Глава 72

72

‒ Наши дела в Калузо закончены, ‒ объявил Гира, ‒ завтра мы возвращаемся в столицу.

‒ Прекрасно, ‒ легко откликнулась я, ‒ я соскучилась по своим покоям и беседке в саду. Моя коллекция семян еще на месте?

‒ К ним не прикасалась ни одна живая душа.

‒ Я рада. Если не возражаешь, я бы хотела вплотную заняться придворным садом.

‒ Сад, дворец, Гётем ‒ все в твоем полном распоряжении. Не хочешь вернуться к готовке? Мне казалось, тебе нравится делать десерты.

В горле вмиг образовался комок. Перед глазами вспыхнула кухня «Аланьи» ‒ и все дружное семейство госпожи Ингрим. Легкость непринужденной беседы, которая с каждым разом давалась мне все лучше и лучше, оказалась под угрозой.

‒ Я, ‒ мне потребовалось чуть больше времени для ответа, и взгляд Гира слегка потяжелел, ‒ потеряла интерес к готовке. Хочу заняться чем-то другим.

‒ Конечно, ‒ с запозданием ответил он, ‒ как пожелаешь, моя королева .

Мы пробыли в Калузо уже пять дней, четыре из которых я притворялась женщиной, которую полностью устраивает ее положение и которая безмерно уважает и поддерживает своего повелителя. Я надеялась, что играла не слишком фальшиво. Порой мне приходилось наступать на собственное горло, чтобы улыбнуться королю Гётема, но я справлялась. Единственное, где я запнулась и вышла из строя, был тот разговор на террасе. Целые сутки я пряталась в своих покоях и не выходила оттуда: мне было нужно время, чтобы вернуть пошатнувшееся душевное равновесие и суметь улыбаться окружающим, как ни в чем не бывало. Гира не лез, словно понимая, когда нужно давить, а когда ‒ отступить. Он вообще был на редкость чутким. И на редкость проницательным. Умел находить слабые места ‒ и бить точно по ним. А потом наблюдать за реакцией, как сытый кот, играющий со скуки с напуганной до ужаса мышью. Да, мои герои… Определенно были куда глубже, чем я ожидала. И гораздо, гораздо непредсказуемее.

К счастью, в одном я была все же права: Гира не торопился укладывать меня в постель. Наделенный непомерной гордыней и уверенный в собственном шарме, он не желал пользоваться физической силой или шантажом, чтобы сделать меня своей любовницей. Полагаю, он рассчитывал, что сумеет меня соблазнить ‒ и я прыгну в его койку по собственному желанию. Что ж, тут его будет ожидать неприятный сюрприз.

Самайла уже с вечера уложила мои вещи. Я наблюдала за ней, когда она аккуратно перебирала мои платья. После того, как мы вернулись, между ней и Гира все как будто стало как прежде: он приказывал, она беспрекословно подчинялась. Но… были моменты, когда она колебалась ‒ будто впервые не была уверена в том, что она делает. Это быстро проходило и не было заметно для окружающих ‒ но для меня и Гира это было так же очевидно, как и то, что днем светит солнце, а ночью ‒ луна.

Кстати, забавный момент.

Самайла приглянулась Олвейну.

‒ Все готово, миледи, ‒ отчиталась она, когда дорожный сундук был собран и закрыт, ‒ вы будете ужинать в своих покоях или с Его Величеством?

‒ С Его Величеством, ‒ отозвалась я.

‒ Будут еще какие-нибудь указания?

‒ Нет.

Она кивнула и собралась выйти. Поддавшись порыву, я окликнула ее:

‒ Самайла.

‒ Да, миледи? ‒ моментально отреагировала она.

‒ Спасибо, ‒ признательно сказала я.

‒ За что? ‒ она слегка склонила голову набок. Это даже было бы похоже на человеческое проявление удивления ‒ если бы она не сделала это с таким же неподвижным лицом, как обычно.

Я улыбнулась.

За то, что рисковала своей жизнью просто за то, чтобы быть рядом со мной. За то, что не дала меня в обиду тем бандитам. За то, что честно работала со мной в «Аланье». За то, что не сдала меня Гира. За то, что один твой незыблемый вид и уверенное присутствие рядом со мной придавали мне сил двигаться дальше.

Но это будет выше ее понимания. Поэтому я ограничилась коротким:

‒ За все.

‒ Пожалуйста, ‒ черство откликнулась она, ‒ миледи желает что-нибудь еще?

Я бросила взгляд в окно. Там, в тени, осматривал карету Олвейн. Я подумала, что они оба заслуживают шанса. И произнесла:

‒ Я ‒ нет. Но, кажется, Олвейн говорил, что ему потребуется информация о багаже. Сможешь с ним поговорить?

‒ Конечно, мидели. Я пойду?

‒ Да.

Все, Олвейн, дальше все в твоих руках. Понятия не имею, как ты будешь растапливать эту глыбу льда, но надеюсь, у тебя все получится.

Утром мы вновь отправились в порт. Корабль, на котором я свершала свое третье морское путешествие, оказался роскошнее всех. Каюта, которая мне досталась, ничуть не уступала моей дворцовой каюте. Еда, которую нам готовили, была выше всяких похвал. Приличная, пусть и небольшая библиотека, скрасили мой досуг ‒ вернее, ту его часть, которую не занимал Гира. Оторванный от бесконечной входящей корреспонденции, он расслабился и проводил со мной почти все свободное время.

Но наибольшим сюрпризом для меня оказалось то, что капитаном корабля оказался мой давний знакомый ‒ тот, с которым меня когда-то познакомил Гира и тот, кто тогда рассказывал мне о кабаньих упряжках. Ужинали мы вместе с ним. Во время нашего второго ужина он добродушно заявил:

‒ Так и знал, что между вами что-то есть. Понял это еще в нашу первую встречу. Рад, что теперь вы вместе.

‒ Благодарю, ‒ с вежливой улыбкой отозвалась я.

Если бы он знал, что держит нас с Гира вместе, он бы не стал нас поздравлять. Я перевела разговор на другую тему, Гира поддержал, и остаток ужина прошел без происшествий.

А на четвертый день мы прибыли в столицу.