10

— Какая прелесть, — сказал Илья, разглядывая конфеты «Золотой петушок» в вазочке на столе. — Шерстяная задница вышла на тропу войны? Мелко, как мелко!

— А что не так с конфетами? — удивился Кощей. — Нормальные конфеты.

— Да так, — сказал Илья. — У нас с ним разговор был… Кстати, Константин Адамович, а кота допрашивали?

— Я не думаю, что он что-то скажет, — пробормотал Кощей, утыкаясь в чашку. — Особенно, после того, как он мне попался под горячую руку.

— Будем принимать превентивные меры, — зловеще ухмыльнулся Илья. — Он у тебя тут на чем сидит? На вискасе? На Проплане?

— Ага, сейчас, — фыркнул Кощей. — Наш гурман предпочитает фуагра, мраморную говядину, трюфеля и прочие изыски.

— А печень выдержит? — поразился Илья. — Это ж чистое самоубийство!

— У этого проглота печень выдержит всё, — усмехнулся Бессмертный. — А вот мой кошелек не выдерживает его аппетитов. Поэтому он по большей части питается с общего стола. Ничего, переживет.

— А самое любимое блюдо у него какое?

— Рыба, конечно.

Илья коварно улыбнулся, развалившись на стуле.

Кто знает в замке всё и обо всем? Тот, кто ходит там, где захочет. Тот, кто знает тайные проходы. Тот, кому есть доступ в любое помещение. А в способностях кота проходить через двери, минуя любые запоры, Кощеич убедился на личном опыте.

В лучших традициях советской милиции, Илья заявился к подозреваемому сам.

Сел за стол, положил перед собой листок бумаги с крупным заголовком «Протокол допроса» и стал уточнять возраст и место рождения гражданина Баюна. Спросил и про места работы, и про образование, и про семью, и всё тщательно записывал в карточку подозреваемого. В отместку за петушков.

Кот покорно отвечал на вопросы, однако надолго его не хватило.

— Слушай, Илья, — сказал кот. — Ты чего такой тупой?

— Вы увиливаете от ответа, гражданин Баюн, — строго сказал Илья. — Были ли враги у Александры Даниловны?

— Да кому она нужна, твоя Александра, — закрыл глаза лапой Баюн. — Ты с другой стороны копай.

— Во-первых, она не моя, — въедливо проворчал сыщик. — Во-вторых, ее похитили.

— Да ладно! — удивился кот. — Кто бы мог подумать.

— Гражданин кот, — прищурился Илья. — Я уверен, что вы знаете больше, чем говорите.

— Я имею право хранить молчание, — вредничал кот.

— Хорошо, — сказал мужчина. — Будем пытать.

Тяжко вздохнул, извлек из-под стола пакет, развязал его (кот напрягся, рассчитывая траекторию отступления)… разложил на столе газету и плюхнул на него копченого омуля.

Кот громко сглотнул. Мужчина аккуратно отделил плавники, обсосал их и сложил кучкой с края газеты. Оторвал коричневую, тонкую как пергамент кожицу. Облизал пальцы, принялся отрывать кусочки ароматного жирного мяса.

— Омуль — рыба уникальная, — повествовал Илья. — Этот вот только в Байкале водится и является одной из самых полезных рыб. От себя добавлю, что такой вкуснотищи в жизни не пробовал.

Кот жадными глазами провожал каждый кусок рыбки, пропадавшей в илюхином рту. И когда Илья, подчистую уничтожив один бок, стал отрывать кожицу с другого, не выдержал:

— Я всё скажу, только не жри больше. Отдай мняу.

— Сначала сведения, потом оплата.

— Это Яга! Это всё она! Дай-дай-дай!

— А не клевещете ли вы часом на почтенную женщину?

— Кто, я? — возмутился кот. — Эй, руки прочь от моей ррррыбы.

— А доказательства есть? Улики?

— А зачем мне твои улитки? — кот аккуратно подтягивал к себе газету с рыбой. — Я что, колдовство Яги по запаху не узнаю? Я ж с ней жил когда-то.

— Так и запишем: сожительствовал с подозреваемой.

— Эээ! Правильнее сказать — работал сообща! Но это было лет сто назад! Или даже двести!

— А об этом вы господину Бессмертному расскажете.

— Не расскажу, — с достоинством ответил Кот. — Я с ним не разговариваю.