Глава 39

Только на поклоне Женя заметила сидевшую всё это время в первом ряду маму и хотела со всех ног броситься к ней. Но бархатная занавеса закрылась. Глеб обрадованно скинул шубу и тыльной стороной ладони утёр мокрый лоб. – Ждём вердикта, – улыбнулась Женя. – Признаться, я даже боюсь выходить! – сказала она, рассуждая обо всех возможных реакциях Арины Георгиевны, ведь и ей, и Глебу пришлось ещё не раз экспериментировать и играть словами в течение двух с лишним часов. И в то время, как все покидали зал, женщина буквально летела им на встречу, чтобы переговорить со своими главными артистами. – Дело в том, что мы совсем неопытные в этом вопросе. Извиняйте, если что не так. – начал Глеб, и Женя согласно закивала в поддержку. – Это выше всех похвал! Дайте-ка я вас расцелую! – бросилась к ним Арина Георгиевна. – Боже мой, это настоящее чудо, что я вас, таких хорошеньких, нашла! От нахлынувшей радости Глеб и Женя даже взялись за руки. Женщина с восторгом продолжила: – Нам поступило предложение из торгового центра «Северный» – требуются сотрудники для организации новогодней распродажи. Оплата будет почасовая и, конечно, намного выше нашей. Ах да, идёмте, я вас рассчитаю. – Разве мы что-то заработали? – удивилась Женя. – Разумеется! – улыбнулась женщина, шествуя впереди них. – Я откажусь, – сказал Глеб. – Пиши-пропало, – вздохнула расстроенная женщина. – Где же я сейчас буду искать других? – спросила она с мольбой во взгляде. – Я про деньги. Во-первых, во время выступления у меня из головы, как нарочно, вылетели все слова. А во-вторых, я это делал ради Жени. Женя растрогалась, но не показала этого. – А я из удовольствия! Поэтому тоже не возьму денег. Лучше пустите их в дело. Например, отреставрируйте шубу Деда Мороза! И да, спасибо за сапоги! В них было так комфортно, что ноги ничуть не устали и не замёрзли! Хорошо, что вспомнила, а то, наверное, так бы и ушла в них домой! – И вам спасибо, и вам! – бросила женщина на ходу. – Так когда нужно выступить снова? – поинтересовалась Женя. – Я так и знала, что эта девочка меня не подведет! – обрадовалась руководительница. – Дай-ка я тебя ещё раз поцелую! – и с чувством чмокнула её в обе щёки, оставив след алой помады. – Всего пара заученных фраз, – продолжила она. – А знаете, не нужно ничего учить, придумаете сами! Забирайте костюмы, они вам понадобятся! – Чтобы уж наверняка не отказались! – усмехнулся Глеб, и Арина Георгиевна смешно пригрозила ему пальцем. Юлия, дожидавшаяся дочь снаружи, с нежностью обняла её. – Я вами горжусь, – улыбнулась она, повернувшись к парню, – вы смогли осчастливить наших местных ребятишек. Глеб, какие планы на тридцать первое? – спросила она, а Женя хотела провалиться сквозь землю. – Что за сводничество, мам? – не вытерпела Женя. – Мы с Глебом друзья. Наверняка он будет праздновать со своей девушкой. – Так и будет, – к Жениному удивлению и сожалению подтвердил парень, – но я всё равно загляну к вам «на огонёк»! – подмигнул он, застегнув до подбородка куртку. – И маму свою бери, мы приглашаем! – улыбнулась женщина в ответ, а Женю, размышляющую над странным поведением Глеба, потрясала собственная мысль о том, что она готова остаться его другом, лишь бы не терять его. У самой дороги слева от дворца стояло две машины: из первой сигналил им Иван, из другой выглядывал Михаил. Женя взглянула на маму и поняла, что та в полной растерянности. Потащив её по прямой, девушка поймала такси, решив проблему. Но обернувшись, в заднее стекло видела, как два автомобиля следуют за ними: – Вот бы мне приворожить Баженова, – откинувшись на спинку, вздохнула девушка. – Оставь парня, Женя. Не нужно идти против судьбы. – А кто моя судьба, мама? Тот бездельник и лицемер Суконов? Или подождать, когда мне стукнет сорок три, и за мной будут бегать сразу двое? – обиделась девушка и попросила высадить её где-нибудь поблизости. – Не говори ерунды. Поезжайте, пожалуйста, – сказала водителю Юлия и с укоризной посмотрела на дочь. – Ты ведёшь себя как обиженный подросток! Соберись, Евгения, ты – будущее школы, – строгим учительским тоном сказала она, и Женя тут же замолчала, уловив нотки тёти. Она была единственная, кто называл её полным именем. За машиной такси остановились ещё две. – Что за охранный кортеж вы устроили? – воскликнула им вышедшая Юлия, и Михаил заулыбался, а лицо Ивана было серьёзным и сосредоточенным. Женя быстро шмыгнула в подъезд. Михаил шагнул Юлии навстречу и встал от неё в двух шагах: – Прямо сейчас скажи, кому из нас уйти. – Ивану, – не раздумывая ответила женщина, и Иван напрягся. Улыбнувшись, Михаил развернулся к своему «товарищу» и как бы с досадой пожал плечами. – Чтобы ты смог выехать, – закончила она, и Авдеев недоумённо посмотрел на неё. Эта женщина с фотографии ни на минуту не выходила у него из головы, и он не мог так просто уйти, уступив дорогу какому-то там Маковецкому. – Сколько вы с ним знакомы, Юля? – напрямую спросил он, озадачив женщину. И она пыталась вспомнить, когда они познакомились. Наверное, благодаря Ирке, в тот самый момент, когда после свадьбы они переехали сюда жить. Удивительно всё-таки устроена жизнь: больше у неё нет такой подруги, зато есть Иван. Лучший, самый надёжный товарищ и друг. – Почти двадцать лет, – ответила она, взглянув на трижды поменявшегося в лице Ивана. – Двадцать лет! – покачал головой Михаил. – И за это время он не удосужился сделать тебе предложение! Выходи за меня, Юля. Не смотри на меня, как на шута, я вполне серьёзен. Внезапно поваливший хлопьями снег ложился на их головы, и Иван, грея руки под мышками, вернулся к своей машине, завёл мотор и уехал. – Я не хочу на тебя давить, но я люблю тебя. А значит, буду бороться, – признался Авдеев и тоже сел за руль, но в отличие от Ивана, не тронулся с места.