Глава 234. Это безумие на двоих, или лишь я свихнулся?

— Слышал? Но как такое возможно?

Это показалось тревожным звоночком. Дело ведь не может быть в том, что Шен просто свихнулся и его галлюцинации получили возможность переговариваться между собой? Звучало до того логично, что его пробрала дрожь.

[Возможно, это из-за усилившейся ментальной связи между вами], - предположила Система. — [Из-за того, что возлюбленный главного героя сейчас лишен телесной оболочки и целиком состоит из энергии, его ментальная восприимчивость усилилась. Он не то, чтобы слышит мой голос, скорее, он слышит мой голос, отраженный в вашем сознании, пользователь номер два.]

— Возлюбленный главного героя? — переспросил Муан.

— Это ты, — пояснил Шен. — А я как бы главный герой. Такая у нее терминология. Система, а ты могла бы называть его Муаном?

[Просто «Муан»?] — уточнила та.

Если бы призраки могли смущаться, Муан бы сейчас покраснел. Система оказалась первой, кто открыто назвал его возлюбленным Шена. И получилось у нее это настолько невозмутимо, будто самая обыкновенная констатация факта!

— Ну… Господин Муан? — предложил Шен.

[Вы пока определитесь, а я проанализирую текущие события и дам вам свою оценку позже.]

Шен посмотрел на Муана, широко улыбнувшись. Тот, также улыбаясь, смотрел на него.

— Мне нужно как можно скорее вернуть твое тело, — произнес Шен. — Я просто нестерпимо хочу тебя обнять!

— Ты справишься, — подбодрил его прославленный мечник. — Но сперва тебе следует привести себя в порядок.

Рваная одежда, бурые грязные бинты, пораненные ступни и спутанные волосы, в которых все еще можно заметить ссохшиеся розовые цветы. В таком виде явно не следовало отправляться на поиски, если он не хочет, чтобы заклинатели приняли его за разгулявшегося восставшего мертвеца.

— Хорошо, — признал Шен. — Думаю, я найду время на купальню в своем плотном расписании.

Шен сходил за чистой одеждой и спустился к купальне.

— Используй горячую воду, — видя, что старейшина пика Черного лотоса уже собирается входить внутрь, произнес Муан.

— А? — обернувшись к нему, удивился Шен. — Каким образом?

Муан потрясенно вытаращился на него.

— Хочешь сказать, что все это время, пока ты живешь здесь, ты не использовал горячую воду, потому что не знал, как ее нагреть?

— А это разве возможно? Ты видел размеры этой купальни? Как здесь нагреть воду? У меня нет рабов, которые бы наносили горячей воды.

Муан облетел Шена и заглянул внутрь. Купальня размерами превосходила ту, что была в поместье Шуэра в столице. Здесь был огромный бассейн, а с дальней стены падал водопад.

Муан осмотрелся по сторонам и вылетел наружу.

— Тут где-то должна располагаться печь, — уверенно заявил он и свернул в соседний коридор.

— Ох, к чему такие сложности? — протянул Шен, но все же направился вслед за ним.

Призрак Муана ярко выделялся на фоне черного коридора. Шен шел следом, думая о том, что все это сводит с ума. Он пытался убедить себя в том, что все хорошо. Ну, почти хорошо. И все непременно будет хорошо.

— Я был прав! — самодовольно заявил Муан, вырывая его из беспокойных размышлений. — Разожги ее и подожди, пока купальня прогреется. Поверить не могу, что ты такой непритязательный и все это время довольствовался ледяной водой!

— Разве это не полезно для здоровья? — пробормотал Шен, но все же выполнил распоряжения прославленного мечника.

Вернувшись ко входу в купальню, Шен остановился и обернулся к Муану.

— Ладно, я пойду. Ты… хм… не подглядывай.

Муан сделал вид, что подобное предположение задело его призрачные чувства. Смущенный Шен быстро скрылся за дверью.

Дождавшись, когда он уйдет, старейшина пика Славы почесал призрачный затылок, вынужденный признать, что искушение слиться со стеной и заглянуть внутрь довольно велико. Должны же у его призрачного статуса быть хоть какие-то преимущества?

Так он и остался стоять, разрываемый между благочестивостью и искушением, гадая, что же победит.

Шен положил чистую одежду на лавку и подошел к высокому, вмонтированному прямо в стену зеркалу. Сбросив с плеч верхнюю одежду, он стал аккуратно разматывать ссохшиеся бинты. Последний слой пристал к коже и отрывался довольно болезненно. Шен посмотрел в зеркало. Весь его торс был в беспорядочных шрамах. Сейчас они походили на запекшиеся воспаленные по краям линии, будто царапины, оставленные небольшим зверем, но он знал, что эти раны проходят насквозь. Раньше ему как-то не довелось оценить степень своего везения… или… неуязвимости? Как еще назвать то, что такие удары не убили его?

Тело все еще болело. Это было изматывающее ощущение, боль от натянутой связи между ним и физической оболочкой Муана соединялась с болью от заживающих ран. Где рождалось одно и исчезало другое, он понятия не имел. Как не мог и увидеть тянущуюся вдаль серебряную нить связи, что успела стать столь привычной. Было это из-за расстояния или по другой причине, понимание, что он совершенно не представляет, в которую сторону двигаться, чтобы приблизиться к Муану, выматывало и давило.

— Как мне найти его? — тихо произнес Шен.

Если не рассчитывать на то, что Админ пришлет ему весточку со своим новым адресом, оставался лишь один вариант. И Шен бы обманулся, если бы надеялся, что это будет легко.

Отвернувшись от зеркала, он быстро разделся и подошел к воде. Он сунул в нее сперва пальцы ноги и оценил, что она стала довольно теплой по сравнению с его оледеневшими ступнями. Шен спрыгнул в воду, погрузившись с головой.

Не успел он вынырнуть, как в голове заговорила Система:

[Итак, вот мои выводы. Завершена второстепенная арка «Ликорис, испачканный кровью», завершена второстепенная арка «Город напрасно умерших»! Я начислила вам +1320 баллов за все время моего вынужденного отсутствия. Однако мне пришлось лишить вас -1000 баллов за потерю… частичную потерю], - поправилась Система, — [вашего возлюбленного. И еще -500 баллов за все те безумства, что вы творили после. Это прискорбно.]

Шен хотел было возмутиться, забыв, что находится под водой. Он вынырнул и закашлялся, а потом возмущенно воскликнул:

— А что насчет того, что я нашел под залой Глубинной тьмы? Я перезапустил тебя, а ты это игнорируешь?

[Система не знает, что случилось после того, как вы спрыгнули в расщелину Глубинной тьмы и до того, как вы вновь переместились на поверхность.]

— О, вот оно как… Так ты не знаешь ничего о том, что там находится?

[Понятия не имею.]

Шен помолчал и уточнил:

— Рассказать?

[Да!]

Чем дольше он говорил, тем сильнее все произошедшее казалось сновидением. Шутка ли, поле алых ликорисов из его снов, резиденция пика Лотоса, спрятанная в огромной подземной полости, рояль, пробивший стену и все, что было после… Словно он заснул и видел сюрреалистичные сны.

К тому времени, когда он завершил свой рассказ, вода в купальне стала горячей, а большое помещение наполнилось паром. Шен прислонился спиной к борту купальни и положил голову на прохладный камень. А забавно вышло с водой: он в самом деле был уверен, что заполнить купальню теплой водой могут лишь десяток слуг (или учеников), по ведру нагревающие воду на кухне. Ох, ему еще так многое предстоит узнать об этом мире, и он правда счастлив, что жизнь не кончена. Есть надежда. И у них все получится.

Осталось отыскать действенный способ раз и навсегда уничтожить Админа.

Шен опустился под воду с головой. Он проплыл еще круг и, вынырнув на поверхность, выбрался из купальни. С мокрых волос потоком текла вода, и он ощутил себя немножко Онэ. Хорошо, что последний выбрал своим новым местом обитания пруд лотосов, а не подвальную купальню. Шен задумался, как сложно было бы принимать ванну, каждый раз выгоняя отсюда озерного духа. Он почти веселился, воображая эту картину, и собственное веселье показалось ему ненормально-ярким.

Хозяин Проклятого пика сделал несколько шагов и почувствовал, как тело вконец утрачивает силы. Его зашатало, душный влажный пар не давал толком вдохнуть, и Шен ощутил, что ему не хватает свежего воздуха. Тело стало ватным и непослушным, он рухнул на влажный пол, прислонившись виском к холодному камню. Глаза защипало, должно быть он плохо смыл мыло.

— Все это правда, — пришлось тихо произнести ему вслух. — Я не спятил, я не спятил, я не спятил.

Муан показал печь, о которой Шен сам не знал!

Но что, если он подсознательно давно догадывался, что она может быть там?

Тонкими струйками, смешиваясь с каплями воды, по спине струилась кровь. Корочка на ранах отвалилась, когда он с силой тер щеткой тело, и теперь обнажившиеся рубцы выглядели ярко-розовыми и воспаленными.

— Все хорошо. Это не может быть моим воображением, — еще раз повторил Шен.

На его левом запястье привычно находился киноварный браслет, а ликорис ясно виднелся в центре ладони. Словно ничего и не было.

Все, произошедшее внизу, казалось волшебством. И самым волшебным было то, что Система к нему вернулась, а Муан получил шанс вернуться.

Это правда. Все так и было. У него бы не хватило воображения все это придумать.

Он не может признаться Муану и Системе, что его приступами охватывает паника сомнений. И почему он раньше никогда не сомневался, что видит реальных призраков? Теперь он отдаленно понимает чувства Муана, когда тот сомневался в его душевном здравии.

А впрочем, не к лучшему ли это? Если переговаривающиеся между собой Муан и Система реальны — это просто прекрасно. Если же нет… то лучше так, он согласен жить так.

[Вам бы стоило одеться], - прокомментировала Система.

— А что, — заинтересовался Шен, — ты уже осознала себя как девушка и теперь смущаешься наблюдать за голым мужчиной в ванной?

[Я знаю определение слова «смущение», но не могу его понять], - ничуть не смущенным тоном заявила Система. — [Однако вы лежите на полу уже несколько минут — это странно.]

— Я просто отдыхаю, тут у пола воздух более свежий.

Несмотря на возражения, Шен все же поднялся и тут же вновь почувствовал дурноту и слабость. Он как можно быстрее оделся, скорее накинув на себя верхнюю одежду, и рванул к выходу из купальни. Открыв дверь, он прислонился к косяку, с наслаждением вдохнув холодный подвальный воздух.

Муан возник посреди облака пара, вырвавшегося из купальни, и спросил:

— Все в порядке? Ты какой-то бледный.

Он задал вопрос, не успев его толком разглядеть. С волос Шена продолжала капать вода, одежда на груди не была запахнута и подобающе завязана и открывала вид на обнаженный торс, по которому стекала вода вместе с тонкими струйками крови и, теряясь где-то на поясе, быстро окрашивала светлые штаны в розоватый оттенок. Шен проследил за взглядом Муана и прокомментировал:

— Ох, я сменю одежду позже. Там было так душно, что я чуть не помер. Мне нужно немножко свежего воздуха.

Сказав это, он оттолкнулся от косяка и целеустремленно пошел вперед.

— Шен, я беспокоюсь о твоем физическом состоянии, — произнес летящий рядом Муан. — Ты совершенно наплевательски относишься к своим ранам! Я благодарен богам, что ты жив! Но ты должен позаботиться о своем благополучии!

Шен никак на это не отреагировал, словно Муан говорил о чем-то, что можно просто игнорировать. Он выбрался в холл и направился в сторону своей спальни.

— Ты должен позаботиться о себе, если хочешь найти мое тело! — разозлился прославленный мечник.

Этот аргумент возымел больше действия. Шен остановился и скосил глаза на свою грудь.

— Но у меня нет бинтов… — задумчиво произнес он.

Если бы Муан был материален, он бы стукнулся головой о стену.

— Возможно, стоит сходить к Загу… Согласится ли он помочь после всего произошедшего? Насколько я понял, меня успели окрестить демоном.

Муан нахмурился и задумался.

— В моей резиденции на пике Славы есть множество заживляющих средств и бинтов, — поразмыслив, произнес он. — Ты можешь взять там все необходимое. Мне следовало давно об этом позаботиться. Я упустил много всего, пока был живым.

Спина Шена окаменела. Он процедил сквозь зубы:

— Не говори так, пожалуйста.

Муан молча уставился на него, не зная, что ответить. Шен тоже молчал, и какое-то время они в тишине смотрели друг на друга. Выражение их глаз не было теплым: в глазах Шена сталью сквозила холодная решимость, Муан смотрел на него с неуверенностью, словно пытаясь перенять его убежденность. Он не знал о страхе, затаившемся в глубине Шеновой груди. Им оставалось играть друг перед другом, убеждая друг друга в том, что все будет хорошо.

Тишину разрушило появление черной девятихвостой лисицы. Она вихрем пронеслась по холлу и остановилась в шаге от Шена, будто врезалась в невидимую стену.

— Дорогой, ты вернулся! — радостно воскликнула она. — Ты ведь меня слышишь, а? Ты ведь больше не будешь грустно сидеть под деревцем?

Шен перевел на нее взгляд и, чуть склонив голову на бок, уточнил:

— Я тебя чем-то пугаю?

Лиса расплылась в широкой улыбке и заявила:

— Наш малыш такой сильный, но совсем не страшный! Мы тобой гордимся, дорогой! От твоей силы мурашки бегут по шерсти. В хорошем смысле этого слова!

Шен улыбнулся. Кажется, он ее в самом деле немного пугает, но она решительно пытается это скрыть.

— Что ж… — начал он, но лисица схватила его за руку, уперев взгляд в струйки крови, стекающие по его обнаженной груди.

— Ты так и собираешься ходить? Я позову Онэ — он мастер склеивания духов!

Заявив это, лиса убежала.

— Мастер склеивания? — повторил Шен, глядя ей вслед.

Нетрудно было догадаться, что, скорее всего, лиса хотела, чтобы Онэ «склеил» его раны. Шен перевел взгляд на Муана.

— Похоже, идти на пик Славы и пугать твоих учеников нет необходимости.

Прославленный мечник покачал головой, не до конца уверенный в мастерстве Онэ.

Пока лисица бегала за озерным демоническим духом, Шен успел добраться до своей спальни в башне и упасть на кровать. Муан скромно опустился на нее с другой стороны, делая вид, что сидит. Шен посмотрел на него и уточнил:

— Как ощущения?

— О чем ты?

— Ну, я еще не спрашивал, как твое самочувствие. Что ты ощущаешь? Не знаю, из-за боли ли это или потому, что твое тело ничего не чувствует, я не могу как прежде читать твои ощущения.

— Кхм… — обдумывая ответ на вопрос, Муан уставился в пустоту. — Я не ощущаю привычных вещей вроде тепла или холода, дискомфорта, текстуры предметов… Единственное тепло, которое я ощущаю, исходит от тебя. Очень притягательное тепло. А еще я вижу тебя по-другому: ты словно светишься изнутри, очень красиво. Если остальные призраки видят то же самое, то теперь я понимаю, отчего они постоянно пристают к тебе.

Шен криво улыбнулся.

— Ты можешь почувствовать свое тело? Может, хотя бы ощущаешь, в какой оно стороне?

Муан пожал плечами.

— Кстати… — спустя минуту молчания, начал он, — о чем ты говорил тогда в чайной комнате? Ты сказал, что уже видел, как я умирал. Что ты имел в виду?

Шен нервно поежился.

— Что? Это похоже на бред… — неуверенно отозвался он.

— Это не было похоже на бред, — возразил Муан.

— Я не помню, чтобы говорил такого, — чересчур быстро возразил Шен.

Муан со вздохом обратился к нему:

— Шен… что же еще тебе пришлось пережить, о чем я и понятия не имею?

— Это… — горло сдавил спазм. — Это не важно.

— Я участвовал в том, чего не помню? Это не только твое дело.

Шен долго молчал, не зная, что именно рассказать. Коротко или подробно? Отделаться парой фраз или признаться, что решил проверить возможности Системы и, словно безумный исследователь, увидеть реакцию Муана на его смерть. Ему и тогда казалось, что это было жестоко, но тогда он понимал это скорее умом, чем чувствами. Сейчас он ни за что не решился бы повторить этот эксперимент, умерев перед Муаном и радуясь тому, что тот сожалеет.

— Хорошо, я…

Дверь резко распахнулась.

— Я расскажу позже, — быстро произнес Шен.

В комнату ворвалась черная лисица, а за ней зашел озерный дух, держащий нечто коричневатое и влажное в руках.

— Что это? — с подозрением уточнил Шен.

— Это? — Онэ покосился на зажатую в руках субстанцию. — Склеивающие листики.

— Тебе удалось это в озере вырастить?!

— А что? — опешил дух. — Нельзя было?

— М-можно! Я просто… поражен.

— Ладно, раздевайся. Сейчас будем тебя склеивать!

Склеивающий субстрат, отчего-то, не показался Шену особо целебным.

— Вы знаете, мне и так хорошо, — пошел на попятную он. — Царапинки маленькие, склеивание не нужно.

Онэ вопросительно уставился на лисицу.

— И ты ему веришь? — возмутилась та. — Пускай походит склеенным недельку, а там видно будет!

Шен представил сулимые девятихвостой перспективы и решил отбиваться. Онэ подошел к кровати и, уставившись на Муана, высокомерно произнес:

— В сторону.

Муан отлетел, не желая мешать «мастеру склеивания» и пытаясь сдержать рвущийся из груди хохот.

Онэ опустился на кровать рядом с Шеном и стал деловито раскладывать листики.

— Постой… ты его видишь?! — пораженно воскликнул Шен.

Онэ на мгновение скосил глаза на прославленного мечника.

— Его-то? Вижу. Сильный призрак, аж сожрать хочется.

Шен мгновение потрясенно смотрел на него, а затем кинулся с объятиями. Онэ замер, а Шен продолжал счастливо сжимать его, не заботясь о том, что обнимает влажного и грозного озерного демонического духа. В какой-то момент Онэ справился с удивлением и, не отстраняясь от объятий, чуть повернул голову и показал лисице язык. Та высокомерно задрала носик, но затем прыгнула на кровать с другой стороны и обняла обоих.

— Эй! — возмутился Муан, беспомощно парящий рядом. — Ты чего к нему с объятиями полез? Шен!