Глава 21

Два часа с небольшим пролетели в стратосфере незаметно. Женя вспомнила, как не могла нацеловаться со Снежинкой, которая тёрлась о её нос так неистово, словно тоже не хотела отпускать. И как плакала мама… Теперь казалось, что даже московская погода ей не рада: всюду хмуро и пасмурно, а под ногами вместо заснеженной дороги грязь и слякоть. И всё равно в праздничные дни город выглядел потрясающе: великолепная ёлка на площади, видневшаяся отовсюду, многочисленные световые декорации, рядом с которыми коренные жители и туристы не уставали фотографироваться; праздничные витрины, на каждом шагу Деды Морозы, правда, одни из них надутые, другие – подшофе. Но кое-что ему, многомиллионному городу, всё-таки не доставало. Присутствия мамы и Глеба. Даже гирлянды и те были редким гостем в окнах жилых домов, не то что в родном Мурманске. Женя серьёзно подумывала переехать к тёте, если не до конца учёбы, то хотя бы на время, которого хватит на восстановление душевного равновесия. Но сегодня она хотела побыть одна. Повернув ключ в замке, девушка прошла в пустую квартиру. На столе оставались лежать корки мандарина и термометр. Женя посмотрела на фоторамку, в которую вставила совместное фото с катка, где незадолго до отъезда они тогда ещё дружной компанией здорово провели время. Но всё оказалось настолько фальшивым, что ей не захотелось стоять с ними рядом, пусть даже на фото. Вооружившись ножницами, Женя вырезала себя, оставив их наедине точно так же, как оставила на шоссе. Наверняка они были счастливы наконец-таки встретить Новый год вместе, без надоедливой Жени Снегирёвой. Начиналась учёба, и, несмотря на прекрасный отдых, моральные силы не спешили к ней возвращаться. Она думала, как поступит, когда случайно встретит эту парочку – плюнет в лицо, заплачет или пожелает счастья. И наверняка знала, что не справится. После очередного учебного дня случилось то, чего она так сильно боялась: внизу её ждал Никита. Один, без Иды. Не сбавляя шага, Женя прошла мимо, и тот на мгновение растерялся. – Женя, постой! Мы с Идой расстались! Это было какое-то наваждение, так, мимолётная слабость! – кричал он, бежав следом. Женя припомнила слова несчастной старушки-фехтовальщицы: «Иногда недостаточно просто только блокировать удары. Нужно уметь вовремя уходить от них». И девушка решила делать вид, что не знает этих людей, это оказалось куда приятнее, чем вступать в диалог. – А знаешь, почему температуря, она ждала тебя не у себя дома, а около него? – не унимался Никита, но девушка не остановилась. Однако ей было интересно, что он скажет, а впереди близился знак метро, и она чуть замедлилась. – Да потому что она больше не снимала там квартиру, а жила у меня! И прошлый раз, когда я остался у друга на ночёвке в честь его дня рождения, она случайно написала в общий чат, желая провести время вместе со мной! Девушку непроизвольно передёрнуло. Достав наушники, она вставила оба в уши, но один отключила. – И на катке она переключала всё внимание на себя и каталась между нами, чтобы разлучить! Спускаясь в метро, Женя слышала, как Никита бежит за ней. – Ты тоже хороша, высадила нас прямо на дороге! Но я понял твои чувства и простил тебя! И сколько ты собираешься дуться? Поезд долго ждать не пришлось, и когда двери закрылись, Женя почувствовала такое облегчение, словно смысла с себя грязь. Вот бы сейчас рядом, охраняя её личные границы, оказался Глеб, и Никита бы не осмелился к ней приблизиться. Теперь он будет донимать её звонками, караулить у дома и института. Что должно было произойти между ним и Идой, если за пять минут он выдал все тайны? Это ей ещё предстояло выяснить, но, если не получится, она не расстроится. В наступившем новом году нет места старым использованным вещам, и такой она точно не станет. Екатерина сидела в кабинете турфирмы «Бриз» и оценивающе рассматривала недавний маникюр, как дверь открылась, и холодный воздух влетел в помещение вместе с посетителем, которым оказался Михаил. – Я смотрю, ты ни дня без меня не можешь! – ухмыльнулась она, и мужчина, улыбаясь, покачал головой. Он уже привык к сарказму подруги. – Без тебя стало скучно, и все решили разъехаться. – Меня это не волнует. Как насчёт того, чтобы съехаться нам с тобой, как считаешь? – напрямую спросила она так легко, словно попросила подать ей чай. Озадаченно почесав бровь, Михаил присел и посмотрел в её сияющие глаза в дымке чёрных теней. – Иногда я не понимаю, ты шутишь или говоришь серьёзно! – честно признался мужчина и слегка покраснел. Откинувшись на спинку стула, Екатерина заулыбалась. Ей нравилось играть словами, равно как и завладевать вниманием Авдеева. – Без меня твоя жизнь пуста! Так что хватит ломаться, как девчонка! – Ох, Катерина, ты из меня верёвки вьёшь! – со смешком сказал Михаил. – Но твой взгляд с фото до сих пор стоит у меня перед глазами! – Екатерина подалась вперёд, внимательно слушая. – Кажется, я влюбился окончательно и бесповоротно. – Мне нравится, продолжай, – подложив кулак под подбородок, требовательно сказала она, и Михаил ухмыльнулся. – Вообще-то я на работе, – опомнилась она, – продолжим после! Январь пришёл с дождями, и женщина проклинала погоду и отклеившийся от сапога каблук. – Ну, тебе не угодишь! Там слишком снежно, тут дождливо! – улыбался Михаил, и Екатерина пригласила его в дом. Она переоделась, но не в домашнюю сорочку и халат, а в боди и спортивные штаны, чтобы не было соблазна поскорее избавиться от них. Взгляд мужчины снова зацепился за фотографию, и он, не сдержавшись, поинтересовался: – Раньше ты была блондинкой? Открывая фунчозу с креветками, заказанную по пути, сдвинув брови, Катя вошла в комнату. – Блонд мне подошёл больше, чем смотрелся на Юльке. Хорошо, что она вернула свой прежний цвет, – ответила она. – То есть, – опешил он, взяв фоторамку в руки, – слева – не ты? – Какая разница? – непонимающе усмехнулась она и, вернув рамку на место, обняла его за талию. – Мне достаточно того, что я в твоей груди слева! Михаил вдруг вспомнил очаровательное лицо Юлии, эти выразительные глаза с фото, и почувствовал неизбывное ощущение вины. И как только он сразу не понял? А что до цвета волос, то зря Катька столь категорична – её сестре идёт любой образ, впрочем, как и ей самой. – Я должен тебе в кое-чём признаться, – вздохнул он. – Что ты – женщина?! – разразилась смехом она, игриво схватив его за подбородок. Аккуратно убрав её руки, он откашлялся. – Когда я говорил о том, что влюбился, то имел в виду… её. Я не знал, что на фото не ты, – он потупил глаза, а Екатерина нахмурила брови. – Ты потрясающая женщина, Катя, но не моя. Резко поднявшись, она принялась выталкивать его в сторону прихожей. – Ещё ни разу нам не удавалось провести ночь вместе, вспомни! Значит, это какой-то знак свыше, и правильным будет оставаться друзьями, не переходя черту. Прости меня, но ты и сама видишь, судьба не давала нам шанса! – Катись колбаской по Малой Спасской! – крикнула она, вытолкав его на площадку, и закрыла дверь на замок.