Глава 3

Почти сутки я просидела в своей комнате. Даже не ела толком ничего.

Не то чтобы я опасалась новой попытки отравления, просто не было аппетита. Было так тошно занимать чужое место, что кусок в горло не лез.

Ну и приходилось думать, что дальше делать.

Мне должно было быть абсолютно фиолетово на политическую обстановку в этом мире, ведь по идее я не должна здесь надолго задержаться. Но иногда проскакивала мысль изучить местные реалии и понять что к чему.

Зря я, что ли, больше десяти лет журналистом-аналитиком отработала? Был соблазн разобраться с политикой партий. Но я гнала от себя эти мысли.

Это не моя жизнь. Моя задача вернуть изначальную хозяйку тела и почить с миром, как и было задумано.

— Ваше Высочество, разрешите войти, — послышался слабый и испуганный голосок за дверь.

— Входи, Ида.

За дверью произошла какая-то странная заминка, словно кто-то споткнулся и едва не уронил поднос с кучей посуды.

Я уж подумала, что нужно бежать на помощь, но в дверном проеме показалась макушка знакомой служанки.

Она опустила глаза в пол и, дойдя почти по приборам, поставила на ближайший столик поднос.

— Ваш завтрак, — сказала она, глубоко поклонившись.

Ох, после бессонной ночи кусок в горло все еще не лез, но я понимала, что покушать хоть что-то нужно. Вряд ли Алиенора скажет мне спасибо, когда вернется, если я заморю ее тело голодом.

— Спасибо, Ида.

Едва я это произнесла, девушка вскинула голову, посмотрев на меня чуть ли не с благоговейным ужасом.

А, ну да, от Ее Высочества слов благодарности добиться было нереально. В основном она общалась со слугами исключительно глаголами.

Принеси. Подай. Уйди.

Прилагательные тоже были, но их повторять я не собиралась.

А еще были угрозы, куда ж без них. Самый распространенный, про конюшню и порку, слышали, наверное, все обитатели этого замка. Я тоже имела честь его услышать.

— В-ва-аше Высочество?

Господи, я эту девочку так напугала, что она заикаться начала. Не дело это.

Но, с другой стороны, я ведь не могу угрожать запороть всех на конюшне и отказаться от элементарных правил вежливости.

Когда Алиенора вернется, пусть считают, что у нее временное помутнение рассудка было.

— Что-то случилось, Ида? — Самым невинным тоном уточнила я.

— Нет, — мотнула она головой, снова опустив глаза. — Вам подать завтрак в постель или накрыть в гостиной?

Спрятаться в спальне было очень привлекательной идеей. Но нужно было гулять бы в переделах этих покоев. К тому же повод был.

Жизнь без постоянной боли опьяняла. А потом до меня дошло, что я впервые за долгое время смогу почувствовать вкус еды, и аппетит удивительным образом вернулся.

— Накрой в гостиной, пожалуйста.

Ида вздрогнула, затравленно посмотрев на меня, но сделала, как я сказала.

Она так на каждое вежливое слово будет реагировать?

Впрочем, дело было не только в моем стиле общения. Как только я уселась за накрытый стол, поняла, почему она так нервничала.

Помимо каши, яичницы, ветчины и других традиционных для завтрака блюд, прямо по центру стояла тарелка с морским коктейлем.

Напоминание от герцога Блэквуда о том, что подчиняются здесь все ему, а не мне.

И все бы ничего. Казалось бы, можно просто игнорировать эту несчастную тарелку, которая может убить меня за несколько минут. Если бы не одно «но».

Все остальные блюда были безнадежно испорчены.

Каша разварена до состояния клейстера и совершенно безвкусна. Яичница пригорела настолько, что видны были угли. Ветчина такая соленая, что ее можно смело как закуску к пиву использовать.

Даже хлебобулочные изделия не были пригодны в пищу, ибо могли сломать зубы кому угодно.

Я была уверена, что единственная вещь на этом столе, которая приготовлена адекватно — морепродукты.

Бросив взгляд на Иду, я заметила, как сильно она дрожит.

Понятно.

Что бы сейчас сделала настоящая Алиенора? Перевернула бы этот стол к чертям собачьим, отхлестала бы девочку по щекам, закатила скандал со всеми вытекающими.

Я же просто налила себе чай. Хоть и остывший уже, а лучше, чем ничего. Его испортить было сложно. Но можно, конечно же. Я вообще удивилась, как в него соль с перцем не подмешали.

— Спасибо, Ида, — сказала я, принявшись макать черствую булочку в остывший чай.

Привередничать не видела смысла.

После стольких лет на химиотерапии, когда еда или покидала мой организм вскоре после ее употребления, или я в принципе не могла ее есть из-за того, что все на вкус казалось как соленая подошва… Теперь мне подошло бы что угодно съедобное.

— Ваше Высочество?!

— Мое, — согласилась я, а потом предложила. — Ты не хочешь присоединиться?

А что? Ну, понятно, не сгоревшую яичницу и испорченную ветчину я ей предложу. Но вот морепродукты ей вполне отдать можно. Если и у нее аллергии нет, разумеется.

Для наглядности, я указала именно на морской коктейль, чтобы не подумала, что я заставляю ее испорченную еду есть.

Вот только Ида начала мотать головой так отчаянно, словно пыталась отделить ее от тела.

А затем и вовсе упала на колени и расплакалась.

— Простите, Ваше Высочество. Я все испортила! Пожалуйста, простите меня.

— Хм… Это ты готовила завтрак? — Поинтересовалась я.

— Нет.

— Тогда за что ты просишь прощение?

О, еще один ступор. Как легко можно вывести из равновесия местных жителей, однако.

— Встань, Ида. Я не виню тебя. И если не хочешь, можешь не есть. Я заставляю, что ли? Просто у меня аллергия, а выкидывать обидно.

Служанка продолжала смотреть на меня как на икону. Ну, или как на умалишенную, что было ближе к истине.

— В-ваше…

— Мое. Вставай давай. И прекрати меня полным титулом величать. Неудобно же.

Сказала, а потом задумалась, а как еще можно принцессу крови называть?

— Леди Алина будет достаточно.

Эх, как бы эта девочка с нервным срывом не слегла.

И вообще, я что-то раскомандовалась. Нельзя. Это не мое место и не мне решать, как к этому телу нужно обращаться.

Вот вернется настоящая Алиенора, тогда и будет командовать. Теперь осталось понять, как ее вернуть.

Может в книгах по магии что-то о переселении душ будет. По идее должно.

Вот только отправляться на поиски местной литературы в таком виде… Я бы пошла. Но это я. Ронять репутацию Ее Высочества не хотелось. Ее и так уже уронили как только могли.

— Ида, мне нужно выйти в библиотеку.

— К-конечно, — кивнула она. — Я пришлю камеристок.

Ох, еще и эта напасть. Не везет с ними Алиеноре. Одну казнили, между прочим, за грехи Ее Высочества. Другая вообще, кажется, императрицей стала. Ну, это если быстро анализировать то, что я почерпнула из ее воспоминаний.

Так что в комнату зашли две новенькие девушки. И начался кошмар.

Меня тянули за волосы так, что те грозили выпасть все разом. Булавки втыкались куда угодно, но не в ткань. Чаще в мою кожу.

И каждый раз извинения звучали, но глаза у этих дам были пустыми. Ни раскаяния, ни сочувствия в них не было. Наоборот. Где-то глубоко внутри сидело тщательно скрываемое злорадство.

Кстати, результат тоже не порадовал. Прическа была настолько безвкусной, что ее можно было бы смело помещать на обложку журнала «сельский шик». И это я себе сильно польстила. Жители села не страдают таким дурным вкусом.

Платье тоже, наверное, не дотягивало до звания принцессы.

В общем, очередной саботаж как он есть. И снова, настоящая Алиенора сейчас отхлестала бы девочек по щекам.

Возможно, велела бы выпороть мерзавок. Чего, разумеется, никто бы не сделал. Не сами они решили так себя вести.

Кто-то, кто стоит намного выше их, приказал довести принцессу до нервного срыва. Зачем? Ну, очевидно, перед свадьбой позлить.

Отвертеться от брака не получится. Так хотя бы сделать так, чтобы счастливому жениху не захотелось даже видеть свою благоверную. Не то что пытаться сговориться с ней против местной аристократии, которая плетет свои интриги.

Это Алиенора не сообразила бы. А я читала мотивы той летучей мыши как открытую книгу.

Да уж. И куда я собралась девочку возвращать?

Хотя, «куда» — это не тот вопрос. «Как» — вот что важно.

И глядя на красную капельку крови, выступающую из запястья после очередного «случайного» укола, я начинала понимать, как это провернуть.

Мне нужно умереть!