Глава 2
- Доброго вам утра, Варвара Ильинична!
Женщине и оборачиваться не надо было, чтобы понять, кто с нею поздоровался. И даже не в интонации дело: не так уж много людей в глаза называли её по имени-отчеству. За глаза – ещё меньше.
- Ну если только вы так утверждаете, Роман Афанасьевич.
Варвара перехватила корзинку поудобнее и наконец обернулась. Специально ведь старалась прийти на рынок пораньше, чтобы до первых петухов закупить на неделю продуктов без риска встретить соседей или знакомых! Впрочем, в таком крохотном городке, как их, почти все друг другу или знакомые, или родня.
- Разумеется, утверждаю, - белозубо улыбнулся мужчина. – Кстати, если позволите вас проводить, то с удовольствием поделюсь интересной информацией.
- Не уверена, что наши с вами понятия интересной информации схожи, - ответила женщина, разворачиваясь в сторону дома. Но спутника своего гнать на стала.
- До меня дошла забавная байка на морскую тематику, - меж тем, заговорил господин Бизонов, подстраиваясь под шаг собеседницы. – В ней рассказывалось о том, как за незаконное пересечение границ вблизи берегов Африки задержали небольшое судно. Капитану морской полиции Барамолову пришлось несладко, прежде чем он смог остановить эту лодку и захватить некоего доктора, окружённого зверинцем.
Варвара пробормотала себе под нос несколько грязных ругательств, которых порядочной женщине знать не положено. Хотелось добавить ещё, но стоило услышать рядом полу-удивлённый, полу-восхищённый присвист, и пришлось вспоминать о манерах.
- И что же с этим доктором? – слегка смущённо спросила госпожа Болотова. – Посадили в тюрьму, или отпустили? Не такое уж и страшное преступление он совершил…
- Его бы отпустили после оплаты штрафа, ну или через три дня исправительных работ. Но ваш отважный брат вместе с другими заключёнными поднял бунт и устроил побег. Животные, кстати, тоже были при нём.
- Час от часу не легче, - сокрушённо покачала головой женщина. – Раньше его считали просто сумасшедшим, а теперь ещё и международным преступником… А как эта информация дошла до вас, если не секрет?
- Не забывайте, за кем судно числилось по документам, - отметил Роман Афанасьевич. – Мне отправили запрос на предмет похищения. Но раз факта кражи не обнаружено, то доктора Айболита ждёт наказание только за побег.
Он внимательно смотрел в нахмурившееся лицо спутницы, но та хранила молчание. Некоторое время они прошли в тишине, нарушать которую женщине не хотелось, а мужчина – не решался. В конце улицы уже показался дом Варвары Ильиничны: одноэтажное некогда добротное здание, что уже давно требовало хотя бы косметического ремонта. И Робинзон наконец решился завести другой, не менее животрепещущий разговор.
- Много вам ещё осталось собрать до необходимой суммы? – поинтересовался он, понизив голос. И с недовольством отметил, что морщины между бровей Варвары стали ещё глубже, а взгляд вспыхнул злостью.
- А вот это не ваше дело!
- Не моё, - покладисто согласился Роман. – Так сколько? Успеете до конца года?
- Надеюсь, даже до середины лета, - всё же ответила женщина, вздохнув. Конечно, с ростовщиком они друзьями не были, но время от времени хотя бы на словах поделиться своими горестями хотелось даже злой Варваре.
- При таком раскладе даже хорошо, если ваш братец побудет в Африке подольше.
В ответ мужчина получил ещё один злобный взгляд, хотя, положа руку на сердце, Варвара Ильинична была с ним солидарна.
Дом был во владениях Болотовых уже не одно поколение, но за последние лет тридцать семейный капитал изрядно поистрепался. Илья Болотов же и вовсе не прибавил к бюджету ни монеты, растратив последние средства на учёбу сына, а в качестве наследства оставил только дом. И именно здание – единственное своё недвижимое имущество, почти сразу заложил в банк ещё молодой доктор Вениамин, чтобы иметь возможность оборудовать свой кабинет по последнему слову техники. Притом не просто оформил закладную, но ещё и не поставил сестру в известность.
Та узнала о долге случайно, когда тот вырос до неимоверных размеров, намного превышая сумму займа. Брат в тот момент и вовсе отмахнулся от долговых расписок, словно не понимая, что их последнее имущество вот-вот выставят на торги. И Варваре Ильиничне пришлось и эту ношу взвалить на свои плечи.
- К сожалению, перекупить закладную не представляется никакой возможности, - добавил Роман Афанасьевич. – Иначе давно бы это сделал.
- О, не переживайте, - ядовито ответила женщина. – Тут и без вас найдутся желающие. Взять хоть нашего соседа с его гадёнышами-близнецами.
- Не стоит говорить такие вещи вслух, - тот покачал головой, явно не одобряя очередной гневной вспышки. – Иначе могут возникнуть проблемы.
- Как-будто их и так нет!
Кулаки сами сжались от воспоминания о соседских детях, двойняшках Татьяне и Иване, которых Венька по доброте душевной вылечил от серьёзной ангины, когда те были ещё маленькими. Даже сама Варвара только поддержала тот порыв – дети были слабенькими, а их отец, только-только открывший лавку, не имел за душою ни гроша. Однако время шло, и вместо того, чтобы отплатить добром за добро, торгаш нацелился на их домик, подсылая детей к доброму доктору. Варвара крепко подозревала, что психика брата была бы куда целее, если бы «Танечка и Ванечка» не прибегали ежедневно, лишь подогревая мнение душевнобольного о своей связи со зверями.
- Но лучше, чтобы хотя бы не увеличивались. И мне действительно жаль, что не могу помочь с этим долгом. Он наполовину государственный, а значит мне его не продадут.
- А вам бы так хотелось, чтобы мы были в должниках у вас?
- Варвара Ильинична…
Мужчина сокрушённо покачал головой, но госпожа Болотова считала себя слишком закостенелой, чтобы понимать намёки. И слишком гордой, чтобы обсуждать такие темы в открытую.
- Всего хорошего, Роман Афанасьевич.
Женщина вошла в дом куда как быстрее, чем собиралась. Пушистая кошка привычно тёрлась о ноги, но Варя даже не обратила на мурлыку внимание, на автомате разбирая содержимое корзинки. Хотелось успокоиться, а ещё лучше – отвлечься от нахлынувших мыслей, и самым верным способом была уборка. Там взмах тряпкой, тут натереть полы, и никакой меланхолии нет и в помине!
Потянувшись к серванту, она наткнулась на своё отражение в стеклянной дверце, и, тяжело вздохнув, так и уселась на стул. Из серванта на неё смотрела взрослая женщина, на лбу которой залегли суровые морщинки. Бледный цвет лица, излишняя худоба щёк, вечно чёрное платье и мозоли на руках. В молодости Варвара Ильинична не без основания считала себя красивой, но и тогда вместо приданного у неё были сумасшедший брат и отсутствие денег. Сейчас же к этому набору подкрадывалась старость. Пока что тихонько, буквально на цыпочках, но когда тебе вот-вот перевалит за тридцать, о молодости пора и забыть.
- Ты даже в любовницы симпатичному ростовщику не годишься, - вслух сообщила женщина своему отражению. – Так что гони эти мысли в шею, и начинай натирать мебель до блеска.
***
- Тридцать шесть, тридцать семь, тридцать восемь… - грузный мужчина в коричневом сюртуке склонился над бумагами, для верности проговаривая счёт вслух. – Всё верно, госпожа Болотова, сегодня была последняя оплата.
- Хвала небесам! – не сдержала облегчённого выдоха женщина. Впрочем, тут же опомнилась и вернула себе привычное чопорное выражение лица. – Не могли бы вы оформить ту расписку, о которой мы говорили в прошлый раз, господин Куренов?
- Разумеется, - кивнул собеседник, поднимаясь со своего места с неожиданной для подобной комплекции лёгкостью. – Необходимая форма у меня как раз в кабинете.
Бухгалтер подошёл к стоящему в дальнем углу кабинета секретеру и принялся перебирать бумаги. Но всё равно продолжал искоса наблюдать за пришедшей клиенткой, отмечая всё новые подтверждения её эмоциональности. Чуть сильнее необходимого сжимает пальцами платок. Слегка, почти незаметно прикусила нижнюю губу. И взгляд, что буквально на несколько мгновений стал влажным. Хотя мужчина и не удивился бы, расплачься злая Варвара прямо в его кабинете.
Господину Куренову, что уже второй десяток лет трудился в должности бухгалтера – и, кстати, дослужился до главного в банке – Варвару Ильиничну Болотову было даже по-человечески жалко. Не настолько, чтобы идти в вопросах долга на уступки, но всё же. Женщина, что по воле случая вынуждена приглядывать за душевнобольным братом, делала всё, что было в её силах, дабы погасить его долг и не позволить банку пустить с лотка их дом – единственное, что осталось от отца. Притом не чуралась работы помощницы лекаря, хотя вот ещё лет двадцать назад женщинам её круга работать и вовсе было стыдно. С другой стороны – созвала бы комиссию для Айболита, оформила над ним опеку и никакой кредит бы ему под залог дома никто не дал. Но нет же, пожалела чувства братца. Как-будто он её жалеет!
— Вот и она, - мужчина вытащил один листок из стопки и вернулся за рабочий стол. – Сейчас подпишем и одной проблемой у вас будет меньше.
- Было бы замечательно, - всё же вздохнула устало женщина. – Не хочется, чтобы Вениамин Ильич под влиянием кого-то перезаложил дом ещё раз.
- Ну что вы, Варвара Ильинична! – заверил её Куренков. – При наличии этой бумаги любой договор будет считаться недействительным – повторно уже бывшее в залоге имущество нельзя будет заложить ни в государственном банке, ни ростовщику.
На это Болотова отвечать не стала, лишь кивнув и в очередной раз принимаясь вчитываться в условия того договора, что планировала подписать. Такая вот предосторожность уже давно стала привычкой сестры доктора, и женщина ловила себя на мысли, что и сама начала неплохо разбираться в финансовых и юридических документах. Хоть вместо аптекарской лавки отправляйся в помощники Робинзона! Но, поморщившись, Варвара снова принялась за документ. Придумается же такое…
Закончив со всеми бюрократическими моментами, Варвара готова была распрощаться и наконец покинуть отделение банка, когда в кабинет ворвался мальчишка-посыльный.
- Господин, корабль! Корабль! Да какой огромный!
Глаза мальчика буквально горели от возбуждения, щёки раскраснелись, а гладко причёсанные с утра волосы были всклокочены. Ясно, что посыльный только-только примчался с набережной, принося новости, но избыток эмоций мешал рассказать их как следует.
- Да не тараторь ты, словно чумной, - осадил его степенный бухгалтер. – У нас же портовый город – кораблей как грязи.
- Доктор Айболит приплыл, - наконец выдал мальчишка. – Его почти весь город высыпался встречать. Опять куча зверья, да какого! Говорят, двухголовая коза даже есть! Вот злая Варвара желчью зайдётся…
Посыльный видимо ещё что-то хотел добавить, но тут же осёкся, заметив предостерегающий взгляд начальника. А после, переведя взгляд на клиентку, и вовсе побледнел.
Варвара Ильинична смотрела на него неверящим взглядом. Хотелось тут же схватить парнишку за грудки и выспросить абсолютно всё про новый корабль и про Веньку. Как он там? Здоров ли, или может исхудал? Где же его носило целых пять месяцев, и откуда взял новый корабль, когда посудина Бизонова должна быть конфискована? А ещё сильнее, чем устроить допрос посыльному, хотелось побежать на пристань самой и наконец убедиться, что брат действительно приехал. Но тут же осеклась, прекрасно понимая, как это будет выглядеть со стороны. «Злой Варваре» на этом празднике не место, уж лучше пусть соседские двойняшки встречают своего доктора…
- Так, мелкий, пойдём-ка кое о чём потолкуем, - проговорил Куренков, поспешно выводя посыльного за локоть. – Просим прощения, Варвара Ильинична, мы минут на десять вас покинем.
Он осторожно прикрыл за собою дверь и отошёл на несколько метров, прежде чем паренёк испуганно зашептал:
- Ой, что теперь со мной будет?..
- Да ничего не будет, дался ты ей в триста лет! – отмахнулся бухгалтер, не забывая коситься в сторону кабинета. – У неё и без тебя хлопот хватает. Впрочем, сейчас хотя бы на одну меньше…
- А для чего же вы меня тогда увели? – непонимающе спросил мальчишка. – Разве она не должна разозлиться, что брат вернулся?
- Дурак ты, - незлобно попенял ему мужчина. – Она может и злая, как говорит народ, но не бесчувственная. Хотя поживи ты как она, может бы тоже обозлился. Ладно, пойдём, чайку попьём, пока наша гостья вволю проплачется и приведёт себя в порядок.
***
— Ну это уже ни в какие рамки не лезет!
- А что не так, Варенька? – вскинулся доктор, поднимая голову от стола. – Ты почему так резко закричала?
На столе у доктора Айболита лежал очередной мотылёк, которому он собирался пришить крылышко. Насекомое было уже изрядно высохшим, давно закончив свой жизненный цикл, и именно поэтому отказывалось летать, а вовсе не из-за мифической травмы. Но господин Болотов сей факт успешно игнорировал, и потому операция продолжалась уже второй час. И неизвестно, сколько бы длилась ещё, если бы Варвара Ильинична не перешла на повышенные тона в разговоре.
- Кричу я потому, что обычный мог голос ты словно не слышишь, - прохладно отметила женщина, уперев руки в бока. – А не так у нас дома то, что твоя ущербная коза уничтожила все запасы лекарственных трав, которые я высаживала на днях.
- Во-первых, это не коза, а тянитолкай, - педантично поправил сестру доктор, упорно утверждавший, что живущий у них мутант – это новый вид животного, неведомый науке ранее. – А, во-вторых, нечего свои сорняки сажать где ни попадя.
- Веня, ну ты же сам медик, - устало выдохнула его сестра. – Календула и шалфей – это не сорняки, а основа моего приработка. На который мы, между прочим, покупаем сено для твоего «тянитолкая»! И они были под плёнкой в маленькой тепличке – кто вообще додумался её снимать?
- Злая ты, Варвара, - покачал головой Вениамин Ильич. – Не любишь зверей. Всё, не отвлекай меня – я занят.
- Ах, занят он, - воскликнула в сердцах женщина и, демонстративно хлопнув дверью, вышла из комнаты.
Она шла по дому, словно ураган, и ёжики шарахались несмотря на отсутствие в её руках метёлки. Сонная сова повернула голову, а утка пару раз крякнула, но вся остальная живность продолжала держаться от женщины на расстоянии, опасаясь попасться под руку.
Чтобы немного остудить мысли, Варвара Ильинична предпочла выйти во двор. Но начисто забыла, что именно там и обитает «редкий зверь», и вместо успокоения лишь разозлилась ещё сильнее: коза с похожим на вторую голову отростком на туловище как раз заканчивала дожёвывать молоденькие побеги мать-и-мачехи.
- Да чтоб тебя, проклятый мутант! – прокричала женщина, в бессилии сжав кулаки. – И тебя, и весь этот зверинец, будь он неладен!
Госпожа Болотова как была, с непокрытой головой и в домашних туфлях, выскочила из калитки и направилась к морю. Плевать на всё, но больше находиться в такой обстановке она не могла. Хотелось хоть на время взять паузу от навалившихся на неё после возвращения брата забот, а ещё лучше – свалить их на кого-нибудь другого. Ежедневно вокруг их дома околачивались странного вида люди, то и дело предлагая доктору «совсем не задорого забрать к себе зверушку», а в каждой комнате вновь поселились животные, от которых Варвара едва успела отдохнуть. Но хуже всего было то, что Венька опять не замечал ничего вокруг, а его душевный недуг лишь прогрессировал. Да и чего б ему не прогрессировать, когда многие из горожан лишь подпитывали больные фантазии мужчины, а сильнее всего в этом преуспели соседские близнецы, эти Танечка и Ванечка. Разумеется, с таким раскладом брат и не думал принимать назначенные по доброте душевной коллегой лекарства от галлюцинаций, и Варя начинала ловить себя на том, что то бревно, что Айболит считал за крокодила, ей даже нравилось. Во всяком случае, оно не гадило дома, не воняло и не имело привычки бодать любого, кто проходил мимо.
Сама не заметив того, женщина дошла до пристани. Что ещё хуже, всё время пути с ней рядом топала коза, в кои то веки передвигавшаяся тихо.
- Шла бы ты домой, будущий экспонат кунсткамеры, - тяжело вздохнула Варвара Ильинична. – А то ещё слухи поползут, будто я тебя мучаю. Хотя они и без того наверняка есть…
Однако животное упорно не сдавалось, продолжая следовать за той, которая обычно кормила и поила её. Даже боязнь воды не помешала «тянитолкаю» передвигать копытцами по отсыревшим доскам причала, тенью следуя за хозяйкой.
- Да отцепись же ты от меня! – не выдержала женщина, когда коза слегка боднула её, привлекая к себе внимание, а заодно прося ласки и привычного поглаживания за ушком.
Чего не учла Варвара Ильинична, которая с опаской поглядывала по сторонам, так это того, что мутировавшее в африканских лесах животное окажется сильнее местных козочек. «Тянитолкай» этого тоже не учёл, хотя вряд ли хоть в одной из его голов был достаточно развитый мозг, чтобы делать выводы. Но в итоге повторившее свою попытку, но уже немного упорнее, животное попросту столкнуло злую Варвару в море. И совершенно не понимало, почему люди вокруг хохочут, когда давно пора бы втащить на причал хозяйку, в кармашках юбки которой была припрятана морковка.
***
- Давайте-ка руку, Варвара Ильинична, - с тревогой проговорил Бизонов. – Неровен час, потоните в этой своей тяжёлой юбке.
- Уж как-нибудь сама доберусь до причала, - ответила женщина, которой только природное упрямство не позволяло выбрать самый разумный вариант и уцепиться за руку ростовщика.
- И что будете делать? – скептически хмыкнул тот. Но руку, впрочем, не убрал. – Вернётесь к брату и в этот бесполезный городишко? Варя, прекращай упрямиться, пока и правда не утонула.
- Не припоминаю, чтобы вам позволено было обращаться ко мне просто по имени, Роман Афанасьевич…
Женщина наконец приняла его руку, забираясь в лодку. Молча следила за тем, как мужчина подгребает к кораблю, а после поднимается на его борт, кивнув нанятой команде. Госпожа Болотова и опомниться не успела, как оказалась в каюте, окружённая кипой полотенец и с кружкой рома в руках. «Чтобы быстрее согрелась», проговорил Бизонов, и это было его первой фразой с момента спасения. А после спешно покинул помещение.
Варвара тяжело вздохнула, действительно опустошив кружку и скидывая мокрое платье - помощнице аптекаря и младшей сестре врача не было смысла лишний раз напоминать о пользе профилактики простуды. Она растёрла полотенцами волосы, отжала как могла воду с одежды, и осмотрелась вокруг. Разумеется, никакого другого платья в каюте и быть не могло. Зато на кровати покоились чистая рубаха и свободного кроя штаны, которые благодаря верёвочке смогли удержаться даже на её тонкой талии.
- От того, что нацепишь мужскую одежду, твоей репутации хуже не станет, - проговорила вслух Варвара, не зная даже, рада она отсутствию зеркала, или всё же волнуется. – Надо хоть выйти и сказать спасибо этому нахальному ростовщику.
На самом деле, разговора с Романом Афанасьевичем женщина немного опасалась. К подколкам со стороны этого мужчины она за столько лет уже привыкла, но даже не представляла что сказать ему сейчас кроме простых слов благодарности. Опять же, помимо обычной вежливости неплохо бы хотя бы примерно представлять себе план действий: куда она потом отправится, и как сможет вернуться к брату. И, кстати, что они вообще делают на корабле?
Пожалуй, этот вопрос смог захватить разум женщины настолько, что она вышла из каюты, забыв про всякое стеснение. Спокойно выбралась на палубу, игнорируя заинтересованные взгляды команды, и там нашла ростовщика, так же переодевшегося, и попивавшего из кружки чай. Во всяком случае, Болотовой хотелось верить, что в огромной керамической посудине у него именно этот напиток.
Бизонов заметил её сразу. Быстро оглядел с головы до ног, и тут же отвернулся. Но то, что успела ухватить женщина в его взгляде, заставило её позабыть о всех своих вопросах.
- Как самочувствие? – поинтересовался Бизонов, стоило женщине приблизиться на удобное для диалога расстояние. Правда смотреть в глаза всё так же не стал.
- Спасибо, всё в порядке, - кивнула Варвара. – И позвольте поблагодарить за моё спасение.
Роман кивнул, словно не благодарность принимал, а очередной отчёт от кредиторов. А после, поморщившись, добавил:
- Даже странно слышать из твоих уст столько вежливости.
- «Из ваших», - прохладно поправила его женщина. И Бизонов выдохнул с облегчением – Варвара себе не изменяла. – А теперь позвольте уточнить, Роман Афанасьевич, где мы вообще находимся и когда вернёмся к пристани. У меня завтра с утра работа, так что не хотелось бы возвращаться домой затемно.
- Думаю, в свою лавку вы вернетесь не скоро, Варвара Ильинична, - ответил ростовщик, разворачиваясь лицом. И Варя тут же поняла – не чай был в его кружке, совсем не чай. Обычное пиво, не слишком-то и качественное. Ну хоть не ром, как у неё – уже спасибо. – Потому что сейчас наш путь лежит к берегам Африки.
- Африки?! Да вы с ума сошли? Какая к чертям Африка?
- Очень и очень жаркая в это время года, - улыбнулся мужчина. Увидеть настолько эмоциональной свою собеседницу он не ожидал, но был приятно удивлён. Когда она не хмурится, то все эти усталые морщинки начисто пропадают! А ведь он и раньше подозревал, что стоит дать «злой Варваре» выспаться, нормально откормить и убрать весь зверинец из дома, и можно будет снова любоваться той же задорной улыбкой, которая нет-нет да и проскакивала лет десять назад у ещё молодой девушки Вареньки.
- Не заговаривайте мне зубы, Роман Афанасьевич, - отмахнулась Болотова. – Зачем вы вообще туда плывёте?
- Ну хотя бы за тем, чтобы вернуть этот корабль законному владельцу, а именно – капитану морской полиции Барамолову. Не сделаю этого сам – они безо всякого стеснения приедут за своей собственностью лично, вот только одним штрафом за похищение мы не отделаемся.
- Ох, Венька…
Женщина прикрыла глаза ладонью, в очередной раз за прошедшее время поминая брата не самым добрым словом. Опять он учудил, а ей придётся расхлёбывать. Вернее, в этот раз не совсем ей.
- Роман Афанасьевич, я даже не знаю, когда смогу с вами расплатиться, - устало проговорила он, облокачиваясь на перила. Волны на морской глади были совсем небольшими, словно внушая спокойствие. И глядя на них, не хотелось поддаваться унынию и самой. – Давайте я напишу вам расписку, а при первой же возможности отдам долг.
- Да не нужна мне никакая расписка, - хмыкнул ростовщик, с усмешкой поглядывая на свою спутницу. – Во-первых, корабль до верху набит нужным мне товаром. Во-вторых, за самоличный возврат имущества штраф обещают выставить минимальным. А в-третьих, вы даже представить себе не можете, Варвара Ильинична, какая чудесная реклама у меня появилась благодаря вашему брату! Обо мне не только в Африке теперь знают, и прибыль от предстоящих сделок обещает быть весьма существенной.
- О, ну хотя бы вы в накладе не остались, - всплеснула руками женщина, у которой от слов Бизонова камень с души свалился. Одной проблемой меньше! – Но я всё равно тороплюсь домой. Не затруднит ли вас хотя бы пересадить меня на попутный корабль?
- Варвара Ильинична, а зачем вам возвращаться?
- Что значит, зачем? – даже опешила от такой постановки вопроса Варя. – Вы ведь сейчас шутите?
- По мне похоже, будто я шучу? – прохладно поинтересовался Роман Афанасьевич. – Подумайте сами – во всём городе едва ли наберётся с десяток действительно думающих людей, которые относятся к вам нормально. А брат ваш сам просил меня отвезти вас куда-нибудь подальше, и мне хочется надеяться, что это в нём так проснулась совесть и осознание, что вообще-то ему нужно было все эти годы самому о вас заботиться, а не наоборот.
- Да как вы смеете рассуждать так нагло о чужих семьях! – не выдержала женщина. – Не ваше дело, как ко мне относится брат. Но он не в состоянии позаботиться о себе сам. Я нужна ему, неужели вы не понимаете?
- Раз с ним ничего не случилось во время путешествия в Африку, значит сам о себе он позаботиться может, - отрезал Бизонов. – И знаете, этому городишке неплохо бы начать отвечать добром на добро. Пусть так же приглядывают за Айболитом, как он присматривает за ними.
Он посмотрел в блестевшие от так и не пролитых слёз глаза женщины, и добавил уже намного мягче.
- Варвара Ильинична, ну правда, он уже давно вырос. Я знаю, что вы давали обещание матери о нём заботиться, но вы и так сделали очень много. Соседи, да хоть те же близнецы, не дадут ему закопаться в работе, и проследят за тем, чтобы не погряз в грязи и не умер от голода. А в крайнем случае, за ним присмотрят мои ребята. Не упрямьтесь, Варвара…
Болотова отвернулась, не в силах больше выдерживать как мягкий взгляд ростовщика, так и звучавшую из его уст истину. Она опять посмотрела на водяную глядь, пытаясь внутренне принять – этот мужчина говорит правду, а Венька хоть и витает в облаках, но худо-бедно о себе позаботиться в состоянии. Да и всем этим белкам и ежам не помешает хоть иногда добывать себе пропитание самостоятельно. Дом у него не отнимут, а люди в городке просто обожают своего доброго доктора Айболита. Но как же теперь жить ей самой? Так много лет она положила на заботу о старшем брате, что теперь даже не знала, как быть дальше…
- Как думаете, у меня ещё получится начать всё заново? – негромко спросила она, понимая, что сейчас как никогда нуждается в совете. – Уехать и зажить новой жизнью?
- Подозреваю, у вас получится всё, что бы вы ни задумали, - чуть улыбнувшись, ответил Роман Афанасьевич. – У вас настолько обширные знания в медицине и лекарственных травах, что сможете работать в этом направлении даже без соответствующего диплома. Правда, неофициально. Но есть и кое-что ещё, - он подождал, пока Варвара развернётся к нему лицом, а взгляд станет заинтересованным. – Вы разбираетесь в юридических и финансовых документах, умеете вести хозяйство, разговаривать с людьми… Кажется, идеальное место для вас – в качестве жены ростовщика. Что думаете об этом предложении?
В глазах госпожи Болотовой лишь на мгновение мелькнуло удивление, практически сразу сменившееся привычным надменным выражением на лице.
- Ну если вам так необходим помощник, господин Бизонов, то так об этом и скажите. А замуж зовите лучше какую-нибудь молоденькую девочку.
Да как ему вообще в голову пришло подобное ляпнуть? Как язык не отсох говорить в такой манере?! Будь воля Вари, она бы его на месте взглядом испепелила – да, пусть ей почти тридцать, но делать подобные предложения… Верх неприличия!
- А как быть, если мне неинтересно звать замуж «какую-нибудь молоденькую девочку»? – спросил Бизонов, с лёгким удовлетворением смотря на сердитое выражение лица собеседницы. – Что делать, если я уже почти десять лет пытаюсь добиться от тебя хоть каких-то ответных чувств? Но если ты не хочешь выйти за меня замуж по любви, выходи хотя бы для выгоды. А с остальным я справлюсь за нас двоих.
Щёки Варвары Ильиничны мгновенно вспыхнули, словно ей снова было девятнадцать, и она вновь получила то признание от «Робинзона», что и тогда. И снова непонятно, шутил он или говорил всерьёз. Потому что за такие шутки надо наказывать. И Варя вдруг поймала себя на мысли, что да, вот этого шутника не грех и наказать.
Взяв себя в руки, женщина теперь спокойно смотрела на собеседника, раздумывая над дальнейшими действиями.
- Так я могу получить ответ на своё предложение? – уточнил тот. – Раз уж в этот раз у вас нет под рукой кочерги.
- А знаете, Роман Афанасьевич, я, пожалуй, над ним подумаю. Сколько там нам добираться до Африки? Неделю? Меньше? Но кочерга мне тоже пригодится, так что не думайте, что обойдётесь малой кровью.
- Я обязательно спущусь в котельную и попрошу спрятать все подходящие под это определение предметы, - пообещал Бизонов. И лицо его озарилось по-настоящему весёлой улыбкой.
Добрый доктор Айболит!
Он под деревом сидит.
Приходи к нему лечиться
И корова, и волчица,
И жучок, и червячок,
И медведица!
Всех излечит, исцелит
Добрый доктор Айболит!