Глава 7. «Неприятность эту мы переживём…»

Утро уже давно наступило, Рустам успел позавтракать, размяться и отдать несколько распоряжений по работе — сегодня в офисе он точно не появится, — а Санька всё ещё спал. Оказывается, омега не дурак подрыхнуть подольше. Хотя после такой бурной ночи это и не удивительно. Пусть привыкает, потому что снижать темп так скоро, после стольких лет ожидания, Рус не собирался. Но время к двенадцати, так что придётся будить. Мужчина присел на край кровати и нежно провёл по щеке сладко сопящего парнишки.

— Саня, пора вставать, сам же хотел сегодня за вещами ехать.

Тот сонно потянулся, что-то угукнул, а потом приоткрыл один глаз.

— Ну ты и изверг, Руся… Сперва всю ночь спать не давал, теперь будишь ни свет, ни заря. Ты ж меня так заездишь скоро! А сколько времени-то вообще?

Рустам усмехнулся: вот же маленький ворчун.

— Можно подумать, тебе не нравится, что я делаю. И не переживай, не заезжу — ты теперь можешь выдержать очень многое, — глаза омеги на этих словах подозрительно воодушевлённо сверкнули. — А время уже начало двенадцатого!

Сашку как подбросило на кровати. Мгновенно сев, он захлопал глазами.

— Чего? Сколько? Да я в жизни до стольки не спал! Максимум до десяти. Вот точно, из-за тебя всё!

— Да я ж и не спорю. Но пока у тебя есть возможность отсыпаться, так и будет. Потом, когда начнутся занятия, и так придётся поумерить аппетиты.

Что бы ни ворчал Сашка, но при упоминании об ограничениях во время учёбы, моська его недовольно-разочарованно скривилась. Открытый, как и многие омеги. Но, к сожалению, сейчас не до нежностей — время поджимает. Ведь Рус хотел сегодня ещё и заехать к гинекологу. И хорошо, что разговор про учёбу зашёл. Рустам достал телефон и набрал номер. На вопросительный Сашкин взгляд только прижал палец к губам. Соединение установилось практически мгновенно, и прозвучал приятный девичий голос:

— Слушаю, Рустам.

— Лера, здравствуй. Напомни, пожалуйста, не ты ли всё хотела на бухгалтера поступить?

Мгновение тишины и осторожный ответ:

— Да, только я по баллам не прошла на бюджет, на следующий год ещё попробую, а пока буду подрабатывать — на случай, если придётся всё же идти платно.

— Собирай документы, поступать будешь в этом году. Политех, «бухучёт и аудит», устроит?

— Ой… — девушка сначала явно растерялась, потом зачастила: — Конечно, ещё как устроит! Спасибо, Рустам, большое-большое! — однако так же быстро она и успокоилась, задав главный вопрос: — Но почему я, и чего мне это будет стоить?

Санька, с любопытством прислушивался к разговору — он-то уже понял, что Рустам, не откладывая дело в долгий ящик, решил сразу озаботиться его безопасностью, коль уж оставить дома не получилось. Интересно, что это за Лера такая?

— Ты — потому что единственная альфа-самка с хорошей боевой подготовкой и подходящего возраста. Плюс попадание со специальностью, значит, не просто будешь отбывать время, а учиться. Ну а цена — присмотр за моим омегой и защита его при необходимости.

— Омегой? Ты не шутишь?!

— Нисколько.

— Урааа! У вожака появилась пара!!!

Рус поморщился, отодвинув телефон от уха и пережидая бурный поток радости, потом пробурчал:

— Не вздумай кому растрепать, пока сам не представлю его стае!

— Естественно! Что я, маленькая, что ли, не понимаю? Но серьёзно, я тебя поздравляю. И даже не переживай, присмотрю за твоим мальчиком как следует.

— Уж постарайся. А если будешь не только хорошо смотреть, но и старательно учиться, о дальнейшем трудоустройстве можешь даже не переживать.

Девушка ещё раз поблагодарила, и Рус разорвал связь. Конечно, он всегда старался помочь с работой не только членам стаи, но и вообще сородичам, но свободу выбора никто не отменял — любой оборотень мог устроиться где угодно, лишь бы интересы предприятия не пересекались с интересами стаи. И такое вовсе не редкость. Впрочем, в отношении молодой самки он был уверен. А получить в итоге сразу двух хороших специалистов — почему-то альфа не сомневался, что таковыми они и станут — тоже нелишне.

— Русь, а почему она к тебе на ты и по имени? Хорошая знакомая?

— Обычная. У нас внутри стаи не приняты излишние церемонии. При посторонних или на работе — другое дело. А так, всё равно никто не рискнёт слишком фамильярничать или провоцировать вожака. Ну всё, хватит валяться, вставай. Я подожду в столовой — это сразу возле лестницы, как спустишься, повернёшь направо. Яичницу-то будешь?

Санька, уже направившийся в сторону ванной, обернулся:

— Я всё буду! И если можно, ещё кофе с бутером.

Вот же маленький нахал! Это задача омеги, заботиться о своём альфе. Ну да ладно, будет ещё время объяснить мальчику нюансы. А вообще, Рустаму не сложно время от времени и побаловать свою пару. Сегодня домработница придёт после обеда, а всё, что Наталья наготовила на выходные, они с Сашкой подмели ещё вчера. Но с яйцами уж он в состоянии справиться. Спустившись в кухню, мужчина быстро организовал обещанное блюдо, пожарив, как и сам любил, с ветчиной и помидорами, и заварил кофе. Не зная, добавляет ли Сашка сахар и молоко, достал всё необходимое, оставив на столе.

Саня же наскоро вымылся и привёл себя в порядок, найдя и новую щётку, и одноразовый станок, вновь впихнулся в тесные джинсы и уже несколько попахивающую майку. Что ж поделаешь — другой подходящей одежды здесь пока не было, а в Русиной он точно утонет. И всё это время парня не отпускали мысли о будущем и предстоящем разговоре с родителями. Как они отреагируют на новости?

Блииин… А ведь сегодня оба дома, мать не на дежурстве! Впрочем, чего он волнуется? Все пропущенные звонки на трубке вчера были от Кольки, а родители только прислали смску, что в понедельник возвращаются на несколько дней домой. В пятницу, если Санька ничего не путает, отец свалит в очередную командировку. Кажется, знакомство родителей с его парой произойдёт очень быстро — Рустам точно не позволит поехать за вещами одному.

Кстати, думать об оборотне, как о своей паре, возлюбленном, оказалось ничуть не дискомфортно, и мысли не казались преждевременными. Знание, что отныне и навсегда он связан с этим мужчиной невидимыми, какими-то мистическими узами, принялось невероятно легко и естественно, как нечто само собой разумеющееся. Да и сами новости о существовании сказочной расы, о возможности беременеть и рожать для определённых мужчин тоже уже не казались чем-то из ряда вон выходящим. Мимолётно удивившись собственному спокойствию, Сашка просто пожал плечами и направился к лестнице, благо искать её в незнакомом доме не пришлось — всё было на виду.

Нос моментально уловил соблазнительные запахи из кухни и все мысли тотчас же вылетели из головы. Две большущие тарелки с яичницей и одна с горой разных бутербродов — с несколькими видами колбасы и всяких мясных вкусняшек, сыром и паштетом — заставили удивлённо глянуть на альфу. Насыпав три ложки сахара в кофе и игнорируя молоко, парень с подозрением уточнил:

— Ты это с запасом, или это не только для нас?

Рустам лишь таинственно улыбнулся, и вскоре Санька понял почему: горячее исчезло в желудке в мгновение ока, а окончательную сытость он почувствовал, когда на тарелке осталось всего два бутера — они уже никак не влезали. Но долго лежать остаткам никто не дал — Руся тут же их подмахнул, едва Сашка с довольным видом откинулся на спинку стула.

— М-даа… Эт я что теперь, всегда так мести буду, что тот проглотид?

— Троглодит, — автоматически поправил Рустам.

Санька лишь отмахнулся.

— Не цепляйся! Мне так нравится больше.

Мужчина пожал плечами — нравится, так нравится.

— Нет, не всегда, просто сейчас затраты организма на перестройку самые интенсивные. Потом всё войдёт в норму. Ну что, готов к дальнейшим свершениям? Времени осталось не так много, чтобы всё успеть.

— А у нас запланировано ещё что-то, кроме поездки за вещами?

— Конечно, нужно как можно скорее показать тебя Леониду, ну, тому врачу, про которого я уже говорил.

Сашка скривился.

— Прям так срочно? Несколько дней не подождёт? К чему спешка-то?

— Для начала — убедиться, что мутация запустилась правильно, без всяких неприятных неожиданностей. Хотя, если судить по твоей нормальной переносимости столь активного секса, внутренности перестроились правильно.

— Ээээ… А чего с моими внутренностями должно было произойти?

Рустам несколько растерялся. Он знал, что строение кишечника омег здорово отличается от человеческого, но вот как это объяснить?

— Сань, давай ты все эти анатомическо-физиологические вопросы задашь врачу, как и договаривались? Всё, что я могу точно сказать: строение прямой кишки и вышележащего отдела у омег обеспечивает должную выносливость тканей. Во время течки альфы не особо осторожничают, поэтому стенки кишки омег очень плотные и прочные. К тому же от интенсивной сексуальной жизни они не растягиваются, а всегда остаются в тонусе.

Санька на это мог только покивать, хоть и не понял, как так получается. Впрочем, такие вопросы и правда лучше задавать специалисту. Но как же не хотелось становиться объектом исследования, кто бы знал! Парень не очень любил врачей, а тут, видимо, не отбрыкаться. Но и это оказались не все новости.

— А вечером хочу представить тебя стае. Как бы там Лерка ни убеждала, но долго держать язык за зубами она не сможет.

Вот ещё напасть! Сашка осторожно покосился на Рустама.

— И в чём состоит это представление? Надеюсь, мне не придётся доказывать, что я тебя достоин и вообще… эээ… самая крутая «самка» из всех?

Рус мгновение недоумевающе смотрел на собеседника, потом громко расхохотался.

— Боже, Санька, откуда такие мысли? Не надо верить бульварной литературе — наши самки и омеги не устраивают выяснения, кто круче. Если альфа или бета сделал выбор, оспорить его может только соперник, а избранник или избранница вправе либо согласиться, либо отказаться. В случае же с парой вообще никаких вопросов не возникает — это понятие у нас практически священно. А представить… Да я просто познакомлю тебя со стаей, и всё, поверь. Ничего страшного, или что ты там ещё надумал!

Ну если так, то ладно. Но тут же у Сашки возник новый вопрос.

— Ммм, говоришь понятие пары священно. А как быть с врагами?

Хищная усмешка, моментально преобразившая оборотня, заставила парня поёжиться.

— А от врагов свою пару мы хорошо защищаем. Но даже в этом случае, ни один оборотень не рискнёт тронуть помеченного омегу или самку. Свои же разорвут. Разве что какие-нибудь отщепенцы или изгои, но с ними вообще разговор короткий и ооочень болезненный. Так что даже такие не рискуют.

Санька удовлетворил любопытство и успокоился, хоть и подумал, что не всё можно предусмотреть и не ото всего защитить. Но размышлять о печальном не хотелось — ему бы объяснение с родителями пережить. Было какое-то подспудное беспокойство, хоть он и свято верил всю сознательную жизнь, что родителям на сына глубоко плевать. И как бы ни хотелось оттянуть момент встречи, Рус уже вытащил его во двор.

Зато сейчас Сашка получил великолепную возможность рассмотреть шикарный Лексус тёмно-серого цвета. Название модели — LX 450d — ни о чём не говорило, но выглядело авто шикарно. Как он вообще умудрился в прошлый раз не заметить так и бросающейся в глаза роскоши? Оглянувшись на дом, увидел не ожидаемый коттедж среднего класса, а весьма навороченное элитное жильё и перевёл растерянный взгляд на Рустама.

— Русь, а ты что, в самом деле богатый?

Рустам немедленно притянул парня к себе, а то знал он уже этот взгляд — точно омега сейчас чего-нибудь себе навоображает глупое.

— Тебе это так важно?

Ответ оказался и неожиданным, и в какой-то мере ожидаемым одновременно:

— Мне это… стрёмно. Я ж совсем тебе не соответствую!

— Так, хватит пороть чушь, а то я сам тебя по возвращении выпорю, — парень в его руках дрогнул и Рус поспешил добавить: — нежно и чувственно. А сейчас поехали за твоими вещами.

Они забрались на заднее сиденье — похоже, без водителя Рустам не ездил, — и Санька устроился в таких надёжных и крепких объятьях, вдыхая уже любимый запах мужского тела и пытаясь свыкнуться с мыслью, что его альфа, судя по всему, офигительно богат. Но после новостей о существовании оборотней и своём отношении, пусть и косвенном, к этой расе, такие известия не казались чем-то из ряда вон. Да, чувствовал он себя не очень уверенно, но ведь теперь от Руси никуда не деться (тут Санька потёр всё ещё слегка зудевшее плечо, служившее постоянным напоминанием нового статуса), так что и с этим свыкнется.

За окном поля и леса чередовались с пригородными деревеньками, и, только доехав до района Парнаса, Сашка понял, что посёлок Рустама находился где-то на севере области, не особо и далеко от городской черты. Зато до его дома предстояло тащиться через весь Питер. Тут парень вспомнил, что обещал другу позвонить, как соберётся домой. Вот только в свете предстоящей встречи с родителями… Но ведь обещал же! Ладно, надо будет просто передоговориться на другое время. Найдя в телефоне нужный номер, нажал соединение.

— На связи! Только не говори, что ты про меня забыл и уже дома торчишь!

Санька улыбнулся. Ох уж этот вечно шебутной Колька!

— Не скажу. И я не дома, пока. Через часок, наверное, буду, может, чуть раньше. Только это, Коль, у меня ж сегодня родаки дома, давай потом встретимся, в другое время? Мне б с ними выяснение отношений пережить. Что-то я волнуюсь.

— Да брось! Они ж нормально приняли твою ориентацию, так чего переживаешь? Но на потом не согласен — я ж с любопытства кончусь! Давай просто подожду тебя возле дома, ты познакомишь нас со своим Рустамом, и я успокоюсь уже?

Санька понял, что друг и правда не угомонится, пока не увидит так заинтересовавшего его человека, ещё и настроенного забрать к себе случайного любовника, и решил — проще согласиться на предложенный вариант.

— Хорошо, нетерпеливый ты мой. Подходи к подъезду.

— Ура! Я буду!

И из трубки понеслись гудки.

Виновато глянув на своего альфу, Саня с облегчением заметил смешинки в серо-голубых глазах, а потом попытался оценить сидящего рядом мужчину со стороны.

М-дааа, Колька всю плешь теперь проест… Встреть сам Сашка такую парочку, и единственная мысль, какая пришла бы в голову: состоятельный крутой чувак подцепил на короткое время малолетнюю проблядь, поиграться. Про самого Сашку Колька, конечно, так не подумает, слишком хорошо его знает. Но вот в серьёзность намерений Руси точно не поверит. Слишком разными они были. И ведь не объяснишь посторонним, что тут в силу вступили натуральным образом животные инстинкты!

С другой стороны, не всё ли равно, кто и что может подумать? Главное, и он, и Руся прекрасно знают, что их связывает, как и другие оборотни. А их мнение теперь для Сашки более значимо, чем что-либо другое. Приняв такое решение, парень успокоился и почти даже уже не боялся разговора с родителями. И всё же, как оказалось, даже от них он не ожидал того, что случилось позже.

Встреча с Колькой прошла коротко и скомкано: тот хлопал глазами на подъехавший Лексус, а вышедший из салона Рустам вообще сразил парня наповал. Впервые друг не тараторил, а, вернув валявшийся ещё с дня рождения в барсетке у Андрея паспорт, вежливо что-то промямлил на взаимное представление и очень быстро отговорился делами. Зато смотрел на Сашку так ошарашено и красноречиво, что тот предвидел будущий разбор полётов и промывание мозгов. Во внезапно вспыхнувшие чувства он, конечно, так и не поверил. Но это были всего лишь цветочки.

Поднявшись на свой этаж и открыв дверь, Санька известил:

— Мам, пап, я дома!

Но не успел попросить родителей выйти в коридор, чтоб представить Рустама, как оба и сами это сделали. И их настрой Саньке совершенно не понравился. Мать смотрела, сжав губы, а отец хмурился. Заметив за спиной сына незнакомого мужчину, выражение лиц обоих стало ещё мрачнее. Начала разборки мама.

— Ну и где тебя носило с пятницы? Тётя Лида специально проверяла и уверена, что за все выходные ты даже не появлялся на ночёвку!

Вот же, кошёлка старая! Пусть и нехорошо так говорить о пожилых людях, но соседка относилась к мерзкому типу всё знающих — а чего не знающих, то додумывающих, — сплетниц. И, видимо, родителей настропалить она успела знатно.

— Мам, понимаешь, тут такое дело… В общем, я на днюхе у Кольки познакомился с Рустамом, и вот… Я его люблю!

Выпалив всё на одном духу, Санька приготовился к грозе, и та не замедлила разразиться.

— Так, хватит! Мне кажется, твой подростковый бунт несколько подзатянулся, и весь этот бред с гомосексуальной ориентацией пора прекращать, — отец старался говорить спокойно и взвешенно, но Сашка-то видел, что он очень зол. — Мы с матерью всё надеялись, что у тебя эта дурь вскоре пройдёт, но видно пора принимать более жёсткие меры. А то свобода совсем уже голову вскружила. Да и Колька твой плохое влияние оказывает.

Мать же повела атаку на Рустама.

— А вы? Вам не стыдно? Вроде бы взрослый солидный мужчина, а подыгрываете мальчишке в таком мерзком деле.

Санька стоял и переводил взгляд с отца на мать и обратно, и не понимал. Так они что, всегда считали его тогдашнее заявление шуткой?! И, судя по реплике о «мерзком деле», не такие уж его родители толерантные и равнодушные. Но отступать он не собирался, да и Руся вставил своё слово.

— А почему вы решили, что я подыгрываю, уважаемые? Я тоже люблю Сашу и сейчас мы приехали, только чтобы познакомиться и забрать его вещи. Он переезжает жить ко мне.

Сашка тут же вспомнил, что так и не представил родителей.

— Ой, Русь, прости. Это моя мама, Ольга Ивановна, и папа, Евгений Николаевич…

Закончить ему не дали. Слова отца прозвучали громом среди ясного неба.

— У нас не может быть сына-пи… гея. Поэтому хорошо подумай, Александр. Или ты прекращаешь весь этот балаган, или мы забываем о существовании друг друга. Позорить своё имя я тебе не позволю.

У Саньки разом подкосились ноги, и хорошо, что сзади стоял такой надёжный и сильный Рустам, его альфа. Голова немного кружилась, а разум никак не хотел осознавать смысла только что произошедшего. Такой реакции он даже предположить не мог. Да, родители всегда были к нему несколько равнодушны, но сейчас ситуация выходила за любые рамки. Ведь единственное, чего Саня боялся, что родные плохо воспримут его связь со столь взрослым мужчиной, а тут оказалось, они всегда врали насчёт своего принятия ориентации сына!

— Мам, пап, но вы же всегда говорили, что это моя жизнь… И теперь я нашёл, с кем хочу её провести. А вы… как будто и не родители вовсе. Вот так легко от меня откажетесь?

Те многозначительно переглянулись, что Сашке не понравилось ещё больше.

— Итак, что ты решил? Уходишь с ним, — и отец пренебрежительно кивнул головой в сторону Рустама, — или остаёшься дома и берёшься за ум?

А что тут решать? Без своего альфы Санька теперь ни за что не сможет, он это чувствовал на уровне тех самых инстинктов. Да и не захочет. Так что просто молча ещё сильнее вжался в стоящего позади оборотня и тут же почувствовал, как его обнимают тёплые руки, даря так необходимую сейчас поддержку. И отец с каменным лицом бросил матери:

— Так и знал, что с твоей затеей ничего хорошего не получится. Вот и подтверждение, спустя почти двадцать лет.

— Я же надеялась, что будет девочка! — и, переведя презрительный взгляд на Саньку, хлёстко добавила: — Никогда не хотела сына, но готова была терпеть, пока ты вёл себя относительно нормально. Однако такого, раздвигающего ноги перед другими мужиками мне точно не надо.

Сашка молча выдержал яд слов недавно родных людей. Он просто не знал, что сказать. Растерялся. А ещё боялся позорно расплакаться, если вообще откроет рот. Зато Рустам молчать не стал.

— Мы надолго вас не задержим, только соберём личные вещи. И больше вы сына не увидите, не волнуйтесь.

Человек, которого Сашка всю жизнь считал отцом, вдруг проворчал:

— Он мне и не сын. Это Ольга хотела детей и настояла на ЭКО*. А волноваться надо ему, когда ты наиграешься с мальчишкой и выпнешь его за порог! В общем, забирайте вещи и проваливайте. Ключи оставите на полке, дверь захлопнете.

И двое взрослых, теперь уже чужих людей развернулись и скрылись в гостиной.

Сашка запретил себе что-либо чувствовать. Сейчас есть простая задача, и он механически выполнял её, думая только о том, не забыл ли чего важного. Рустам молчал, но это и хорошо — сочувствие или любые слова сейчас точно бы спровоцировали истерику. Зато Сашка всем телом чувствовал его незримую поддержку. И было даже легче.

Рус же переваривал недавний жестокий разговор и удивлялся, как могут люди быть такими чёрствыми? Пусть отец оказался и не отцом, ну а мать? Она же девять месяцев носила ребёнка, рожала. И оба ведь вырастили парня, восемнадцать лет растили. Оказался не таким, как им хотелось? И что? Не преступник ведь, не вор или убийца, не насильник, не тунеядец. Любит мужчин? Этого достаточно, чтоб навсегда отвернуться от собственной крови?

Никогда оборотням, для которых семья это всё, не понять людей. Единственным плюсом во всей ситуации оказался разрыв отношений, который в будущем и так стал бы неизбежностью. Остальное — сплошные минусы: слишком больно, слишком подло, слишком резко. Альфа чувствовал, что его мальчик находится на грани, но помочь пока не мог. Вот когда его прорвёт, тогда и понадобится успокоение, а пока он может только просто находиться рядом и внимательно отслеживать состояние омеги.

Вещи собрали быстро, буквально минут за двадцать. Казалось, Сашка просто бездумно кидает всё, что попадается под руку в две большие спортивные сумки, но это было не так. Какие-то вещи он игнорировал, а вот документы забрал абсолютно все. Умничка, нужно всего-то ещё немного продержаться. До машины. Перехватив у парня сумки, Рус одну повесил на плечо, даже не думая, что дорогой костюм может помяться, вторую взял в левую руку, а правой ухватил Сашку за прохладную и совершенно безвольную ладонь. Как будто это не он сейчас методично очищал собственную комнату.

Последнее напутствие хозяев квартиры Рус выполнил неукоснительно: чужого ему не надо, а Сашка уже его, неотделимый. До машины добрались меньше чем за минуту, и вот там уже, передав сумки Славе, водителю, чтоб забросил их в багажник, мужчина затянул к себе на колени безучастного мальчишку и крепко обнял. А у того по щекам тихо катились слёзы и замерший взгляд смотрел вникуда. Видеть омегу таким безжизненным оказалось очень больно, и Рустам не дотянул до дома, начал покрывать мокрое лицо поцелуями, и тормошить, ласкать задеревеневшее тело.

Непрозрачный и звуконепроницаемый экран отгородил заднее сиденье от водителя, а тонированные стёкла позволяли не переживать о приличиях. Рус расстегнул ширинку, высвобождая полувозбуждённый член, быстро доводя его рукой до нужной кондиции, рывком стянул со своего мальчика штаны, вместе с трусами, и, развернув спиной, приподнял за ягодицы, а потом резко опустил. До упора. Сашка тут же выгнулся и глухо замычал-застонал, с каким-то подвыванием, а Рустам, помогая руками, мерно, но резко начал насаживать упругий зад на свой член, прерывисто шепча парню на ухо:

— Ты — мой. Навсегда! И никто не сможет этого изменить. Я всегда буду рядом, не брошу, не обижу, запомни. А раз они так легко отказались, значит, недостойны называться родителями, значит, много чести будет — переживать по этому поводу. Маленький, я с тобой. Только это важно. Люблю тебя!

С последними словами мужчина кончил, испытывая скорее не удовлетворение, а какое-то опустошение. Но это чувство исчезло, стоило Саньке, выгнувшись и протяжно вскрикнув, последовать за ним, а потом пробормотать:

— Я тебя тоже. И я не маленький, блин!

Рус с облегчением рассмеялся и поцеловал омегу в макушку. Всё у них будет хорошо. И такие неприятности переживают и забывают. А вот поездка к врачу пока откладывается — мальчик сейчас не в том состоянии. Зато как раз в том, чтобы утешать и нежить, чем Рустам и собирался заняться дома. Здоровый секс — замечательный путь к здоровью души, что ни говори.