Глава 9

Майремирель

С одной стороны я понимал, что, действительно, медлить с отправкой в Синие горы не стоит, но всё внутри сжималось от того, что моей девочке предстоит сложное испытание, а она итак последнее время натерпелась. Чтобы унять страх за неё и раздражение от ситуации, напросился на спарринг с Ламиэлем. Старший брак, как всегда, был на высоте, но и мио умения стали на порядок выше. Ламиэль одобрительно кивал и усиливал нажим. Закончили, практически, ничьей, хотя я и знал, что до мастерства брата мне ещё далеко. Ламиэль предложил отправиться на озеро, искупаться.

Вода была потрясающе тёплой. Жаль, Вейлиане пока ещё нельзя в нём купаться из-за болезни, но мы это со временем исправим. Будет потрясающе прижимать к себе её влажное тело.

— Опять замечтался, — хмыкнул брат и окатил меня порцией воды.

Я ответил тем же и нырнул под воду, уходя от стремительного броска Ламиэля в мою сторону. Вот уж в умении плавать я превосходил брата, а потому поймать меня у него не получилось.

Позднее, обсыхая на берегу, мы продолжили разговор об операции.

— Сколько, думаешь, отвести времени на первый этап? — спросил Ламиэль.

— Дней пять. Сначала вылетят Сим с Раем, подготовят всё ко второй части дороги, потом мы с Вейлианой, а остальные придут порталом, — изложил я то, что уже сложилось в голове.

— Потом к гномам пойдёте?

— Да, думаю, попросить их помощи. Проведут нас шахтами к пику, это сократит дорогу и частично обезопасит её.

— Знаешь, спроси их, не видели ли они там в последнее время ненужного шевеления.

— Ты что-то знаешь, чего не известно мне, — обеспокоился я.

— Да так, смутные подозрения. Разведчики недели две назад были у гномов, те говорили, что замечали парочку странных типов поблизости их шахт. Так что там тебе тоже нужно быть начеку.

— И как нарочно, мы не сможем пользоваться магией, чтобы не навредить Вейлиане. Проклятый артефакт! — рыкнул я, ударяя кулаком в землю.

— Вы все превосходные воины, одни из лучших. Так что и без магии вы страшная сила, — успокоил брат.

— Думаю, через неделю выступать. Сколько не тяни, проблема сама собой не рассосётся. Хм, знаешь, это даже смешно. Мог ли я думать, что человечка, подозреваемая в шпионаже, окажется моей парой.

— А почему так долго подозревал?

— Ну, знаешь ли, во-первых, её странное появление в Академии, протекция директора, во-вторых, загадки в прошлом. Я ведь так и не выяснил, что за странности с тем приютом. С одной стороны я не могу не верить своей паре, что она действительно там воспитывалась, с другой — почему-то никто там о ней не знает. И мне противно задавать об этом вопросы Вейлиане, не хочу обижать её недоверием, а по другому она вряд ли воспримет излишний интерес к этой теме. Мне совсем другого хочется…

— Знаю я, чего тебе хочется, — хмыкнул Ламиэль.

— Да ну тебя, я о другом. Сам ведь знаешь, каково это иметь свою пару.

— Потому и говорю, — кивнул брат. — Кстати, мне пора к своей, соскучился до жути.

— Передавай привет, и мелких за меня чмокни, — напутствовал я вслед брату, исчезающему в арке портала.

Вернувшись домой, отправился прямиком к Вейлиане. Она так сладко посапывала, что я невольно почувствовал сладкую дремоту, охватывающую организм. Тихонько прилёг рядом, осторожно приобняв свою девочку.

На ужин нас будили вредные близняшки. Правда, они и новость хорошую принесли, в гости должна была прилететь сестра. Мы давно с ней не виделись, сначала моя работа, потом её беременность и последующие роды, теперь вот проблема с Вейлианой. Может, племянницу с собой захватит. Хотя, вряд ли её муженёк свою крошку из дому выпустит в ближайшие лет десять. И я его понимаю. Когда у нас с Вейлианой появится малыш или малышка, я их вообще от себя ни на мгновение не отпущу.

Глянув на потягивающуюся ото сна айлине, решил, что с детьми затягивать не буду. Да я бы и сейчас занялся воспроизводством потомков, если бы не опасение за здоровье и жизнь моей девочки, уж слишком болезненно кулон реагировал на нашу связь. К тому же, моя невеста ещё не была с мужчиной, что-что, а это драконы чуют, а я несколько крупноват в некоторых местах. Хотя эту проблему тоже как-то придётся решать со временем.

* * *

Вейлиана

Едва проснувшись, словила на себе голодный взгляд Майремиреля. И когда он успел притулиться рядышком, хотя, с ним я чувствовала себя защищённой, и, что греха таить, слишком довольной близостью дракона.

Сестрички-близняшки опять щебетали обо всём и ни о чём одновременно, вызывая у меня улыбку, а у Майремиреля фырканье. Ужин прошёл в том же ключе, что и обед. Перед сном близняшки утянули меня в сад, где на полянке резвились разного возраста сверхи. Своего малыша я увидела сразу, он довольно лежал, прижавшись боком к крупному чёрному другу. Завидев меня, Ветерок радостно тявкнул и побежал мне навстречу, задорно махая хвостиком. Опустившись на колени, подхватила сверха на руки и принялась ласково трепать по шёрстке.

— Ты мой хороший. Я очень-очень люблю тебя, Ветерочек.

Сверх довольно щурился и норовил лизнуть в лицо, я пыталась отстраниться, при этом весело хохоча.

— Красивый у тебя сверх, маленький только, — плюхнувшись рядом, сказала Элисэль.

— А говорили, что у человека не бывает сверхов. Значит ты дракон? — спросила Серисель.

— Ну, какой из меня дракон?! — рассмеялась я. — Хотя мне сказали недавно, что у меня странная аура, и, скорее всего, я точно не человек. Знать бы ещё кто, а то как-то неуютно себя чувствовать зверушкой неизвестной.

— А ты бы была очень красивой драконицей, — заметила Серисель.

— Может, даже золотой, как повелительница и её дочь, — начала фантазировать Элисэль.

— А вдруг жемчужной? — перебила её сестра.

— Какой-какой? — одновременно с Элисель воскликнула я.

— Фу, Эль! Ну, ладно Вейлиана, она о драконах мало что знает, но ты-то?! Вот говорила тебе, чтоб в библиотеку дядину чаще заглядывала, а тебе бы всё на ребят заглядываться.

— И что? Можно подумать, что ты меньше в их сторону смотришь?! — обиделась Элисэль.

— Да ладно тебе, — примирительно вздохнула Серисель. — Так вот по поводу жемчужного дракона. Я как-то нашла одну старую рукопись, в которой упоминались редкие представители нашего вида. Там рассказывалось о золотых драконах, алмазных и жемчужных. Золотые могли помочь в обретении драконьей пары, алмазные управляли стихиями, а жемчужные были целителями, но не простыми. Своей силой они могли исцелить любую болезнь, наполнить энергией любое ослабевшее от изнеможения существо.

— Я думала, что драконы итак все целители? — спросила, заинтригованно я.

— Это, конечно, но не всегда и не во всём, — пояснила Серисель. — А жемчужные могли сотворить чудо. Только вот их и алмазных давно не рождалось среди драконов, как и золотых до повелительницы и её дочери.

— Ага, а ты такая раз — и жемчужная… или… или алмазная…

— Ну, и насмешили, — хихикнула, уткнувшись носом в Ветерка. — Ну, вас. Лучше скажите, а чей это сверх, рядом с которым Ветерок лежал?

— А так это Мая. Видать, Лирк твоего малыша под опеку взял.

— Его Лирк зовут? — спросила я, любуясь статным сверхом, с любопытством поглядывающего в нашу сторону. — Красивый!

— Ага. Нам тоже нравится.

— А ваши где?

— Вон та серая, рядом с деревом моя Ласка, — ответила Серисель.

— А мой Дирель коричневый, вон рядом с Лирком справа, — показала Элисэль.

— Тоже красивые, — восхитилась я, в душе считая Ветерка всё равно лучшим.

— Любой дракон считает своего лучшим, — словно подслушав мои мысли, заметила Элисэль. — Но есть такие, как Лирк, особые. Повезло Маю! И тебе, раз ты его невеста.

— Это почему? — удивилась я.

— Так ты для Лирка пара хозяина, а значит, считай у тебя два защитника-сверха: твой Ветерок и он, — пояснила Серисель.

— Девочки, нам пора, вон дед машет, чтоб возвращались, — сообщила, вставая, Элисэль.

Мы пошли назад, оставляя сверхов на полянке. Через пару шагов оглянулась, Ветерок опять устраивался под боком у Лирка. Что ж могу быть за него спокойна.

Дед близняшек при нашем приближении погрозил сестричкам пальцем, видать успели что-то натворить, потому как, быстренько попрощавшись со мной, понеслись мимо деда дугой в дом.

— Вот вертихвостки! — восхитился дракон. — Все в мою жену-красавицу. А ты, детка, беги спать, тебе отдыхать больше надо. Мы сегодня посоветовались и решили, что через семь дней вы отправляетесь в Синие горы. Завтра женщины тебе одежду к походу готовить начнут, так что сил много понадобится.

У двери в комнату маячит Майремирель. Увидев меня, заулыбался и прислонился к двери, мешая мне пройти. В растерянности остановилась, не зная, как реагировать.

— Эм, я пройду? — спросила тихо.

— Конечно, — ухмыльнулся дракон, чуть сдвинувшись в сторону.

Пришлось протискиваться в комнату между дверью и драконом, боясь, что он последует за мной, ведь все предупреждали о настойчивости драконов по отношению к своим парам.

— Пришёл пожелать тебе спокойных снов, — тихонько сказал Майремирель. — Ты не хочешь пожелать мне того же?

— Конечно, — так же тихо ответила, поднимая на дракона глаза. — Добрых снов.

— Если приснишься ты, они, действительно, будут добрые… и сладкие, как твой поцелуй, — хрипло выдохнул Майремирель. — Подумай обо мне, когда будешь засыпать, голубка…

Дракон ушёл, а я всё стояла, мечтательно глядя ему в след, зная, что обязательно буду думать о нём не только перед сном.

Неделя до отъезда прошла в хлопотах для всех, кроме меня. Я бы и рада было принять посильное участие в подготовке, да и окружающие считали, что мне будет гораздо веселее заняться чем-то, чем сидеть в комнате. Но Майремирель постоянно был на страже и ни к чему меня не подпускал, то боясь, что я надорвусь, то опасаясь, что простужусь на улице. Я уж стала подумывать, что ему легче закрыть меня в башне, что б уж точно со мной ничего не случилось. Но я любила свободу и не собиралась мириться с драконьими замашками своего «жениха», что и высказала ему в итоге. Надо было видеть недовольную физиономию Майремиреля. В конце концов, он глубоко вздохнул и согласился, что слегка переборщил. А потом потребовал в виде компенсации прогулку к озеру, наедине.

Честно говоря, я предпочитала пока не оставаться с драконом наедине, боясь тех чувств, что он во мне вызывал. Но для того, чтобы больше не оставаться постоянно в замке, согласилась на предложение. Поэтому последние два дня перед отбытием были наполнены прогулками, естественно с постоянным присутствием Майремиреля. Ну, а обещанную уединённую прогулку оставили на последний вечер.

Близняшки, вынюхав про прогулку, набивались в попутчики, но Майремирелю достаточно было слегка рыкнуть на сестричек и они умчались на кухню, где сегодня готовились потрясающие пирожки.

Майремирель шёл сначала чуть впереди меня, что-то усиленно обдумывая, но когда я уже было решила, что вся прогулка пройдёт в похожем режиме, остановился, подождал, когда догоню его и, взяв за руку, повёл к озеру.

От руки дракона шло приятное тепло, как-то незаметно Майремирель переплёл наши пальцы, и тепло от соединения наших ладоней стало потихоньку захватывать всё большую территорию.

— Вейлиана, — вдруг сказал Майремирель, разрывая установившееся между нами молчание, — прости, я, наверное, слишком опекаю тебя, но не могу по-другому. Ты слишком дорога мне, одна мысль, что с тобой может что-то случиться, убивает меня. А ещё… мне…. просто необходимо знать, что я… что ты…

Дракон остановился в тени того самого дерева, где уже однажды урвал поцелуй.

— Скажи, я тебе хоть немного нравлюсь?

Не думала, что красавец-дракон может сомневаться в своём обаянии, что будет столь не уверен в себе. Что же ему ответить? Сказать, что уже давно влюбилась в него? Это даст слишком много поводов для активных действий со стороны дракона. Так что…

— Нравишься, — согласилась я и увидела, как просиял тут же Майремирель.

— Сильно? — решил закрепить успех неугомонный дракон.

Кивнула. Майремирель тут же обвил талию, привлекая к себе. Я упёрлась ладошками в его грудь, пытаясь сдержать напор вспыхнувшего страстью «жениха». Он, видимо, понял, что опять слишком торопиться, к тому же не стоило забывать о действии артефакта, поэтому объятья стали чуть менее крепкими. Меня тихонько прижали к телу дракона, а его губы в нежной ласке прикоснулись к моему виску.

— Прости, всё время забываю… Ты такая нежная, такая соблазнительная, что мне сложно сдерживаться. А когда вспоминаю, насколько сладки твои губы…

Майремирель прислонился спиной к дереву, продолжая при этом обнимать меня. Мы простояли так более получаса. Было так хорошо. Рядом с Майремирелем я была счастлива, по-настоящему, полностью, безоглядно. А потом мы гуляли, тихонько болтая ни о чём и обо всём одновременно. Возвращались в сумерках, не выпуская руки друг друга.