом. Только наше дыхание. Я смотрю в окно, но почти ничего не вижу. Потому что чувствую его взгляд на себе. Острый, режущий, брошенный вскользь. Этот взгляд обещает безумие…
Ветров не отрывается от дороги… но я ощущаю, как между нами натягивается невидимая нить. Я ощущаю его короткое внимание. Наконец Игорь говорит хрипло, голос будто сорван:
– Агния… ты понимаешь, что происходит?
Я медленно поворачиваю голову, улыбаюсь краешком губ:
– Да.
Он коротко усмехается.
– А я… вот не уверен.
Фары встречных машин скользят по его лицу. Свет на секунду освещает его черты, резкие, напряженные.
Ветров красив, как самый настоящий демон-искуситель, но за этой внешней красотой скрывается настоящий зверь, и я не уверена, что в этой схватке смогу выстоять, смогу приручить этого строптивого хищника… но назад дороги нет, да и не хочу я сдавать назад. Я столько боялась, столько пряталась, что пора посмотреть своему страху в глаза и осознать все, что происходит.
Пальцы Игоря крепче сжимают руль. Он вдавливает педаль газа. Меня от скорости вжимает в сиденье. Водит Ветров виртуозно. На грани фола, так сказать…
– Я слишком долго держал дистанцию, – тихо говорит он. – Слишком долго убеждал себя, что так правильно, все было всегда четко и по графику…
Усмехается. Правда, в этой усмешке нет ничего теплого. Скорее ледяной холод. Я смотрю на него, и сердце в груди трепещет.
– А сейчас?!
Он бросает на меня короткий взгляд. В этом взгляде столько желания, что у меня перехватывает дыхание.
– А сейчас… кажется, я схожу с ума, у меня сшибает тормоза, и… я не знаю, чем это все грозит…
Машина останавливается на светофоре. Игорь поворачивается ко мне полностью. Несколько секунд он просто смотрит. Будто запоминает черты. Будто пытается понять, кто я для него на самом деле.
А потом его рука тянется ко мне. Пальцы скользят по моей щеке, по линии подбородка. Прикосновение медленное, почти осторожное, но от него по коже проходит жаркая дрожь.
– Ты даже не представляешь, как я тебя хочу, – говорит он тихо.
Эти слова звучат почти спокойно, но под спокойной интонацией скрывается напряжение, которое я чувствую всем телом. Светофор переключается. Машина снова трогается. Оставшаяся дорога проходит словно в тумане. Город за окнами постепенно отдаляется. Огни редеют. Мы проезжаем постовую коттеджного поселка, автомобиль сворачивает и останавливается у особняка.
Игорь глушит двигатель. Несколько секунд мы просто сидим в тишине. Сердце бьется так громко, что, кажется, его слышно в салоне. Он поворачивается ко мне и усмехается:
– Последний шанс передумать, Агния. Обратной дороги не будет.
Он не даст мне уйти. Не даст. А мне и не надо. Я улыбаюсь в ответ:
– Ты же знаешь, что не передумаю…