Глава 54. Неделя ада

Арсений

Проходит целая грёбаная неделя, в которую я сам себя занимаю работой, учёбой, чем угодно, лишь бы выкинуть из головы одну девушку. Удерживаю себя на переменах, чтобы случайно не прогуляться по этажу её факультета, открываю и закрываю нашу недолгую переписку.

Мне удалось разобраться в папиных отстойных отчётах, разложить всё по полочкам и выработать стратегию, которая не даст окончательно загнуться империи Лисовых. С этим бизнес-планом я попёрся к Геннадию Петровичу. Миллиардеру, меценату, эпатажному человеку, а по совместительству и деду Тормасова Вадима.

Договорились. Я, конечно, охренеть как из кожи вон лез, чтобы доказать, что моё дело прибыльное, классное, и вообще лучше многих других строительных компаний, ведь мы топим за экологию. Короче, убедил. Тормасов-старший выделил мне средства и работы стало ещё больше.

И это хорошо. Когда голова забита спасением империи, как-то не до любовных переживаний. Но чёрт возьми… я живу в соседнем доме с ней теперь. И волей-неволей обращаюсь мысленно к тем нескольким дням, что мы были вместе. И хреново. Сука, как же хреново. Мне не хватает её.

В субботу вечером мы отправляемся с Белым к ещё одному неудачнику, который решил себя загнать в капкан из собственной тьмы. Из нашей тройки только у одного Дениса всё на мази. А вот Тенин…

Мы докатываем до какой-то фермы у чёрта на куличиках, рассматриваем забор с колючей проволокой поверху, покосившийся домик, который скорее похож на портал в ад, а следом глазеем на бедных воришек, которые живут… в свинарнике. В самом прямом смысле этого слова.

— Это твоё новое… хобби? — хмуро спрашиваю Лекса, который демонстрирует покорных парней с какой-то маниакальной гордостью.

Ну чего сказать. Притихли ребятки. Обращаются к Тени исключительно, как «Алексей Николаевич», а в глазах такая преданность, что сдохнуть хочется. Всего одна неделя… а он их уже сломал. Чего, блядь, в его башке творится? Месть? Изощрённая надо сказать.

— Типа того, — кивает Тень. — Скорее, предназначение. Они ведь выйдут отсюда с правильными установками в голове. И больше не будут творить херню.

— Ну ты вроде как… Дрессировщик а-ля номер два? — тянет Дэн, пытаясь сделать лицо попроще.

Но я-то вижу, что он в таком же шоке, что и я пребывает. Зато Тень спокойно курит, выпуская дым в ночное небо, и можно сказать, что он… умиротворён.

— Типа, да, — хмыкает он, но как-то невесело. — Избавляю общество от отбросов, какими мы сами приехали на курорт. Благородно даже, разве нет?

Мы с Белым переглядываемся. Я предпочитаю спрятать ответ за поджиганием сигареты, а Дэн бурчит что-то неразборчивое. Лучше бы уж с женой помирился Тенин, да детишек своих стругать начал. Вот их бы воспитанием и занимался, а не вот это вот всё.

Но пока он сдвинулся по фазе, что-то ему в голову вдолбить будет очень сложно.

Уезжаем с фермы со странным ощущением. Сегодня едем на машине Белого, он за рулём, я же задумчиво гляжу на пролетающие мимо поля, думаю о том, что без Ульяны у меня тоже шарики за ролики заезжают. Если б не работа, если б не обязательства перед Геннадием Петровичем, я б тоже начал хуйню какую-то творить.

Может, вызвался бы помогать Тенину «воспитывать» шпану. А чё? Благородно, ёпта.

— Ну и что это, блядь, было? — выдыхает Дэн, когда мы сворачиваем на трассу.

Выглядит так, будто ему рассказали, что Деда Мороза не существует. Шок да разочарование в одном флаконе.

— Это, Белый, то, что с нами делают девушки, — горько хмыкаю я и вытряхиваю на ладонь сигарету.

Закуриваю, ловя на себе недовольный взгляд Белого. Не нравится ему, что дымлю в его крутой тачке, но при этом, видимо под впечатлением, просит тоже закурить, хотя он из нашей банды первый бросил это гиблое дело.

— Ещё и детище своё отдал этому байкеру. Я с него охреневаю, — возмущённо тянет Белый.

Припоминает, что свой бизнес Тенин неожиданно передал в управление Мирославу. Тому самому, который ловко пальцы умеет ломать. Ну а что? Норм выбор, учитывая, каким этот байкер может быть жёстким.

В бизнесе такие ценятся.

— А ты бы подвязался с его спортклубом? — спрашиваю я.

— Да хз, — пожимает плечами Белый.

— Не подвязался бы, просто признай это, — продолжаю я задумчиво. — Тень бы и не захотел с тебя спрашивать. Так что здесь всё норм. Но мы всё равно будем присматривать за этим Миром. Мало ли, что за тёмная лошадка.

Мы замолкаем, обдумывая эту ситуацию. По сути, ничего страшного. Бизнес Тенина будет работать без его участия, а вот он сам закопался на этой ферме и живёт теперь так же, как и мы на курорте. Наш барак был даже почище этого отстоя, что у него сейчас.

Не, нужно как-то его вытаскивать. Нужно помирить его с Сашей, иначе совсем свихнётся. Ясно же, что только она его вытащит из этого порочного круга самобичевания. И всё почему? Считает, что он виновен в её похищении.

Логика просто огонь.

А сам? Чёрт. Почему я не могу просто снова пойти к Ульяне, почему не пытаюсь поговорить опять? Она же мне нужна, а я открещиваюсь, что ей без меня лучше теперь. Угу. Веду себя, как тот же самый Тенин…

— А ты-то сам чего такой странный, кстати, ходишь? — спрашивает Белый, бросая на меня быстрый взгляд.

— Почему «странный»? Всё со мной в порядке, — отзываюсь.

— Ты вообще будто не здесь. И какое это, блядь, в порядке?! Я тебя столько лет знаю, так что не заливай мне.

Рассказать? По сути давно можно было поделиться тем, что я встретил девушку, что мне с ней было по кайфу, что она хорошая… слишком уж. А я её развратил, испортил ей всё, отравил её жизнь. Но я даже не знаю, с чего начать свой рассказ. Поэтому выдаю самое важное.

— Я, кажется, втюрился, — признаюсь честно.

— А?.. В смысле? — Белый даже не пытается скрыть своего изумления.

— В смысле, я влюбился в девчонку, в которую нельзя было влюбляться.

Я продолжаю курить, понимая, что все эти барьеры только в моей голове. Что после того пиздецового разговора прошла уже целая неделя, а я до сих пор не знаю причины, почему её настроение так резко изменилось.

Я гнал мысли о ней куда подальше, а может быть… может, всё на самом деле было не так, как прозвучало? Может, я сам интерпретировал всё неправильно? Спустя время всё кажется таким нелепым…

Я же люблю его. Реально. Никогда прежде ничего такого не чувствовал, а тут как страус в песок голову зарыл. Почему я не борюсь за неё? Почему думаю, что ей без меня лучше? А если нет? Мог бы хоть поинтересоваться…

— Так а в чём проблема-то? — непонимающе спрашивает Белый. — Почему запретная-то?

— Да потому, — закуриваю следующую сигарету. — Она слишком… слишком хорошая.

Дэн закашливается и смотрит на меня, как на идиота. А что? Благородный же, типа. Сказала — свали, вот я и свалил. И когда озвучиваю это вслух, чувствую себя реально каким-то недалёким.

— Не еби ей мозг, — вдруг как-то жёстко произносит Денис. — Если она тебе нравится, признайся девчонке этой. А то будет, как у нас с Ярой. Пока мы дошли до стадии откровенности, столько хрени было. Лучше разговора ничего быть не может. Зуб тебе даю. Может твоя малышка тоже страдает и мечтает, чтобы вы были вместе, а ты морозишься, блядь.

Морожусь… Она начала первой морозиться, выставила меня за дверь, рассказав, что я чмо какое-то, добившееся её тела и решившее, что мне большего и не надо. И это после моего признания после того, как я хотел продолжать отношения.

А со стороны ведь реально кажется, будто я её бросил сразу после секса…

Пиздец.

Белый, конечно, не в курсе всей ситуации, но в одном он совершенно точно прав. Нам нужно с Ульяной поговорить начистоту. Разобраться в этой хрени. И плевать… Не хочу я её отпускать. Не хочу убиваться, как Тенин, быть таким же ослом.

— Да. Ты прав, — киваю я. — Пожалуй, я попробую.

Сегодня же доберусь до неё, и всю правду вывалю. А заодно разберусь, какого чёрта неделю назад она на меня так наезжала, что это была за истерика и что… что она чувствует ко мне на самом деле.