Глава 15

Ливви

Все тело болело, словно я пробежала марафон. Я открыла глаза и увидела смутно-знакомые стены. Это ощущалось как дежавю, только теперь рядом со мной лежало твердое мужское тело. Руки ласково скользили по моим изгибам, а губы прикасались к шее в легких поцелуях.

Я вздрогнула, вспоминая всё, что произошло. Но как черт возьми мы оказались в номере отеля? Он принес меня сюда? И что я даже не проснулась? — Мой котеночек проснулся, — произнес Тиаррен, и в его голосе звучали удовлетворенные нотки.

Я резко повернулась, из-за чего он откинулся на подушку, закинув одну руку за голову, а я села на колени перед ним. Его взгляд лениво скользил по моему нагому телу, заставляя кожу покрываться мурашками. Я инстинктивно потянулась за простыней, но он перехватил мою руку и усмехнулся.

— Я изучил каждый участок тебя, котенок. Нет смысла прикрываться.

Мои щеки вспыхнули жаром, но я подчинилась, неловко поправляя выбившиеся волосы. Он поднял руку, его взгляд смягчился, в глазах появилось нескрываемое обожание. Его пальцы скользнули по моей ключице, затем ниже, обводя мою грудь. Он сжал её чуть сильнее, заставляя меня вздрогнуть, затем провёл рукой по животу, заставляя мурашки пробежать по коже.

— Ты перенёс нас сюда? Который час? — спросила я, чтобы хоть как-то скрыть свою реакцию.

— Да, на рассвете, — лениво ответил он, не убирая руки. — Никто нас не видел, котенок. И сейчас уже почти обед. Ты была в отключке, я полностью тебя вымотал.

Этот факт, кажется, невероятно его радовал.

— Нам пора возвращаться к твоему отцу, — недовольно добавил он.

— О боже, — реальность резко обрушилась на меня. — Я переспала с его другом.

Тиаррен громко рассмеялся.

— Это слабо сказано для того, что было между нами две эти ночи, котенок. — произнес Тиаррен, и в его голосе звучали удовлетворенные нотки.

Я прикусила губу, неуверенность закралась внутрь. Была ли эта связь на одну ночь? Может, это просто физическое влечение, которому мы поддались? Но прежде чем я успела что-то спросить, Тиаррен заговорил сам:

— До заключения сделки мы не можем сказать Майлзу. Иначе он просто снесёт мне голову из дробовика.

Я уставилась на него с растущим ужасом, потому что вообще не представляла, как могу рассказать папе о своей связи с Тиарреном. Мне не нравилось, что он предлагает скрывать всё, что произошло, но при этом мысль о том, что папа узнает, повергала меня в панику. Он был не просто старше меня. Он был другом моего отца. Это не сулило ничего хорошего.

Разум подсказывал, что всё должно было закончиться на этой ночи. Мы получили удовольствие, выплеснули страсть, и теперь каждый должен был пойти своим путём. Но эта мысль вызывала во мне внутреннее неприятие. Я не могла… не хотела, чтобы это оказалось разовой связью. В его словах было что-то, что намекало — он просто хочет скрыть всё на время. И потом я вспомнила, как ночью он повторял множество раз, что я принадлежу ему.

Пульс в висках участился, осознание вспыхнуло во мне с пугающей силой. Я хотела быть его. Хотела, чтобы это не закончилось. Даже если знала, что это неправильно.

— А мне нужно перевезти сюда свою семью, — спокойно продолжил он.

Внезапно живот сжался от тревожной мысли, которая неожиданно вспыхнула во мне. Я стиснула пальцы на простыне и резко выдохнула.

— Ты… ты женат? — голос сорвался.

Это было вполне реально, учитывая его возраст, но Тиаррен вдруг расхохотался, его грудь вздрогнула от низкого, вибрирующего смеха.

— Нет, котенок, не переживай. Я не женат.

Меня моментально накрыло облегчение, но всё же нахмурилась. Он заметил это и, приглаживая пальцами мой живот, спросил:

— Отец рассказывал тебе, что мой стиль жизни отличается от обычного?

Я кивнула.

— Да. Он упоминал, что ты живёшь в некой общине.

Тиаррен удовлетворённо кивнул.

— Именно так. Когда я перевезу их сюда, я познакомлю тебя с ними. Потому что то, что произошло между нами, — особенное.

Я сглотнула, не в силах отвести взгляда. Его уверенность, его властная манера говорить о нас, о том, что мы теперь связаны, сбивали меня с толку. Я чувствовала притяжение к этому мужчине, но в то же время не могла осознать, почему оно настолько сильное. Мы едва знакомы. Я не знала его, не понимала, чего он ждёт от меня, но почему-то мысль о том, что он может быть с другой, причинила мне почти физическую боль.

Тиаррен продолжал водить ладонью по моему животу, неспешно, будто изучая его, и внезапно произнёс:

— Кстати, мы не предохранялись.

Я застыла. В груди что-то сжалось, сердце пропустило удар, а затем застучало в бешеном темпе.

— Что?! — я резко выпрямилась, глядя на него с недоверием. — Ты… Ты серьёзно? Тиаррен, ты взрослый мужчина! Старше меня! Ты не мог быть таким легкомысленным!

Он усмехнулся, наслаждаясь моей реакцией.

— Ты свела меня с ума, котёнок. А если подумать, то презерватив всё равно бы порвался, с учётом того, что было между нами.

Я моргнула, в голове не укладывалось, с какой лёгкостью он говорил о том, что вообще-то должен бояться как чумы. Любой мужчина на его месте был бы в панике, а Тиаррен, казалось, даже рад такому исходу.

— Нет… — отрицательно покачала я головой, пытаясь зацепиться за хоть какую-то логику. — Может быть, сейчас безопасный период. И вообще… не всегда так легко выходит… забеременеть. Это не происходит с первого раза.

Тиаррен рассмеялся, явно наслаждаясь моей попыткой найти оправдания.

— Правда, котёнок? — его пальцы продолжали лениво гладить мой живот, заставляя меня чувствовать ещё большую тревогу. — Учитывая, сколько попыток у нас было за ночь, ты действительно в это веришь?

Я подсжала губы, но он не стал меня переубеждать. Только снисходительно провёл ладонью по моей щеке, как будто этот вопрос уже решённый. Как будто он знал, что мы к нему ещё вернёмся, когда придёт время.

Мне это понравилось, потому что я тоже не хотела сейчас думать об этом и решила отложить вопрос на потом. Проблемы стоит решать по мере поступления.

Я огляделась в поисках своих вещей, всё ещё смущённая своей наготой, но при этом ощущая, как его ладонь продолжала ласкать меня — нежно, но собственнически. Этот контраст вызывал странное, почти сладкое волнение внутри.

— Где мой телефон? — спросила я, пытаясь вернуть разумность в этот момент.

Тиаррен усмехнулся, легко, без намёка на смущение.

— В машине. Всё осталось там.

Мои глаза расширились в ужасе.

— Что?! — Я резко повернулась, но тут же поморщилась. — О боже, мне же мог звонить папа или Ребекка!

Тиаррен рассмеялся, забавляясь моей непосредственностью.

— Расслабься, котёнок. Если бы было что-то срочное, твой отец давно бы был здесь, разыскивая тебя.

— Не шути так!

Перепуганная, я даже покосилась на дверь. В этот момент Тиаррен приподнялся, садясь, и сделал это так плавно и уверенно, что я даже не успела уловить как все произошло. Эта внезапная смена положения заставила меня дёрнуться. И тут же я почувствовала неприятный дискомфорт между ног. Раздражение, липкость, напоминание обо всём, что происходило ночью. Я поморщилась, не в силах скрыть гримасу.

Тиаррен заметил это, и в его глазах мелькнуло нечто, похожее на сожаление.

— Прости, — его голос стал чуть ниже, — мне жаль, что я не выбрал место получше, где есть ванная, а не душ. Но здесь могу предложить только его.

— Хорошо, потому что я вся... грязная, — пробормотала я, подбирая правильное слов.

Он слегка наклонил голову, рассматривая меня так, будто я только что сказала что-то нелепое.

— Зато теперь ты знаешь, каково это — принадлежать мне полностью.

Я открыла рот, чтобы возразить, но Тиаррен, словно предвидя это, резко протянул руку, обхватил мой затылок и притянул к себе. Губы накрыли мои в жадном, насыщенном поцелуе.

Я не успела даже осознать происходящее, как его язык уже проник внутрь, настойчиво требуя подчинения. Горячая волна пробежала по телу, заставляя сердце пропустить удар, а пальцы сжаться на его плечах. Поцелуй был властным, грубым, и я вновь оказалась в той самой ловушке, где мой разум твердил одно, а тело хотело совершенно иного. Я застонала в его рот, забыв обо всём, кроме того, как его язык настойчиво требовал подчинения.

Когда он отстранился, я тяжело дышала.

Я почувствовала, как он напрягся, и взгляд опустился вниз. Тиаррен снова был твёрд.

— Ты... Мы делали это всю ночь, а ты всё равно... — я не смогла закончить предложение, слишком смущённая.

Тиаррен усмехнулся, в его глазах вспыхнуло самодовольство.

— Потому что это ты, — ответил он. — Ты всегда будешь так на меня влиять, даже без того, что нас подстегивало ночью.

Я нахмурилась.

— Я не понимаю, о чём ты.

Он наклонился ко мне, прижался лбом к моему и, словно давая обещание, произнёс:

— Скоро поймёшь. А сейчас тебе лучше отправиться в душ, а я схожу за вещами и принесу завтрак, который можно уже посчитать обедом. И тогда отвезу тебя домой.

Прежде чем я успела что-то сказать, Тиаррен поднял меня на руки и понёс в ванную. Я не сопротивлялась. Мне нравилась его забота, это ощущение силы, с которой он управлялся со мной, но при этом нежность, с которой обращался. Я чувствовала себя любимой и желанной.

Когда он поставил меня перед душевой кабинкой, я невольно скользнула взглядом вниз, на его напряжённую эрекцию, и выразительно посмотрела на него.

— Ты не хочешь... — слова застряли у меня в горле, но внутренний порыв удовлетворить его был странно сильным. Я должна была сделать это. Это ощущалось естественным, правильным, словно дарить ему наслаждение — моя обязанность. Я не могла объяснить, но меня тянуло к нему с необъяснимой силой, хотелось ощутить, как он реагирует на мои прикосновения, услышать его хриплое дыхание. Однако между ног всё саднило, и мысль о том, что он снова будет во мне, пугала перспективой боли.

Он подхватил моё лицо пальцами за подбородок, заставляя посмотреть на него. Его глаза потемнели от желания.

— Хочу, но тебе больно, поэтому я не стану. Позже.

— Но... в ту ночь ты сделал мне кое-что...

— Когда лизал тебя? — без капли смущения спросил он. — Трахал своим языком?

Я вздрогнула от его грубых, бесстыдных слов, но не могла отрицать, что воспоминания о той ночи вызвали во мне жар. Я сглотнула, чувствуя, как внутри разливается странное, тягучее желание.

— Я могу попробовать вернуть услугу… — мой голос был слабым, но искренним.

Тиаррен хмыкнул, уголки его губ дрогнули в улыбке.

— Это была не услуга, котёнок, а наслаждение. Ты невероятна на вкус, и скоро я снова попробую тебя… а затем трахну твой маленький ротик.

Я ахнула, а он с хищной ухмылкой приставил палец к моим губам, ввёл внутрь. Инстинктивно, даже не осознавая, я сомкнула губы вокруг него, но в тот же момент он вытянул его наружу, цепляя мою нижнюю губу и лениво оттягивая её вниз.

— Не могу дождаться этого, но не сейчас, — его голос был низким, тёплым, обволакивающим. — У нас нет времени, или твой отец на самом деле начнёт нас искать.

К своему собственному удивлению, я издала возглас разочарования, заставив Тиаррена довольно улыбнуться. — без капли смущения спросил он.

— Приведи себя в порядок, пока я принесу наши вещи.

Он задержался на секунду, его взгляд лениво скользнул по моему телу, словно запоминая каждую линию, и только после этого вышел из ванной. Я осталась одна, ощущая на коже след его прикосновений, его жар, его присутствие.

Я включила воду, позволяя тёплым струям стекать по уставшему телу. Проводя ладонями по коже, я с трудом осознавала, что действительно решилась на это — на подобные отношения с мужчиной, который был старше, опытнее… опаснее. Он был другом моего отца. Человеком, который знал, чего хочет, и без колебаний забирал своё.

Но вместо того, чтобы испытывать сожаление или страх, я чувствовала что-то другое. Возбуждение. Глубокую, жгучую привязанность. Желание, которое не отпускало меня даже сейчас, несмотря на усталость. И это пугало.

Я знала, что этот опыт наложит на меня отпечаток. Он уже изменил меня. Тиаррен разжёг во мне что-то дикое, первобытное, что-то, от чего я не могла и не хотела бежать. Я боялась лишь одного — влюбиться в него так сильно, что после прекращения этих запретных отношений от моего сердца ничего не останется.