Глава 33.

Фиэль

Как только я отстранилась от его холодных губ, я заметила, как Габриэль моргнул. Его веки дрогнули, и он медленно повернул голову в мою сторону, словно просыпаясь от глубокого сна. Но затем снова замер, словно марионетка, у которой оборвались нити.

Но чудо уже свершилось. Багряная дымка рассеялась, и солнце вновь засияло, заливая мир теплым, золотым светом. Небо вернуло себе свой первозданный облик – глубокий, лазурный, чистый. Пушистые белые облака, словно невесомые кораблики, плыли по нему медленно и безмятежно. Ужас отступал, уступая место надежде.

– Ты все сделала правильно, – услышала я вдруг до боли знакомый голос, от которого всё внутри сжалось, но уже не от страха, а от нахлынувшей нежности.

– Мама… – развернувшись, я увидела её. Прекрасную, счастливую, лучащуюся спокойствием, словно ангел.

– Да, Фиэль, это я, – она распахнула руки, и я, не в силах сдержать порыв, устремилась к ней, в её объятия. Слезы хлынули из глаз, как из прорванной плотины. – Ты ведь настоящая? – Еле слышно прошептала, боясь, что она исчезнет, как мираж.

– Да, звездочка моя, в этом мире я настоящая… – ее голос был таким же мягким и любящим, каким я его помнила.

– Мы теперь всегда будем вместе? – Я посмотрела ей в глаза, и в этот самый миг почувствовала, как чья-то рука легла мне на спину.

– Не пришло еще твое время… – слова отца заставили меня содрогнуться. Холод пробежал по коже, словно от ледяного прикосновения.

– Значит, Весиан был прав?! – я обернулась к нему, но побоялась обнять. Он казался таким далеким и неземным. – Папочка, я так виновата… Прости меня… Умоляю… Прости…

– Все предначертано судьбой, Фиэль, – спокойно произнес он и погладил меня по голове. Его прикосновение было невесомым, почти призрачным. – Так должно было случиться. Не вини себя.

Тепло. Я тонула в этом тепле, в объятиях мамы и папы. Это было так… правильно, так естественно. Словно я вернулась домой, после долгого и мучительного путешествия. На мгновение мне показалось, что могу остаться здесь навсегда, раствориться в их любви и заботе. Забыть про боль, про страх, про тьму, поглотившую Габриэля. Но… они были правы, мне здесь… пока не место.

Резкий вдох. Воздух обжег легкие, словно лед. Боль. Она вернулась, пронзительная и мучительная, напоминая о реальности. Я открыла глаза и увидела знакомые очертания пещеры. Снова здесь. Снова там, где все закончилось.

Габриэль. Он держал меня на руках, его лицо было полно отчаяния. Его глаза, уже не ледяные, а полные боли и надежды, смотрели на меня с нежностью, от которой сердце забилось быстрее. Он был здесь, со мной. Живой.

Но что это? Я почувствовала, как тепло разливается по телу, заполняя каждую клеточку. Свет. Ослепительный, мягкий, лунный свет, исцеляющий меня. Он проникал сквозь разорванную плоть, затягивая рану, словно ее никогда и не было. Боль отступила, оставляя после себя лишь приятное покалывание.

И вдруг все вокруг залило серебряным сиянием. Перед нами возникла Она. Богиня Луны. Во всем своем неземном великолепии. Ее светлые волосы ниспадали волнами на плечи, в ее глазах отражались звезды, а в голосе звучала мудрость веков.

– Габриэль, дитя тьмы, и Фиэль, дитя света, – прозвучал ее голос, перезвоном серебряных колокольчиков, – Ваша любовь победила тьму. Ваше самопожертвование тронуло мое сердце. Я, благословляю ваш союз. Пусть ваша любовь освещает этот мир и дарует надежду всем, кто заблудился во тьме. Да будет так.

И с этими словами свет Богини окутал нас, соединяя наши души в единое целое. Я почувствовала, как сила Габриэля растет, а его тьма отступает навсегда. Мы были вместе. И это было только начало.

Габриэль смотрел не верящими глазами на меня, по щекам его текли слезы. Он поцеловал меня. Я улыбнулась, мы смогли перебороть все препятствия, и хоть впереди столько неизвестного, была уверена, что вместе мы со всем справимся.

Не сомневалась в его чувствах, иначе Богиня не благославила бы нас. Но дело даже не в этом, я знала, что он изменился, это заметно было по взгляду, с которым он смотрел.

В минуты отчаянья так трудно верить, но, когда больше ничего не остается, мы должны верить в высшие силы, что добро иногда побеждает и случаются чудеса.