Глава 50. Хороший студент
Арсений
— В смысле? Лекс, ты ебанулся? — спрашиваю ошеломлённо, едва протирая глаза.
Нихрена выспаться не получилось. После вчерашней тусовки в клубе Миши Гирса, после нашего страстного общения с Ульяной я только отвёз её домой, завалился спать, а тут уже и утро подоспело. Кажется, будто вообще часа два проспал.
И вот звонок от друга с каким-то сюрреалистичным рассказом.
— Так будет лучше для всех, — угрюмо отвечает Тенин. — Всё. Я выйду на связь позже. Пока мне не звоните, мне нужно… подумать.
— Да какого чёрта ты вообще…
Но договорить он мне не даёт. Просто обрубает вызов, а когда перезваниваю, он уже недоступен. Отрубил мобилу, чтобы я его своими нравоучениями не запаривал. Позвонил, блядь, с утра пораньше, чтобы сообщить, что ушёл от Саши и что я могу пользоваться его хатой и машиной, если мне нужно.
Какого хрена с ним происходит? Только вчера он пережил спасение жены, а теперь просто взял и свалил в закат, не объясняя причин. «Лучше для всех»? Это, чёрт побери, для кого именно? Для девушки, которая его любит, для друзей, которые с ним и в горе и в радости и вообще уже хрен пойми сколько всего вместе пережили?
Сука. И что ему нормально-то не живётся? И жена-красавица, и бизнес начал строить, и с отцом вроде снова отношения налаживать стал. Но нет же… Почему бы всё не похерить в один момент?
Начинаем заново. Уровень ноль — днище жизни. Прокачка скиллов снова с самого уёбищного момента, когда ты один, когда нет рядом твёрдого плеча.
Бесит. Как же он меня сейчас бесит!
Я подрываюсь с дивана и плетусь в душ. И только стоя под холодными потоками воды, вспоминаю, какой вчера был шикарный вечер. Я, Ульяна, она подо мной, стонущая, жаждущая, а потом говорящая мне в ответ на моё признание: «И я тебя люблю».
Пиздец. Классно ведь так. И наконец-то ведь грёбаное напряжение меня отпустило. Правда хочется всё равно. Снова погрузить в неё, снова брать, только теперь уже более активно, если можно… Наверное, надо чуток подождать.
Может вечером получится встретиться? Днём-то у меня точно дела. Дурацкое обещание, данное Ирине Фёдоровне. Пришёл срок расплаты. Пора пойти к ней и помочь переставить мебель или что там требовалось от меня.
Денис с Ярой так и не появились. Остались реально в общежитии. Но, приведя себя в порядок, я звоню Белому и отвожу тачку к нему. Теперь у меня есть тарантас Тени, чтобы передвигаться по городу, и я не могу отказаться от такого незабываемого предложения.
Сажусь в развалюшку и гоню по адресу, который дала мне преподавательница.
— Как себя чувствуешь? — спрашиваю Улю, когда она отзывается на мой звонок.
— Хорошо, — выдыхает смущённо, и я прямо представляю, как прямо сейчас её щёки вспыхивают огнями. Обожаю её румянец. — Брат не заметил, что я отсутствовала дома допоздна.
— Отлично, — отзываюсь я. — А ты переживала. Видишь, как всё удачно сложилось.
И было бы в разы лучше, если бы не сопротивлялась, и мы побывали дома у Дениса. Тогда бы всё прошло в более комфортной обстановке. Тогда бы сразу можно было принять душ, а не ехать через полгорода, чтобы провести гигиенические процедуры.
Надеюсь, что она не парится, что лишение девственности произошло в клубе.
— А ты… ты сегодня приедешь? У Богдана будет днём работа, — спрашивает Уля с какой-то заминкой в голосе.
— Извини, малыш. Я сейчас по делам еду. Может, быстро освобожусь, может, не очень. Пока не уверен. Наберу тебя, как закончу.
— М-м-м, а чем ты занят?
Я хмыкаю. Кажется, Ульяна впервые спрашивает о моих делах. Хотя ещё разок было, когда я сказал, что будет выступление группы моей сестры, но тогда ей было интересно просто, как её спасу. А тут любопытствует, какие у меня планы. Мы теперь реально как пара с ней.
— Еду спасать преподшу по социологии. Обещала мне зачёты за помощь по хозяйству, — рассказываю, как есть.
Уля молчит.
— Эй, ты чего?
— А что за… помощь по хозяйству? — напряжённо спрашивает.
Опаньки. Это что же я слышу? Да неужели моя сладкая девочка меня ревнует? Приятно-то как. Хотя приятно недолго. Мало ли что она там в своей головушке накрутит? Ещё к взрослых тётям она меня не ревновала…
— Побыть грузчиком. Не парься, Уля. Справлюсь, можешь не переживать.
— Я и не переживаю, — отзывается сухо.
— И не ревновать.
— Вот ещё! Я не ревную! — бурчит, явно заводясь.
— Да брось, малышка, меня милфы не привлекают, ну серьёзно, что ты заводишься? — мурлычу примирительным, мягким тоном. — Мне только ты нравишься. А это просто эксплуатация моего тела ради хороших оценок. Она предложила подвигать ей мебель, я согласился. Ничего в этом такого нет.
— Угу. Я… пойду. А то Богдан ещё спалит, что я с тобой болтаю, будет ворчать.
— Уля?
— Пока, Арсений.
Быстро сбрасывает, и у меня остаётся ощущение, что крошка надулась. Ладно. Нужно будет сегодня после всех дел замутить для неё что-то приятное, чтобы выкинула из головы всякую хрень.
Заруливаю в довольно элитный двор, удивляясь, что наша преподавательница живёт в таком доме. Нормально устроилась. А я-то думал, что в универе такие себе зарплаты. Хотя, может всё-таки у неё бывший муж был обеспеченный? Так и не вспомнилось ничего из сплетен про неё.
Домофон оживает, представляюсь, и мне сразу открывают. Поднимаюсь на нужный этаж, не успеваю позвонить в дверь, как мне открывают. На пороге стоит Ирина Фёдоровна собственной персоной.
Охуеть.
— Добрый день, — выдаю я, пытаясь смотреть исключительно ей в глаза.
— Добрый день, Арсенюшка. Спасибо тебе, что пришёл, — ласково тянет она, открывая дверь шире. — Проходи.
Чёрт. Просто… чёрт! Она отступает на шаг назад, а следом поворачивается ко мне спиной. Взгляд непроизвольно съезжает вниз помимо моей воли, которая всё ещё не восстановила потребность в женском внимании.
На Ирине Фёдоровне короткие облегающие шорты, обтягивающие задницу так, что видно булочки. Вместо строгой блузки топ, который едва прикрывает пупок, в котором… торчит пирсинг. И ещё я вижу на пояснице татуировку в виде бабочки.
И это наша преподавательница по социологии? Серьёзно?
Блядь. Да где же взять силы, чтобы не смотреть туда, куда определённо точно не следует смотреть? Нахрена она устроила эту провокацию? И почему мне сейчас слышатся свои же слова про эксплуатацию тела совершенно в другом контексте?