Глава 8

Взгляд Ивлева из недоумённого мгновенно перешёл в гневный с оттенками звериного.

– Ты отказываешься от ребёнка?!!

Грозный возглас заставил Рому вскочить с постели. Брюки сползли до колен. Он согнулся, подхватывая штаны за ремень. Запыхавшаяся, раскрасневшаяся Даша с чулками в руке, не знала, куда спрятать взгляд. Чувствовала себя обнаженной. Надо же случиться всему, когда врач решил зайти в гости.

– Долго я буду смотреть на твою задницу? – отец рычал, низко наклонив голову, готовый ринуться в драку. – Ещё раз услышу сомнения в твоём отцовстве и откручу голову!

– Папа, не надо!..

Писк Даши слегка остудил пыл. Ивлев решал выкинуть любимца жены за порог, или женить на Даше, развести и потом выбросить?

Рома торопливо приводил себя в порядок. Брюки вернулись на место. Рубашка ушла под ремень.

– Олег Владимирович, это не то, что вы думаете! – он заикался придавленный грозным взглядом властного человека.

– Да откуда тебе знать, о чём я думаю? Гадёныш!.. – Ивлев шаг за шагом приближался к кровати, сжав кулаки. – Два года трёшься около моей дочери и ребёнок не твой?

– Мой! – Рома кивал болванчиком, согласный на что угодно лишь бы выбраться живым из «гостеприимного» дома. – Немного растерялся, но сейчас осознал. Мы всё равно поженимся.

– Ещё бы ты не женился! – Ивлев изобразил пальцами клацающие ножницы. – Обрежу погремушку с бубенцами под корень, если сбежишь! Девочкам дочери нужен отец!

Рома готов был грохнуться в обморок.

– Девочкам? Она не одна? – Он с ужасом посмотрел на невесту. Не успел свыкнуться с мыслью об одном, а тут уже несколько.

Даша кивнула, показав два пальца. С трудом верилось, что решилась рожать от такого ничтожества.

– Как минимум двойня!

Зелёные глаза блондина полезли на лоб. Вместо богатой, безбашенной невесты без предрассудков, он получал в жёны многодетную мать.

– Не переживайте, больше не будет… – Решивший вмешаться Рустам с усмешкой наблюдал за происходящим. Несколько часов назад о детях Даши совсем другим тоном говорил достойный мужчина. Он принял решение помочь, но так, чтоб не навредить имиджу клиники. – Проведём полное обследование и скажем точно.

– Обследование? – Даша с трудом держалась на ногах. Она присела на край кровати. – Мне бы лечь, отдохнуть. Голова болит, и хочу спать.

Происходящее в спальне напрягало. Неужели раньше жила в таком дурдоме?

Врач вышел вперёд.

– Не пугайтесь. Я не за вами. Беглый осмотр, уточню назначения и уйду! – Он кивнул мужчинам на дверь: – Подождите снаружи.

Рома чуть не бегом рванул к двери, на ходу натягивая пиджак.

– Я в офис. Даша, созвонимся вечером. Отдыхай! – Он протиснулся мимо грозного тестя: – Олег Владимирович, если что-то понадобится, знаете, где меня найти!

Ивлев пообещал:

– Из-под земли достану!

Он вышел, провожая хмурым взглядом морального недоноска. Чем ближе срок регистрации, тем больше видит в нём недостатков. Придётся терпеть до свадьбы. Даша росла в окружении няни, учителей, но без внимания родителей и в этом его вина. Ждал сына, а родилась дочь. Вины девочки в этом нет. Почему раньше пустил всё на самотёк? Как будто собрался жить вечно. Умрёт и что после него останется кроме дочери? Смог бы жить, зная, что по его вине она стала такой и погибла?

Рустам предложил сделать тест на отцовство. Доказать Даше, что она вернулась в свою семью, в свой дом. Девочке в её состоянии нужна уверенность в этом. Ивлев рыкнул на остановившуюся напротив двери горничную:

– Почему до сих пор из комнаты Дарьи Олеговны не унесли остатки завтрака?

Девушка смотрела куда угодно, но не в глаза хозяина.

– Не хотела мешать. Сейчас всё уберу.

Рыжая лиса шмыгнула в комнату и замерла у двери, наблюдая за происходящим.

– Что вас беспокоит? – Рустам по-доброму смотрел на девочку, немногим младше его жены. – Говорите открыто. Врач, что священник, не имеет права открыть ваши личные тайны другим.

Даша не отводила взгляд. От красивого мужчины с сединой в чёрных волосах веяло надёжностью. Она бросила взгляд на закрытую дверь.

– Мне кажется я не в своем доме.

Чёрные глаза рассматривали бледное лицо, улавливая малейшее проявление эмоций.

– Думаете, кто-то хотел бы чужую дочь выдать за свою?

Зубы безжалостно кусали пухлые губы. Даша говорила чуть слышно, убеждая прежде всего себя:

– Они заблуждаются… – Она показала рукой на огромный портрет Даши: —. Посмотрите на неё и на меня? Я такая? Страшно признать, что я отличаюсь от любимой девочки. Никто не хочет хоронить детей. Полина постоянно что-нибудь говорит, часто на английском или французском. Проверяет, знаю ли языки?

Рустам говорил с сочувствием. Если бы мог забрать её в свой дом. Ева помогла бы вылечить девочке душу.

– Беременным женщинам нельзя жить в том, что я сейчас видел. Есть способ, как вас успокоить. Узнаете правду. Я гарантирую вам, что результат теста ДНК не будет подтасован.

В голубых глазах плескалась надежда. На самом деле, так просто поставить все точки над «i». Жить, не боясь, что являешься центром заговора. Даша кивнула. Она не успела придумать, куда им идти.

– Что от меня нужно?

– Согласие и немного потерпеть, пока я буду делать забор. Это не больно, смыв с внутренней стороны щёк.

– С кем сравните?

– С вашим отцом, Олегом Владимировичем… – Он вскинул взгляд на не проронившую слово молодую горничную: – Что вы хотели?

Рыжая лиса бросила вороватый взгляд на дверь.

– Забрать посуду.

– Кто вам мешает? – Широкая бровь взлетела на лоб.

– Никто, спасибо! – она принялась неторопливо протирать столик. – Не стала раньше мешать. Роман Сергеевич ушёл?

Рустам качал головой. Даша внимательно окинула взглядом болтливую деву. Ради любопытства следит или на кого-то работает?

– Пошла вон! – Она правильно поняла предупреждение врача, грубо озвучив их горничной: – Если не разрешили говорить – молчи!

Через полчаса довольный Рустам покидал особняк. Взятое на себя обязательство перед девочкой, цветом глаз похожей на его Еву, выполнит. Он оглянулся у ворот. В одной из комнат стройная женщина в красном о чём-то мило беседовала с блондином.

Врач качнул головой.

– Дом полон тайн…

Подмёрзшие лужи трещали под ногами тонкой плёнкой льда. Холодный ветер бил в спину, пробирал до костей, подгонял к машине.

Он не обратил внимания на человека, стоявшего чуть в стороне. Тот тоже внимательно изучал происходящее в доме. И вдруг замер, устремив взгляд в окна Даши…