Глава 6

Валентина никогда не видела мужских слез в таком количестве. Реплика Фёдорова об истерике задержанного Аркадия Аркадьевича мало походила на правду: у мужчины случилась паническая атака от страха перед полицией.

— Вызовите врача! — попросила Лисицына Юленьку, застывшую от удивления.

Когда Беличенко немного успокоился, Валентина достала диктофон и протоколы допроса и протянула их Светловой:

— Аркадий Аркадьевич, вы знакомы с Дарьей Крыловой?

— Да… — ответил Беличенко, прижимая тампон к ранке от укола успокоительным препаратом. — Познакомился в день рождения Михаила…

— Как Даша выяснила, что деньги со счетов холдинга Колосовских выведены на отдельный счёт, а не проиграны на бирже? Когда об этом узнал Михаил? — спросила Валентина.

— Девчонке помог старый интриган Туманов, — процедил Беличенко. — Фиона оказалась умной и пронырливой тихоней! Я и предположить не мог, что она станет копать информацию о пропавших деньгах! Аркадий остервенело мял ватный шарик.

— Даша — студентка финансового факультета, ее интерес вполне естественный, — возразила Лисицына.

— Она дрянная шантажистка, очередная сучка, текущая при виде красавца Мишеньки! — злобно воскликнул Аркадий. — Ей был нужен только Миша…

— Беличенко, когда Михаил узнал правду о пропавших деньгах? — повторила Лисицына, сверля Аркадия острым взглядом карих глаз.

— Туманов запретил говорить сыну правду. Иначе Миша развёлся бы с зелёной ведьмой. Растрата, о которой не знали Михаил Александрович и Борис — единственное, что держало Мишу на крючке у Даши. Миша узнал обо всем после развода.

— Почему Лев Данилович симпатизировал девушке? — не унималась Лисицына.

Беличенко скривился и, ухмыльнувшись, выдавил:

— Я вас умоляю, о какой симпатии речь? Туманов беспокоился о репутации сына и прислушался к доводам кикиморы. Наверное, посчитал их вескими…

— Он скрыл от Миши правду и добился исполнения брачного договора. Зачем ему помогать Даше?

— Наказал сына за разгульную и безответственную жизнь, — ответил Аркадий. — Будь я на месте Миши… не простил бы никогда! — он сжал кулаки от злости.

— В день покушения на Дарью Крылову в автомобиле Колосовского находились букет и кольцо, предназначенные для девушки. — Оживилась Юленька, старательно заполнявшая допросные протоколы. — Михаил Львович утверждает, что собирался просить руки Даши…

— Ни за что не поверю в это! — воскликнул Беличенко. — Девчонка шантажировала его, силой заставила жениться! Он ненавидел ее всей душой!

Лисицына нахмурилась, сортируя полученную информацию, а затем выпалила:

— Во-первых, где вы были в день покушения на Крылову и убийства Черных и Хризантемова? Во-вторых, вы испортили машину Дарьи?

Беличенко побледнел и затрясся, его язвительность растворилась в поглотившем его страхе.

— Я не виноват, вы что??? Засадить меня решили? Я был на этом проклятом форуме вместе со всеми, но я не убивал, не убивал! Да и зачем? Тем более Ангела… Она была и вправду красивой, как ангел… — по искаженному страданием лицу мужчины текли слезы. — Машину я испортил, признаюсь… Разбил стекла и спустил шины Дашкиного драндулета в отместку на ее расследование!

Беличенко подписал соглашение о невыезде и на ватных ногах отправился восвояси.

Лисицына и Юленька покинули допросную.

****

Сетуя на слишком чувствительное поколение современных мужчин, Лисицына в компании Светловой вошла в кабинет, где заканчивал допрос капитан Фёдоров.

Арсений Марсович выглядел напуганным и отвечал на вопросы следователя подробно и охотно. Единственное, что беспокоило мужчину — уголовное преследование за избиение Дарьи, которое ему грозило. Лисицына сомневалась, что невидимым блогером мог быть Марсович, просторечия и слова-паразиты в его разговоре не сочетались с изысканным слогом Призрака.

— Арсений Николаевич, вы знакомы с Призраком? Аукцион, затеянный вами, блогер освещал во всех подробностях, — вмешалась в допрос Валентина.

— Нет! Клянусь, я не знаю кто он! — пылко ответил Марсель. — Я хотел отомстить за унижение, которому подверг меня психопат Колосовский… Призрак подхватил информацию об аукционе, раздул все…

— Вы хотели отомстить мужчине, защищавшему свою жену?! Любой поступил бы на месте Михаила также! — воскликнула Светлова. — Вы мстительный, жалкий слизняк, вы…

Она сжала пальцы в кулаки, больше походя на разъярённую фурию, нежели на следователя.

— Стоп! — возразила Лисицына, приподнимаясь с места. — Юлия Юрьевна, демонстрировать свои личные чувства подозреваемому — верх непрофессионализма! Допрос должен строиться на фактах, имеющих отношение к Уголовному кодексу!

— Извините… — пролепетала Юлия и сконфузилась.

— Вы правы… — стушевался Марсель. — Мой поступок низкий и недостойный мужчины. Я готов содействовать следствию во всем…

Валентина чувствовала себя белкой, бесцельно крутящей колесо. Теряла силы и разбазаривала драгоценное время на непричастных людей. В невиновности Беличенко и Марсовича она не сомневалась и ссорилась с Игнатом, который требовал проверить их вдоль и поперёк, выпотрошить жилища и личные вещи. Лисицына, будучи начальником, могла послать подальше дерзкого капитана, только не делала этого, дабы не разуверить молодого мужчину в собственных способностях.

Фёдоров скрупулёзно проверял каждый номер телефона из длинного списка звонков Беличенко и Марсовича, вызывал на допрос людей из их окружения, только зацепка так и не появлялась.

— Валентина Васильевна, мы будем предъявлять Колосовскому обвинение? — спросил Игнат, откладывая ворох бумаг.

— Пока нет, — выдохнула она. — Идёт следствие, подозреваемый в СИЗО. Тебя кто-то торопит?

Игнат сконфузился и отбросил бумаги. Лисицына убедилась в своей правоте относительно Марсовича и Беличенко, но промолчала… Блестящей версии убийства Ангелины и Филиппа у неё не было…

Валентина покрутила бумаги в руках и отложила их, как бессмысленный мусор. Игнат, увидев ее замешательство, встал с места и подошёл к доске. В центре он написал два имени — Ангелина и Филипп.

— Игнат, ну и зачем? — выдохнула она устало.

— Валентина Васильевна, давайте забьем на приказы и обещания раскрыть дело в считаные дни? Давайте работать на результат. И плевать, что…

— Спасибо, Игнат. — сказала Лисицына. — Знаешь, что пришло мне в голову?

Она встала с кожаного кресла и подошла к небольшому столику в углу кабинета. Включила электрический чайник и вытащила из тумбочки плитку шоколада.

— Убитые сами расскажут нам о том, что случилось. Обыск в квартирах провели? Чайник приветливо зашипел, а Валентина насыпала горсть кофе в чашку. Она монотонно помешивала горячий напиток, будто это помогало ей лучше думать.

— Криминалисты не нашли подозрительных вещей в квартирах убитых. — разочарованно протянул Игнат.

— Поедем посмотрим ещё раз. Сами. — отрезала она, делая глоток обжигающего кофе. — Юльке позвони.