Глава 157. По собственной воле

Двадцать один год назад.

— Пожалуйста, богиня! Помогите восстановить справедливость!

Женщина мысленно поморщилась. Сколько лет прошло, но ничего не меняется: у просителей всегда одни и те же просьбы. Человечество хоть движется вперед? Из-за чего вообще она несет свое наказание?

Как же раздражает.

Ее заперли здесь, чтобы осознала ошибки, но с каждым годом она лишь сильнее утверждается в мысли, что не сделала ничего плохого. За что она вообще расплачивается? Люди умирают каждый день. Когда живешь больше тысячи лет, понимаешь, как это все бессмысленно. Пока они живы — у всех есть заботы, стремления, боль… Но стоит смерти забрать их — с последним вздохом не остается ничего. Все поглощается пустотой. Перестает иметь значение. Так было ли хоть что-то важное с самого начала?

Люди слишком много думают о своих желаниях, скрупулезно объясняют мотивы. Но для мира, в котором каждый — всего лишь крупица общего, важно лишь одно — жив или нет. Только сама суть жизни. Не важно как, не важно, с какими мыслями, не важно, сколько страдая.

Невыносимая жестокость бытия в том, что мирозданию все равно, каким ты был человеком.

Важна лишь энергия жизни.

— Богиня, прошу вас!

— Я выслушаю твою просьбу, — махнула рукой Ми Лу. — Продолжай.

Она сидела на высоком стуле, точно на троне, а проситель склонился до пола и залепетал:

— В землях, что к востоку отсюда, есть небольшой заклинательский клан, все члены которого считай, что родственники. Всех девочек клана не допускают до учебы, им не разрешается становиться заклинательницами, их жизнь сосредоточена на выполнении обязанностей служанок и рождении потомства. Кровосмешение происходило в клане уже не одно поколение, главная ветвь постепенно стала вырождаться. Очень редко в клан берут мальчиков и девочек извне, чтобы разбавить кровь. Я стал одним из таких «счастливчиков». Долгое время я думал, что мне повезло, и не понимал внутренние порядки клана. У главы было около шестидесяти детей, и раз в год или два он продолжал брать себе жен. Из тех девушек, что не доставались главе, выбирала верхушка клана, а оставшиеся распределялись между выслужившимися адептами.

— Ближе к сути, — попросила Ми Лу, приложив пальцы к вискам.

Мужчина, стоящий на коленях перед ее «троном», заговорил еще быстрее, проглатывая слова и перепрыгивая с мысли на мысль. Из его сбивчивого рассказа Ми Лу выяснила банальную на ее взгляд историю о том, как он полюбил девушку, предназначавшуюся другому, как они пытались бежать, их ловили, наказывали. В конечном итоге девушку заперли в темнице клана, где она и умерла через несколько лет. Мужчина все это время пытался вызволить ее, но лишь подвергался унижениям. Перед тем, как отдать ее мертвое тело, глава клана пообещал ему, что отпустит их, если тот добровольно разрушит свое золотое ядро и будет жить как простой смертный. Когда же мужчина выполнил условия, глава клана отдал ему мертвое тело и сказал, что теперь отпускает их.

Воспоминания приносили боль, по щекам мужчины катились слезы.

Не тронутую его историей Ми Лу уже какое-то время занимало другое: она разглядывала появившихся в конце зала людей. Не часто зачарованные врата пропускают кого-то без ее участия. Но эти двое прошли через них, словно это были обычные ворота. И теперь стояли у входа, стараясь не отвлекать просившего милости мужчину.

Волосы девушки были скручены в прическу-рожки. Лицо казалось нежным, словно цветок персика, но яркие зеленые глаза точно метали вокруг себя молнии. Любопытные молнии.

Мужчина рядом с ней был статен и хорош собой. Волосы стянуты нефритовой заколкой-венцом нежного молочного оттенка, светлая заклинательская одежда выглядит свежо и опрятно. И не скажешь, что эти двое только что преодолели путь на вершину горы, полный препятствий не только на физическом уровне. Ничего не намекало на перенесенные испытания, лишь иней таял на их ресницах.

— Чего ты ждешь от меня? — вновь обратив внимание на мужчину перед собой, уточнила Ми Лу. — Какой справедливости? Я не воскрешаю мертвых, и живых не убиваю.

Мужчина подскочил на ноги и склонил голову.

— Прошу вас, госпожа! Вы сама добродетель! Я верю, что вы не оставите безнаказанным то, что творится!

Ми Лу устало потерла переносицу. Иногда ей попадались такие просители, что желали уничтожить клан, «восстановить справедливость», сразив чужую армию, совершив переворот или влюбив в себя чужую жену.

— Восстановите его золотое ядро, и пусть лично убьет этого ненавистного главу, — неожиданно предложил человек, стоящий рядом с девушкой у входа.

Ми Лу перевела на него заинтересованный взгляд. Просящий мужчина вздрогнул и обернулся на голос.

— Это возможно? — спросил говоривший.

— Это не невозможно. Такую просьбу я смогу исполнить.

Просящий обернулся к богине, взгляд его выдавал растерянность.

— Но, госпожа… Даже если я вновь стану заклинателем, моих сил не хватит, чтобы противостоять целому клану. Вы не понимаете, как далеко распространилась их власть. Они контролируют большой город. Что может один человек простив целого клана?

— А ты ждешь кары с небес, которая сотрет этот клан с лица земли? — уточнила Ми Лу.

Судя по глазам просящего, именно такой вариант его бы устроил.

Ми Лу криво усмехнулась.

— Подобное не в моей власти. Я всего лишь женщина, достигшая мудрости и просветления. Не матушка Ковша.

— Я столько вынес, проделав такой путь, а вы говорите, что ничего не можете сделать? Что не богиня? Да вы хоть знаете, сколько людей положило свои жизни, чтобы я добрался сюда?!

— Может, она и не знает, но мы догадываемся, — звонко произнесла девушка. — Видели трупы, пока шли сюда.

Ми Лу улыбнулась.

— Лишь единицы добираются до вершины Северной горы. Ты собирался впечатлить меня подобным?

— Вы не лучше тех людей из клана, — выплюнул мужчина. — Все вы одинаковые. Справедливости нет в этом мире!

— Возможно, тебе больше повезет в следующем перерождении, — произнесла Ми Лу, не проникшись его обвинениями.

Развернувшись, мужчина стремительно пошел прочь. У выхода дорогу ему преградил человек, пришедший с девушкой.

— Постой, — произнес он, — разве мое предложение лишено смысла? Это ведь лучше, чем ничего.

Мужчина только скривился.

— Дорогу!

— Или… — заклинатель проницательно сощурился, глядя на мужчину. — Или с твоим ядром все в порядке?

Мужчина попытался оттолкнуть того рукой, но тот не сдвинулся с места.

— А как же слезливая история любви? Так ты не уничтожал свое золотое ядро, чтобы жить как простолюдин вместе с девушкой? Только эта часть истории неправда, или расхождений куда больше?

— Пошел прочь!! — закричал мужчина, и, оттолкнув заклинателя, ударил рукой в дверь и вышел из зала.

Заклинатель и его спутница проводили его взглядами и обернулись к Ми Лу. Сложив руки перед собой, они поклонились изучающей их богине.

— Приветствую богиню! Позвольте представиться: меня зовут Ир Рурет, а это мой младший брат — Ир Шен. Мы бессмертные заклинатели из ордена РР. Для нас честь воочию узреть Вознесшуюся!

Та лишь криво улыбнулась в ответ на такую лесть. Рурет тут же обратила на это внимание.

— Не следует ли его остановить? — все еще размышляя об ушедшем мужчине, произнес Шен.

— Ни к чему. Как я уже говорила, лишь единицы способны подняться на вершину Северной горы, но еще меньше способны принять тот факт, что моя помощь иной раз расходится с тем, что они воображали.

— Если этот человек уйдет вот так — то погибнет на пути с горы.

— Если благосклонность небес на его стороне — он выживет.

— Несмотря на то, что он не был до конца честен в своей истории, не похоже, что ему везет в этой жизни.

— Как я уже сказала: не в этой — так в следующей. Я не проявляю сочувствия к людям — это бессмысленно.

Шен переглянулся с Рурет.

— Я поговорю с ним. Предложу спускаться вместе, — произнес он.

Проводив удаляющегося брата взглядом, Рурет развернулась к Вознесшейся и, лучезарно улыбнувшись, еще раз поклонилась.

Эти двое были из того редкого сорта людей, которые, признавая ее силу, при этом совсем ее не боялись. «Богиня» могла покарать их в мгновение ока — здесь, на Северной горе, в ее руках была власть над происходящим, но спустя столько одиноких лет она была рада любому, с кем могла поговорить на равных.

— Поговорим в другой комнате, — решила она и поманила Рурет за собой. — Здесь слишком неуютно.

Шен вновь вышел наружу. Порывы ветра были столь сильны, что буквально сбивали с ног. Мелкие крупинки снега били в лицо, точно сотни иголок. Если бы они с Рури не были бессмертными заклинателями — никогда бы не добрались до вершины Северной горы в такую погоду. Не каждый заклинатель бы справился, что говорить про простой люд.

Фигурка вдалеке ломано двигалась вперед. Ее то и дело скрывала стена снега, нужно было вглядываться изо всех сил, чтобы не потерять ее из виду. Иногда фигурка падала, и каждый раз Шен останавливался и вглядывался вперед, ожидая, поднимется ли она. Тропу, если она была, давно замело снегом, любой шаг мог стать началом падения в пропасть.

Наконец, Шен нагнал заклинателя из мелкого клана. Тот обернулся в страхе, не ожидая, что может встретить человека.

— Спускаться сейчас — самоубийство! — коротко произнес Шен, пытаясь перекричать бурю. — Вернемся и переждем!

Мужчина узнал заклинателя, который встрял в их разговор с богиней. Вероятно, этот человек привык лезть не в свои дела.

— Даже если я собираюсь умереть — не вашего ума дело! — выкрикнул он.

Он собирался продолжить путь, но Шен перехватил его руку, заставляя остаться на месте.

— Мне нет дела до вашей жизни — совершенно определенно, это так! Но мы с сестрой проделали огромный путь, чтобы встретиться с Вознесшейся, и я не хочу, чтобы эту встречу омрачило знание, что кто-то прямо в этот момент замерзает на горе, а мы даже не попытались остановить его самоубийственное намеренье!

Мужчина вырвал свою руку и зло вгляделся в лицо.

— Мне нет дела до ваших ощущений.

Шен вскинул руки вверх и произнес:

— Что ж, ладно. Вперед! Я скажу сестре, что попытался.

Мужчина развернулся и сделал несколько шагов вперед, но вновь обернулся, когда почувствовал, что преследующий его заклинатель продолжает сокращать расстояние.

— На что ты рассчитываешь? — спросил Шен. — В твоих глазах нет отчаяния человека, решившего свести счеты с жизнью.

Какое-то время мужчина молча смотрел на него, прикрываясь рукой от пронизывающего ветра, а затем все же произнес:

— Говорят, под этой горой скрыт источник великой силы.

— Это все басни…

— Если я найду его — смогу осуществить свою месть!

Шен молча смотрел на него. Ветер внезапно стих, а через мгновение солнце озарило гору, белоснежный снег стал слепить глаза.

— Я проходил мимо пещеры. Если углубиться — уверен, дальше будет сеть тоннелей.

— Теперь ясно, — сказал Шен и сделал шаг прочь.

— Ты больше не собираешься меня отговаривать? — удивленно воскликнул мужчина.

Шен обернулся и окинул его внимательным взглядом.

— Я не спасаю людей, — затем произнес он. — Мне просто были не понятны твои мотивы. Теперь — понятны. Хочешь проникнуть в гору, пока Вознесшуюся кто-то отвлекает.

— Присоединишься к плану? — не стал отрицать мужчина.

— Нет.

— Расскажешь богине?

— Тоже нет.

— Почему? Она могла бы наградить тебя. Или же бессмертный заклинатель слишком благороден, чтобы гнаться за наградой?

— Нет. Потому что она, вероятно, просто рассмеется.

Мужчина скривился.

— Здесь наши пути расходятся, — гордо произнес он и, развернувшись, двинулся вперед.

Шен смотрел ему вслед.

— Эй, — когда мужчина уже с трудом мог слышать его голос, окликнул Шен. — Как называется клан, о котором ты говорил?

Мужчина продолжал идти вперед. Складывалось ощущение, что он вовсе не услышал.

— Клан Тихих цветов, — донес ветер его голос.

Шен с Рурет провели в гостях у богини Северной горы три дня. За это время она так ничего и не сказала по поводу вопроса, с каким они обратились.

Сила под пиком Лотоса. Как добраться до нее? Как использовать?

— Шен думает, что я просто люблю эксперименты, — произнесла Рурет, когда они с Ми Лу остались наедине. — Но, хоть он отчасти прав, на самом деле у меня есть цель.

Они стояли на террасе, под ними проплывало пушистое облако, отражающее мягкий закатный свет. Небо из лазоревого стало пурпурно-золотым.

— Иногда тьмы рядом с ним совсем не видно, — глядя на проплывающее облако, произнесла Рурет. — Я много раз хотела поверить, что все это в прошлом, стечение обстоятельств, тени, мой сон, но затем какая-то мелочь вновь напоминает мне о происходящем. Шен… Он хороший, но иногда пугает. Не меня! — быстро пояснила девушка, опасаясь, что собеседница может не так понять. — Но окружающих. Тех, кто не знает его так хорошо, как я. В последнее время я все чаще вспоминаю свой детский сон. В нем мой младший брат выглядел таким взрослым, как сейчас, но казался совсем другим. Потерянным. Словно не от мира сего. Словно был уже на стороне духов и демонов. Его кожа была ненормально бледной, а одежда багряной, словно кровь. Волосы были свободно распущены и растрепаны. Он уже не казался человеком, и это пугает меня.

— Ты говорила ему о своих беспокойствах?

— Говорила. Не раз говорила. Но он не воспринимает этого всерьез.

— Он уже взрослый человек и очень сильный заклинатель. Рурет, ты уверена, что тебе нужно продолжать так переживать за него?

Рурет слабо улыбнулась.

— Наверное, дело не только в этом… Просто однажды… Я загадала, что признаюсь ему после того, как спасу. Во мне было столько уверенности, когда я приняла то решение, — Рурет печально вздохнула. — Но эта уверенность давно испарилась. Прошло очень много лет. Я упустила момент. Спустя столько лет, как я могу сказать ему о своих чувствах? — Рурет спохватилась. — Прошу прощение, госпожа! Вам совершенно незачем знать об этом. Прошу прощения, — она низко поклонилась. — Я разговорилась, потому что мне не с кем это обсудить.

Ми Лу тоскливо улыбнулась, думая о своих сотнях и сотнях лет в тюрьме холода и одиночества. Она ловила каждое ее слово. Ей совершенно не в тягость было выслушать эту девушку.

— Не нужно извиняться. Я хочу выслушать все, что ты скажешь. Для меня… Я не могу спуститься с этой горы. Мне в радость беседа с тобой.

Рурет обернулась на печать, собственноручно начерченную на полу.

— Если эта печать перемещения и в самом деле работает — я смогу навещать тебя.

Ми Лу с трудом сохранила хладнокровие. Она и подумать не могла о такой возможности, пока Рурет не предложила. Друг, который будет заходить на чай. Приходить хотя бы раз в месяц, да хотя бы раз в год — она не жадная — это… это… Этого более чем достаточно!

— Только прошу, — добавила Рурет, — расскажи мне о силе, скрытой под пиком Лотоса. Ты ведь знаешь!

Сердце, уже готовое воспарить, рухнуло в пропасть.

— Я не могу.

Если бы не ее привязанность к Шену — она бы не ставила такое невыполнимое условие. Но ее глаза горели по-особому только рядом с ним.

Когда Рурет увлеченно изучала печать перемещения, Ми Лу заговорила со стоящим в стороне Шеном:

— Твоя сестра очень любознательна.

Шен услышал предостережение в ее словах. Он склонил голову, вглядевшись в глаза Ми Лу.

— Вы суете нос куда не следует, — продолжила Вознесшаяся. — Я могла бы не отнестись к этому с пониманием.

Шен перевел взгляд на Рурет. Его поза казалась расслабленной, но Ми Лу осознала, что он в любое мгновение готов броситься ей на защиту.

— Просто пообещай мне, что не оставишь ее в трудную минуту, — выдохнув, Ми Лу высказала довольно неожиданную просьбу, — думаю, этого будет достаточно.

— По собственной воле я никогда не покину ее.

Вознесшаяся тихо фыркнула себе под нос.