Глава 36. Будешь со мной

Арсений

— Ульяна, скажи честно, этот тип к тебе клеится, да? — мрачно интересуюсь, подтягивая её к себе ближе.

— Арсений…

— Уля, — рычу я, понимая, что кое-кто юлить собирается.

Вместо ответа она прижимается ко мне и впивается в мои губы. Вот же засранка. Пользуется моим же методом. Но хрен я забуду о таком важном вопросе. А вот отказываться от поцелуя не собираюсь. Просто чуть попозже устрою ей допрос с пристрастием.

Жадно отвечаю ей. Впиваюсь в её сочные губки, проталкиваюсь языком и наслаждаюсь сладкими ощущениями, которые разбредаются по измученному жаждой телу. Как же хочется заполучить её. Чёрт побери, я умру, пока свершится этот момент.

В паху сразу мгновенно всё поднимается, отдавая болью в яйца.

— Ульяна, хочу тебя, — выдыхаю ей в губы, с трудом удерживая рвущегося наружу зверя. — Ты сводишь меня с ума.

— Я… не могу, — шепчет она взбудораженным тоном.

Вижу же, что плывёт. Вижу, какие у неё затуманенные желанием глазки, как сбито дыхание, как она цепляется за меня. А там на площадке, пока нас не прервали, она ещё больше теряла контроль над собой.

Моя девочка хочет, но чего-то боится. Думает, наверное, что будет больно в первый раз. Нужно её просто расслабить, показать, что я не угроза. Что ей, наоборот, будет очень-очень хорошо со мной. А потом и ещё лучше. Во второй раз точно уже как по маслу всё пройдёт, а там начнётся уже настоящий марафон траха.

Как подумаю, как загоняю в неё… Проклятье.

Аж выть вслух хочется.

— Ничего, я подожду, — выдаю я, скрипя зубами и пытаясь выкинуть из головы сладкие картинки. — Но ты мне должна свидание. Взамен сегодняшнего.

Главное, выдержать его достойно и не наброситься на Улю где-то в тёмном уголочке. Чёрт. В кино на заднем ряду. Темно, можно пообниматься и не только… Пока своего дома нет. А вот в отель она точно не согласится ехать.

Кино — определённо точно идеальный вариант в нашей ситуации.

— Конечно, свидание, — соглашается Уля и обнимает меня.

— И ты мне сейчас расскажешь, что у тебя с этим белобрысым, — припечатываю.

Она сразу же напрягается. Но второй раз лезть целоваться не рискует. Понимает, что будет слишком палевно. Я ведь не идиот. Так что я жду, пока она расскажет.

— Арсений, ты только не злись и не лезь на Вэла с кулаками…

— Пиздец, — выдыхаю я.

Злость мгновенно заполняет каждую клетку тела. Надеюсь, что эти уроды никуда не ушли со двора, чтобы мне не пришлось разыскивать их. Нужно кое-кому рожу подрихтовать, чтобы даже не дышал в её сторону.

Блядь. Ну и как мне её оставлять здесь? Когда её брат в квартиру спокойно всяких уродов пускает. Как теперь спокойно спать, когда не знаешь, что с ней происходит и кто свои ласты тянет к ней?

Надо забирать её скорее отсюда. Куда только?

— Уля, нормально объясни, — требую.

— Ну… — она отрывается от меня и смотрит в глаза. Мнётся. Нежно водит ладонью по моему плечу, будто бы заранее успокаивая. — Вэл проявлял ко мне интерес, но я сказала, что у меня есть парень.

— И он сразу отвял?

Ульяна молчит. И мой мозг снова выдаёт такую простую и понятную вещь, которую я как-то сразу упустил из виду. Но сейчас она идеально ложится на её предыдущий рассказ. А воображение дорисовывает всё очень ярко. Так ярко, что хочется этому Вэлу мгновенно въебашить.

— Стоп. Ты поэтому в клубе вляпалась в эту дерьмо? Ты что… бежала от домогательств этого придурка?

Она сглатывает, отводит взгляд в сторону, и этого достаточно, чтобы в голове зажглись сигнальные огни. Мозг уже не анализирует, всё ясно. Теперь тело требует расправы над этим уродом, посмевшим тронуть чужое.

Ну сука. Ну что за уёбок такой?!

Отпускаю Ульяну и несусь вниз по лестнице.

— Арсений, подожди! Не надо! — бежит за мной.

— Оставайся в квартире, — рявкаю, на секунду останавливаясь.

Уля запрыгивает ко мне на руки, обхватывая за шею. Приходится мне её подхватить за задницу, чтобы не свалилась. Она прижимается ко мне так, будто боится, что я сейчас брошу её и побегу дальше. Дышит мне шумно в шею.

Я уже открываю рот, чтобы выдать тираду, как она начинает целовать меня. Сначала прямо туда же в шею, потом прикусывает мочку. У меня сносит сознание как по щелчку пальцев.

Да что она делает со мной? Я совсем безвольный становлюсь рядом с ней.

— Уля… Мне надо…

— Нет, не надо, — шепчет и целует в губы.

Быстро прикасается своими губами, отрывается, снова касается. А потом вдруг прикусывает нижнюю губу и тянет, посасывая. Чёрт. Мои тормоза к хренам срывает. Я разворачиваюсь и впечатываю её спиной в стену.

Одной рукой нащупываю грудь, второй стискиваю ягодицу. Толкаюсь вперёд, Уля стонет мне в рот. Врываюсь в её сладкие губки, ласкаю, как оголодавший зверь. Хочу попробовать её всю.

Как же хочу.

Кажется, больше думать ни о чём не могу.

— Скажи, что тоже хочешь, — шепчу я искушающе. — Признай это, Ульяна.

— Зачем? — спрашивает, задыхаясь.

— Хочу знать, что у нас всё обоюдно, — хмыкаю.

Стискиваю сосок через ткань её толстовки. Уля стонет, откидывая голову на шершавую грязную стену. Не слишком-то удачное место для наших игр. А ещё её стон эхом разносится по подъезду…

— Хочу, — выдыхает смущённо. — Но ты же понимаешь…

— Понимаю. Поэтому буду ждать, — соглашаюсь и целую её быстро в губы. — А ещё я хочу, чтобы ты мне писала и звонила, если что-то идёт не так. Если грёбаный белобрысый или тот с выцветшей прядью начнёт распускать руки. Или любой другой урод. Всегда держи телефон при себе. Поняла?

— Поняла.

— Я заберу тебя отсюда. Обещаю, сладкая моя.

— Что? — изумлённо спрашивает.

Нехотя опускаю Ульяну на пол, поправляю её волосы, возвращаю на место сбившуюся толстовку. Подцепляю снова подбородок, чтобы смотрела прямо мне в глаза.

— Говорю, что заберу тебя к себе, когда хату найду. Пока живу у друга, не могу взять тебя под своё крыло. Но когда разберусь со своими проблемами, ты будешь жить со мной.

— Но… — Уля смотрит на меня, открыв рот. Медленно моргает, переваривая. Потом всё-таки берёт себя в руки. Выходит из оцепенения. — У тебя какие-то проблемы?

— Есть такое дело, — пожимаю плечами. — Но не переживай. Я справлюсь. И потом мы с тобой съедемся. Поняла?

Уля кивает с таким видом, словно поверить не может в моё предложение.

— Вот и славно.

Наклоняюсь и целую её. Не хочется её отпускать, но надо. Пусть сидит дома и ждёт брата, а мне пора найти этих придурков. Поговорить по-мужски. Пока они не свалили никуда. А мне что-то подсказывает, что они ещё трутся рядом с домом.

— Мне пора. Поднимайся домой и закрывайся. Никого не впускай, кроме брата, — строго раздаю команды.

— Арсений, я закроюсь, не буду впускать. Буду звонить тебе первому, если что не так. Но пожалуйста… Пообещай, что не тронешь Вэла и Тимура. Они — лучшие друзья моего брата. Не надо. Я не хотела никому говорить, не стоит раздувать эту историю…

Качаю головой. Ну что за наивная душа. Хочет прямо, чтобы без конфликтов обошлось. И зря своему Богдану не сказала. Он хоть и напал на меня, но я его прекрасно понимаю. Он ведь просто защищал сестру. Так что нормальный парень. И здесь бы защитил, возможно, от поползновений своего дружбана.

— Убивать никого не буду, — усмехаюсь. — Но поговорю.

— Арсений, ну не надо.

— Надо, Уля. Иди давай, пока я на тебя снова не набросился.

Ульяна выпархивает из моих объятий и нерешительно поднимается по лестнице. Оборачивается, смотрит на меня, вздыхает и добредает до своей лестничной клетки. Дожидаюсь щелчка замка, убеждаюсь, что закрылась и только после этого иду вниз.

На улице сразу осматриваюсь, пытаясь понять, остались эти ребята здесь или нет. Но через мгновение уже приходится уворачиваться от очередного кулака, летящего мне прямо в нос. Сука. Да что он опять так резко вырисовывается?

— Ах ты, гнида! Опять к Уле приходил, мудак!

А вот и Богдан собственной персоной.