Глава 236. Шаг вперед и два назад

— Что за выражение лица? Это слишком для тебя? — издевательски уточнил Шиан. — Неужели старейшина пика Славы не стоит таких жертв?

— Зачем тебе это нужно? — все еще не до конца уверенный, всерьез ли говорит брат, уточнил Шен.

Губы Шиана презрительно изогнулись.

— Разве не ты только что говорил, что я могу использовать тебя, не посвящая в детали? Твое слово столь легковесно, что от нашего разговора меня начинает тошнить.

Шен, не отрывая взгляда от Шиана, опустился на одно колено. Издевательское выражение лица главы ордена сменилось на потрясенное. Он был поражен, что Шен пошел на это.

Шен, вставший на колени? Он мог бы сделать это ради Рурет — естественно. Он сделал бы все, что угодно ради Рурет. И что же, Шиан должен поверить, что старейшина пика Славы ценен ему не меньше?

Какой-то мечник встал вровень с его Рурет?

Любые игры должны иметь свой предел! Он оскорбляет саму память о ней!

Быстро взяв себя в руки, Шиан вновь скривил губы в усмешке и красноречиво указал взглядом на другое колено.

— Шен, мы найдем другой способ! — взволнованно летал вокруг Муан. — Не нужно этого делать!

Игнорируя мечника, Шен, с заметным усилием, заставил себя встать на оба колена.

Мгновение Шиан изучал его пристальным взглядом, словно не зная, как теперь себя вести. Затем улыбнулся и, поймав его подбородок своими пальцами, заставил поднять на себя взгляд.

— Так-то лучше, — уверенно заявил он. И, наклонившись к его уху, добавил: — Будь благодарен, что я не требую большего… братец.

Шен прикрыл глаза, мысленно считая до двадцати. Когда Шиан отодвинулся и отпустил его, он посмотрел ему в глаза и произнес:

— Ты пообещал мне.

— Ты прав, — согласился Шиан. — Я редко даю обещания, но всегда сдерживаю их.

С этими словами он развернулся и стал быстро подниматься по лестнице к своей резиденции. Шен остался стоять посреди площади. Наверху по обе стороны от дверей замерли в карауле ученики, но больше вокруг пока не было свидетелей этого позора. Хотя, совершенно очевидно, Шиан заставил его встать здесь ради того, чтобы унизить и показать свою власть.

— Он издевается над тобой! Зачем ты согласился? — возмущался зависший рядом Муан.

— Что еще мне оставалось делать? Пытки не гарантируют правдивости его слов. Его желание позабавиться за мой счет — наименьшая цена. Разве не прекрасная сделка? — с иронией процедил Шен. — Я не так уж сильно дорожу своей гордостью.

Шен сжал зубы, заметив на краю площади стайку учеников, указывающих на него пальцами и переговаривающихся между собой.

Первый час ожидания казался очень раздражающим, второй был тягучим, а третий просто невыносимым. С каждой последующей минутой ожидание становилось все более гнетущем, а Шен чувствовал растущее в геометрической прогрессии раздражение. Уже вечерело, заходящее солнце окрасило резиденцию главы ордена в кровавые оттенки. Шиан выходил и возвращался, кидая на Шена мимолетные взгляды и раздражая его все сильнее.

На заходе солнца на пике Славы началась церемония прощания. Ученики друг за другом выходили вперед и складывали плоские камни друг на друга высокой горкой.

Конечно, Аннис привлекала к себе внимание. Даже на таком траурном мероприятии, как церемония прощания со старейшиной пика Славы, находились те, кто постоянно косился на пришедшую ученицу пика Персикового цветка. Даже накинутая на лицо вуаль не помогала, и Риту с Иль Ло, стоящие рядом с ней, не привлекали столько взглядов. Девушки вышли вперед и вместе с камушками положили сверху белые цветы.

Из старших заклинателей пришли не все: не было старейшины Рэна, и Лунг Рит отчего-то не показался. Шиан коротко открыл церемонию, но даже не остался до конца. Прощание было более чем скромным даже по меркам мелких кланов, но никто не связывал этого с немилостью Муана, скорее — с общей неблагоприятной обстановкой. Дети всхлипывали, вспоминая последние дни со своим мастером, и все больше шепотков говорило о том, что тот навлек на себя беду, связавшись с Проклятым старейшиной.

Лев, положивший камешек вместе со всеми, в который раз покосился по сторонам, не понимая, куда исчез Шен.

Одними из последних к могиле подошли глава ордена Великого неба и глава клана Меча, разрезающего туман. Они так долго и, казалось, неуверенно крутили в руках свои камни, что те успели нагреться к тому времени, как оказались среди других на могиле.

«После церемонии зайдите в мою резиденцию на пике Золотой зари, — сказал им Шиан, прежде чем первым покинуть пик Славы. — Уверяю вас, там вас ждет занимательное зрелище».

Что ж, Сэл Юар и Ка Рон не смели отказать главе Шиану в такой просьбе. Перелетев к резиденции на мечах, они спешились и замерли в остолбенении, увидав, кто стоит посреди площади на коленях, словно вымаливая прощение у своего владыки.

Ка Рон принялся усиленно тереть глаза.

— Это мираж?

Не мудрено перепутать: от Шена расползалась, словно туман над водой, черная подавляющая аура. Он был так зол к этому моменту, что с трудом сдерживался, а появившихся сбоку площади людей и вовсе не замечал.

— Шен, ты стоишь здесь целый день! Уже скоро сядет солнце, — увещевал Муан. — Я же вижу, тебя уже трясет от усталости, хватит это терпеть!

— Меня трясет от злости, — сквозь зубы возразил Шен.

Словно вторя его словам, внезапно поднялся сильный ветер. Шен вскинул голову и посмотрел на быстро сгущающиеся облака. Солнце кинуло последний кровавый луч на резиденцию пика Золотой зари и скрылось. Тут же стало темно, а в следующее мгновение Шен ощутил влагу на лице. Капли были редкими и крупными.

Естественно, наблюдающие за старейшиной пика Черного лотоса с почтенного расстояния главы Сэл Юар и Ка Рон увидели совсем другое. В их представлении, Шен пробормотал заклинание, вскинул голову к небу и тут же накликал бурю. Да что за бедствие!

Дождь быстро усилился, и главы взбежали по лестнице и скрылись в резиденции.

— Шен, ты выглядишь очень бледным. Тебе плохо?

— Я ничего не могу поделать, если выгляжу жалким в твоих глазах, — процедил тот.

Муан нахмурился, а затем попытался вразумить его:

— Это не так. Шен, ты совсем недавно был очень серьезно ранен! Тебе не стоит подвергать свое тело таким испытаниям!

То ли они говорили на разных диалектах, но Шен услышал лишь: «Ты жалкий-жалкий-жалкий! На тебя больно смотреть!». Нахмурившись, он перевел взгляд на Муана.

— Подобные претензии я буду выслушивать только от кого-то более… материального. Иди слетай на свои похороны, что ли, если не можешь заткнуться!

Никто не сообщил ему о времени начала церемонии, но Шен догадывался, что из-за сделки с Шианом пропустил ее.

Муан сокрушенно выдохнул и отлетел от него. Он злился, что никак не может помочь, более того, является источником неприятностей, из-за которого Шену приходится проходить через все это. Но теперь он еще и немного злился на его неуместные колкие слова.

Не в силах просто наблюдать со стороны, Муан направился в резиденцию Шиана, чтобы хотя бы попытаться понять, зачем тот это устроил и долго ли еще намеревается продолжать.

Однако, отправившись на поиски главы ордена, сперва мечник наткнулся на главу ордена Великого неба и главу клана Меча, разрезающего туман. Эти двое глядели на Шена, выглядывая из-за ворот главного входа. На лицах их было написано опасение и сомнение.

Шиан нашелся довольно быстро, он, словно особо важная персона, наблюдал за «представлением» с лучшего места в «ложе», а точнее — с террасы на втором этаже. Рядом с ним стоял Лунг Рит и, в отличие от безэмоционального лица главы ордена, старейшина пика Духовного щита хмурился.

Решившись, он произнес, обращаясь к Шиану:

— Определенно, идея продемонстрировать Сэлу Юару и Ка Рону вашу власть над младшим братом была великолепна, но, если Шен так и продолжит выпускать свою ауру, это приведет к обратному эффекту. Даже у меня мурашки бегут по коже и закрадываются подозрения, не собрался ли он сковать своей аурой весь пик Золотой зари, что уж говорить про этих трусов внизу.

Шиан сложил руки на груди и тихо фыркнул.

— Он был так серьезно ранен, даже я не думал, что он продержится столько времени. Ему следовало просто сдаться и упасть.

— Может, расскажете ему о своем плане и попросите подыграть? — предложил Лунг Рит.

Губы Шиана скривились в усмешке.

— Так не интересно. К тому же, Шен сам предложил не посвящать его в детали.

— Но, если ничего не предпринять, все станет только хуже. Не может ли он вообще утратить над собой контроль? Вы уверены, что контролируете ситуацию?

Шиан усмехнулся.

— Иди к главам и скажи им смотреть внимательнее, если все еще сомневаются в том, кто здесь хозяин ситуации.

С этими словами сам он оттолкнулся от перил, ограждающих террасу, и спрыгнул со второго этажа, приземлившись на площади перед началом ступеней. Пылающий от негодования Муан последовал за ним.

Дождь хлестал косыми струями, Шиан промок до нитки за считанные мгновения. Эта ненастная погода напомнила ему другой день. День, когда ему казалось, что еще не все потеряно.

Но это было наивно.

«Лучше боль, чем забвение», — прошептал Шиан и уверенно двинулся к стоящему на коленях Шену.

Когда аура, окружающая того, стала давить физически и подойти ближе казалось просто невозможным, Шиан громко крикнул, привлекая к себе внимание:

— Шен!

Тот моргнул, выйдя из ступора и, наконец, заметил приближение брата. Черная аура мгновенно испарилась, хотя бешенство Шена не прошло столь же быстро. Он напряженно следил, как Шиан приближается к нему.

Брат подошел достаточно близко, чтобы снисходительно смотреть сверху вниз на его макушку. Чтобы видеть его лицо с этого ракурса, Шену приходилось сильно задирать голову, и дождь хлеста по глазам.

— Говори уже, — поторопил Шен.

Шиан потер подбородок, словно раздумывал над серьезной дилеммой. Шен, видя, что тот не торопится заканчивать свою игру, стал злиться еще сильнее.

— Как же твое слово? — произнес Шен.

— А как же твое? — в тон ему отозвался Шиан. — Ты ведь сам предложил использовать тебя и делать все, что захочу, так в чем проблема? Не можешь немножко постоять под дождем? Это слишком для тебя?

— Шен, — в этот момент позвал Муан, — он хочет, чтобы ты упал!

Тот недоуменно покосился на мечника.

— За происходящим наблюдают главы Сэл Юар и Ка Рон! Шиан хотел показать свою власть и думал, что ты упадешь!

Шен тихо фыркнул. Шиан, заметив его странную реакцию, медленно присел перед ним на корточки и с издевательской усмешкой вгляделся в лицо.

— Как ты можешь быть таким? — негромко произнес он. — Не понимаю… Совсем забыл о чести и достоинстве? Думаешь, Рурет не стала бы презирать тебя, увидев то, что ты делаешь?

— Думаю… — тихо произнес Шен, и Шиану пришлось приблизить ухо к его губам, чтобы расслышать ответ, — мне плевать на мнение Рурет.

На лицо Шиана мгновенно набежала тень. Он резко схватил его за волосы на затылке и с силой потянул назад, одновременно вскакивая и нависая над ним.

— Если ты не можешь понять, как нужно себя вести, я сам научу тебя!! — закричал он.

В следующий миг он резко разжал руку и затряс ею, будто ожегся. Поднеся руку к глазам, Шиан увидел, что на ладони расползлось в неровную кляксу большое розовое пятно, будто он дотронулся до чего-то горячего. Искоркой по пальцам пробежала черная энергия и соскользнула вниз, словно капля дождя.

Шен, не мигая смотрящий на него, был в бешенстве. Казалось, дотронься еще раз хоть пальцем — взорвется.

Шиан сделал шаг назад и, стараясь придать голосу издевательский тон, заявил:

— Похоже, в тебе все еще слишком много энергии. Постой еще, пока я не решу, что делать.

Он развернулся на пятках и зашагал к резиденции. Очевидно, думал он, Шен не позволил бы ему сделать что-то еще, что доказало бы превосходство Шиана. Если бы он продолжил сейчас давить на него — это могло бы привести к противоположному результату, и глав Сэла и Ка не удалось бы убедить. Шиан должен был признать, что зря поддался эмоциям и захотел поиграть с Шеном: если бы он с самого начала рассказал ему о плане, Шен мог бы согласиться подыграть, теперь же все почти вышло из-под контроля. Оставалось только быстро пересмотреть тактику и надеяться, что в пелене дождя главы не видели, что именно произошло на площади.

Он сделал следующий шаг и замер, потому что ноги внезапно отказались двинуться дальше. Затылка мягко коснулись чьи-то пальцы, а затем с силой сжали, лишая возможности двигаться. Сердце Шиана дрогнуло и пропустило удар. Рука, лежащая на его шее, пугала до дрожи. Он не видел, что происходит за спиной, но осознал, что к нему прикоснулась сама тьма. Это знание было столь отчетливым, но Шиан не усомнился ни на секунду, не задался вопросом, почему вообще подумал так.

Та же рука медленно развернула его обратно к площади.

Шен все так же стоял на коленях, пристально уставившись на него. В темных глазах пылал неугасимый гнев.

— Кажется, ты забыл выполнить свою часть сделки, — с трудом сдерживая охватившую его ярость, медленно произнес он.

Сила стала давить на плечи и заставила главу ордена упасть на колени. Теперь со стороны это было даже забавное зрелище: два брата стоят друг перед другом на коленях под дождем. Но Шиану было не до смеха. Он слишком остро и слишком внезапно осознал, что недооценивал силу Шена и силу источника, из которого он ее черпает. Может ли быть так, что за эти года он подчинил Глубинную тьму себе? Может ли быть так, что в нем сейчас говорит Глубинная тьма?

Произошедшее в Кушоне не так впечатлило Шиана, как это. Все же, то, что Шен не умер от мечей других заклинателей, было сложно объяснить, но Шиан списал это на его удачу и чудодейственные умения лекаря Зага, да и в целом потрясающая регенерация не впечатляла так же, как потрясающая сила. Но сейчас он почувствовал эту силу на себе. И осознал, что все это время Шен всего лишь щадил его.

— Говори, — процедил Шен.

Сравнится ли его сила с силой Демнамеласа? Шиан почувствовал себя глупо.

А он ненавидел ощущать себя глупцом и с далекой молодости не позволял никому вызвать у него подобного чувства.

— Хотя нет, — передумал Шен. — Лучше дай мне связаться с Летис Лис напрямую. Я сам спрошу. Как вы поддерживаете связь?

Шиан продолжал молча смотреть на него, словно в самом деле впервые увидел. Наконец, он разжал губы и произнес:

— Если ты продолжишь в том же духе — то восстановишь всех против себя. Происходящее видят Сэл Юар и Ка Рон. Прекращай горячиться и делай, как я говорю.

Шен нервно дернул щекой.

— Шен, сейчас лучше сделать так, как он говорит, — вставил свое мнение Муан. — Я его тоже ненавижу, но, если заклинатели вновь посчитают тебя угрозой!..

Шен тряхнул головой. Если бы ему рассказали обо всем сразу, он бы согласился, что план не лишен смысла, хоть и выставляет его слабаком. Но сейчас он терпел слишком долго и трясся от злости, не слушая доводов холодного рассудка. Шиан пытается его растоптать — и он не может ему этого позволить! Муан только подливает масла в огонь, предлагая ему подыграть и сдаться. Они словно сговорились против него!

Он с трудом поднялся, почти не ощущая занемевших ног. Боль впилась в него множеством мелких иголок, и Шен приложил усилия, чтобы его состояния не было заметно со стороны. Темная аура, расползающаяся вокруг него, становилась все гуще, темнее и почти материальнее. Муану пришлось отлететь в сторону, ощущая жуткую энергетику вокруг старейшины пика Черного лотоса. Вокруг того не было ни крупицы света, ни одного отсвета мерцания его тьмы.

Шен медленно подошел к Шиану, чуть склонив на бок голову и пытливо рассматривая его искаженное злобой лицо. Теперь они поменялись ролями, и это могло бы его позабавить, если бы не пылающая в груди злость.

— Ты вообще понимаешь, что делаешь? — прошипел Шиан.

— Понимаю отчетливей, чем когда-либо. Спасибо, что в очередной раз преподал мне хороший урок… братец.

Шиан взглянул на него, сверкнув глазами. В слове «братец» было невыносимо много издевки.

— Отпусти, — потребовал он.

— Не раньше, чем ты дашь мне возможность связаться с Летис Лис.

— А если не дам, то что? Так и будем торчать здесь? Я не уступлю — ты тоже не уступишь, но ведь и дальше не зайдешь, не так ли?

Шен наклонился над ним и вкрадчивым тоном уточнил:

— Как далеко ты желаешь, чтобы я зашел?

Шиан не признался бы даже себе, что от этого голоса по его телу пробежала волна мурашек. Это противостояние грозило перерасти в нечто, чего оба они не ожидали друг от друга.

Словно врезаясь в окружающую черноту, пространство прорезал звучный голос:

— Отойди от него!

Шен вскинул голову и увидел стоящего на лестнице старейшину Лунг Рита с обнаженным мечом. Он выпрямился и с легким интересом уточнил:

— А то что?

— Старейшина не должен идти против приказов главы ордена! Если вы продолжите в том же духе, то будете изгнаны из ордена РР!

Шена настолько поразил этот аргумент, что даже его злость несколько поутихла.

— Это абсурдно, — наконец, обдумав довод, определил он.

— Посмотрим, сколько заклинателей потребуется, чтобы утихомирить вас, но это в конечном итоге произойдет! Глава ордена всеми силами пытался выгородить своего младшего брата, чтобы его не поставили вровень с Демнамеласом, но вы и здесь умудрились все испортить!

— Ах вот как… — протянул Шен, сделав шаг назад. — Забавно…

Почему, что бы он ни сделал, ему либо приходится страдать, либо терпеть осуждение заклинателей, которые недовольны тем, что он отказался страдать? Все вокруг такие невежественные, поэтому вечно перевирают его действия и видят все в негативном ключе? Или он в самом деле ведет себя неправильно?

— Вот, — протянул ему Лунг Рит небольшой шар, — сфера для связи с Летис Лис. Сожмите ее — и она ответит.

— Старейшина Лунг! — возмутился молчавший до этого Шиан. — Ты не смеешь решать это!

Старейшина Лунг ничего не ответил, лишь плотнее сжал губы и решительно протянул сферу Шену. Тот забрал ее из его подрагивающей от нетерпения руки.

— Хорошо, — произнес Шен, не до конца доверяя этим двоим. — Я верну ее вам, когда закончу.

С этими словами он выдернул из ножен Смертельное лакомство и, вскочив на меч, полетел прочь, продираясь через сильный ветер. Вместе с тем, как он отдалялся, сила, удерживающая Шиана, слабела, и вскоре тот смог подняться и с досадой отряхнуть полы одежд.

— Прошу простить мое своеволие… — начал Лунг Рит, но Шиан, не одарив его и взглядом, молча направился в резиденцию.

Казалось, Шен и сам не осознавал, куда летит, но вскоре понял, что все это время стремился к пику Славы. Спешившись, он подумал, что нечего и надеяться наугад найти могилу, но вскоре заметил дорожку из белых лепестков. Несмотря на ветер, они все еще могли помочь разобрать направление, недавно закончившийся дождь надежно прибил их к земле, запутав в зеленых травинках.

Шен шел вперед с решительным намереньем разрушить все, что хоть как-то будет говорить о том, что старейшины пика Славы больше нет. Но когда дорожка из лепестков вывела его к находящейся на вершине пика могиле из камней, этот вид потряс его слишком сильно, чтобы он смог хотя бы замахнуться, чтобы разрушить все. Плоские камешки были сложены один на другой, а между ними лежали белые цветы. Словно нож вонзили в его сердце, когда он увидел все это. Ничего особенного, но… но почему… так больно? Есть надежда, есть призрачный Муан рядом, с которым даже можно говорить, но почему отчаяние продолжает разъедать его изнутри…

Он пришел сюда, чтобы все разрушить, но вместо этого замер, а лицо его потеряло все краски.

Муан завис в шаге от него, с неодобрением и кислой миной глядя на «свою» могилу. Он, в отличие от Шена, не чувствовал здесь ничего особенного — всего лишь горстка камней и несколько цветов. Он не готов был признать, что это его могила.

Ветер окончательно разогнал облака, и выглянул бледный полумесяц.