Глава 2

Уютно, влажно, тепло… По телу разливалась нега, и на душе было так хорошо, так сладко! Дурной сон, снившийся мне накануне, остался в прошлом. Как же замечательно было это осознавать…

Вот только дышать оказалось тяжеловато. Я забарахталась в тёплой, даже горячей воде, решив, что опять задремала в ванной. Была у меня такая вредная привычка, и избавиться от неё у меня никак не выходило.

Стоп!

Судя по размерам, ощущаемых на ощупь, это была не моя ванна. Скорее уж, бассейн с подогревом, большой и комфортный. О таком простому смертному можно было лишь мечтать! Вот только меня немного беспокоил вопрос: я-то какими судьбами здесь оказалась⁈

Но дышать хотелось сильнее, чем узнать сейчас это. Я осторожно подняла голову, выбираясь из воды, и сразу же уткнулась взглядом в широченную мужскую спину!

Вау!

То есть, мамочки…

Нет, спина была хорошей, просто великолепной! Я в своей жизни такие только в кино видела, у каких-нибудь Шварценеггеров или там Сталлоне. Барельеф равномерно прокаченных мышц был не просто красивым — идеальным! Бугорок к бугорку, холмик к холмику… Нда, если уж этот мужчина мог похвастаться подобной спиной, то каким был у него торс⁈

Захотелось проверить, хоть краешком глаза взглянуть, но и страшновато. При том, что на мой главный вопрос — что я здесь делаю — ответ так и не был получен из недр моей памяти.

Мужчина принялся напевать какую-то незнакомую мне мелодию, и стоило признать — голосом он обладал отменным, а вот слух его подкачал. Но да ладно, при таком внешнем виде можно и вовсе нести чепуху, и при этом оставаться красавчиком. И, хоть лица моего «соседа по ванне» я не могла разглядеть, но почему-то он представлялся мне весьма красивым, мужественным, в общем, безупречным.

Намокшие волосы, доходившие до середины его мощной шеи, вились тёмными кудряшками. Захотелось потрогать и их, поиграться симпатичными пружинками…

«Катя!» — одёрнула я себя. — «Не слишком ли откровенные мысли для той, кто никогда не собирался выходить замуж?».

Мужчина повёл по воде рукой, и я только сейчас заметила несколько маленьких резиновых уточек, мило плескавшихся рядом с ним!

Утки… уточки! Тот сон…

Или… Постойте! А, может, это и не сон был никакой вовсе⁈ Я вспомнила всё: и утро в пиццерии, омраченное конфликтом, и противный моросящий дождь, и уток, что готовы были съесть меня вместе с той булкой, которую я держала в руках. Да!

Телефон, что зазвонил так внезапно! И так же внезапно полетел в воду, а я… следом. И, кажется, даже должна была погибнуть. Однако гибель моя почему-то не наступала от слова совсем.

Или я чего-то не понимала?

«А! А может я в рай сразу угодила?» — обрадовался внутренний голос моего оптимистического «Я», но его собрат, но с противоположным полюсом, тут же разрушил эту мечту в пух и прах — «Ага, прямо к ангелу тебя в ванную запихнул. Наивная!»

И вот тут я совершенно растерлась. Мужчина продолжал петь, не поворачиваясь ко мне лицом, а я лихорадочно пыталась сообразить, почему он не обращает на меня внимания. Неужели не заметил? Но как? Я тут с пять минут точно нахожусь, за это время и слона можно обнаружить, не только хрупкую, растерянную девушку… Хотя сравнение получилось так себе. Хрупкая девушка гораздо менее заметна любого слона. Но и её за такой относительно долгий промежуток времени можно было бы уже обнаружить!

О! Страшная догадка коснулась моей головы в самый неподходящий момент. Может быть, я умерла и пребываю здесь в качестве призрака? Поэтому этот странный красавчик меня и не видит. Да не может быть!

Я взглянула на свои руки, мне они показались совершенно обычными и никакими не прозрачными. Значит, дело было не в этом. И, как мне показалось, пора было выдать своё присутствие, чего бы мне это не стоило.

— Мужчина! — позвала я, но тот не реагировал. — Эй! Можно Вас на секундочку⁈

Но тот продолжал петь свои песни и, взяв до кучи в руки губку и мыло, принялся натирать своё божественное тело созданной ими пеной.

— Эй!

Так было совсем уж нечестно. Я даже не знала почему, но мне стало обидно, что он не обращает на меня внимания. И тогда я решилась на отчаянный шаг.

Подобравшись к нему поближе, я легонько хлопнула ладошкой ему по спине, заодно исполнив свою мечту — потрогать её, а дальше…

Ох, лучше бы я этого просто не делала!

Мужчина, резко обернувшись, столь же порывисто вскочил, представ передо мной в облике человека, что дан ему при рождении — то есть, без ничего абсолютно, и гневно крича что-то нечленораздельное, на ходу вытаскивая затычки из ушей…

Тьфу ты! Вот тут в чём было дело. Беруши — должно быть, он использовал их, чтобы вода не попала в уши, а я-то думала…

— Кто ты такая⁈ — наконец, речь этого типа приобрела связанный оттенок. — И какого чёрта забралась в мою ванную⁈ Отвечай!

А он и впрямь оказался красавчиком — и торс, и симпатичный фейс, и всё остальное, надо сказать, было на высоте…

— Я… Я Катя! — не нашла, что ещё сказать, представилась я. — А как попала — самой интересно. Может быть, Вы мне расскажете⁈ И, вообще, может уже прикроетесь, а то как-то неудобно получилось…

Мужчина будто только что осознал, в каком виде он предстал передо мной. А потому резко схватив полотенце, он привычным жестом обвязал его вокруг пояса, спрятав самое интересное, но оставил торс, лицезрение которого тоже немало путало мои мысли.

— Тебя кто-то подослал⁈ — вновь повысил он голос, властно выгнув правую бровь дугой — он вообще, кажется, был властным типом, судя по голосу и манере держаться. — Кто-то из Академии⁈

— Если только уточки! — честно ответила я, навлекая на себя его ярость.

— Какие ещё уточки⁈ — он буквально буравил меня взглядом, что вот-вот должен был прожечь во мне дыру.

— Ну не эти же, — я кивнула в сторону резиновых потешек, что продолжали плавать в ванной этого мужика.

Он даже покраснел!

— Сейчас ты мне всё расскажешь! — заявил он, устав со мной церемониться.

— С какой кстати? — кажется, во мне просыпался известный бунтарь, и дело могло плохо закончится. Но что я могла поделать⁈

— Я ректор этого учебного заведения!

Пауза.

— И⁈