Глава 33

Хлопок был таким сильным, что я даже напугалась. Белоснежный кухонный кафель, гарнитур, да и всё прочее в мгновение ока покрылось ошмётками коллираббиса. Нда, незадача… Впрочем, что ректор, что я, выглядели нисколько не лучше, ощущая как по щекам и волосам сползает липкая, неприятная на ощупь пюреобразная масса — всё, что осталось от овоща, который я держала в руке.

Это произошло не сразу. Как только ректор Туур начал моё «индивидуальное обучение», сначала вообще ничего не происходило. «Направь энергию, почувствуй силу, что льётся через твои пальцы» — наставлял он меня. А я чувствовала лишь, что кончик моего носа чешется и глаз медленно, но, верно, начинает дёргаться от напряжения. И сколько я не старалась, все силы уходили впустую.

— Ну не маг я, понимаете⁈ Не маг! — пыталась я доказать этому настырному мужчине, но он упрямо игнорировал мои слова, заставляя концентрироваться всё сильнее и сильнее.

Эти попытки ни к чему не приводили, лишь к неконтролируемому приступу ярости, что окончательно созрел внутри меня и, в конце концов, вырвался наружу так, как я описала выше. Кафель, гарнитур, лица, волосы…

Испугано, взглянув на Флинна, я заметила, что вместо того, чтобы злиться на меня, он довольно улыбается, отирая лицо от склизкой массы. В принципе, в произошедшем он сам был виноват, а потому ругать меня было не за что. А вот хвалить…

— Молодец! — воскликнул ректор воодушевлённо, протягивая мне большую бумажную салфетку из мягчайшего материала. — Видишь? Магия в тебе есть. Но, чтобы вытащить её наружу, тебе нужно испытывать сильные эмоции, такие как гнев или страх, даже ужас…

— А по-другому никак нельзя? — почему-то расстроилась я. Сильные эмоции — это постоянный стресс для организма, будь они положительными или отрицательными. — Ну там, «сим-селябим»? Или «абра-кадабра»?

Флинн непонимающе взглянул на меня.

— Если ты имеешь ввиду какие-то заклинания, то прежде тебе предстоит научиться взывать именно к своей магии. Подружиться с ней не на уровне «так получилось», а осознанно управляя данной тебе силой.

— Разве это не одно и тоже? — удивилась я, продолжая удалять с себя остатки зловредного овоща. Мог бы хотя бы не до такой степени размочалиться! — Произносишь заклинание — магия срабатывает! Нет?

— Это будет позже, — обнадёжил меня ректор Туур. — Приведу пример белее простой — вязание. Ты хочешь научиться вязать сложный узор, не умея и не имея при этом ничего, кроме желания сделать это. То есть для начала тебе следует приобрести спицы и пряжу, научиться использовать их по назначению, и только потом приступать уже более к сложным вещам.

— Откуда Вы так много знаете про вязание? — ляпнула я, как всегда, не подумав.

— Не о том спрашиваешь, Катя! — прикрикнул на меня Флинн. — Я пытаюсь объяснить тебе некоторые закономерности простыми словами, а ты…

— Простите, — пришлось вжать голову в плечи. — Но что теперь?..

— Теперь бери нож и чисть коллираббис! Если хочешь помочь и поужинать поскорее…

Кажется, ректор и впрямь на меня разозлился, надувшись в очередной раз. Но я была мастаком портить всё в нужный момент и, как правило, себе в ущерб. Аж саму себя, дурочку, жалко стало…

Я всхлипнула и только было повернувшийся ко мне спиной Флинн, тут же обернулся обратно.

— Катя! Ты плачешь⁈

Я вновь всхлипнула и, не удержавшись, разревелась. Всё-таки слишком бурные события этого дня не прошли для меня даром.

— Прошу! Не надо! — едва ли не умолял меня дракон, бросив свою стряпню и опустившись передо мной на корточки. — Прости! Я не хотел тебя обидеть…

— Всё в порядке, — попыталась заверить его я, но при этом моя плаксивость только начала набирать обороты. Да что же это за мокрое дело такое⁈

И вот я уже ревела чуть ли не в полный голос, а Флинн, растерянно глядя на меня, просто не знал, что ему делать. Но позже сообразил, применив на мне то же способ, что и в прошлый раз, залепив мне рот поцелуем!

Мама дорогая!

Если в первый раз такое можно было списать на простую случайность, то второй… Но, как и в прошлый раз, это средство подействовало безотказно. Я моментально успокоилась. А ректор моментально сделал вид, что ничего не произошло. Однако неловкой паузы было не избежать, и чтобы как-то покончить с ней, я взяла с тарелки, стоящей передо мной, очередной коллираббис. Покрутила его в ладонях, а после, переложив его в левую руку, правой направила «поток энергии» на его сердцевину. Куда уж эмоции сильнее, чем поцелуй с ректором?

И… вуаля! Мякоть вылетела из этого продолговатого овоща с мягким чавкающим звуком, не повредив при этом стенки! Я и сама до конца не поняла, как это произошло.

— Катя! Ты сделала это! — воскликнул довольно ректор, принимая из моих рук готовый полуфабрикат. — Видишь?!! Всё у тебя получилось! Попробуй теперь с другими…

— Целоваться? — невинно спросила я, похлопав ресничками, смущая ректора до розовой краски на щеках.

— Я имел ввиду, овощи… Да, овощи…

Я, чтобы не смущать ни его, ни себя ещё больше, честно попыталась провернуть трюк с коллираббисом ещё раз. Но сейчас мне не повезло.

— А если это работает только с Вашими поцелуями? — решила уточнить я на всякий случай.

Ну вот кто меня опять за язык тянул? Лицо Флинна стало просто багровым.

— Можем, конечно, проверить… — как-то смущённо проговорил он. — Если ты не против…

Прислушавшись к себе на всякий случай, я поняла, что точно не против. Но когда ректор, робея, как мальчишка на первом свидании приблизился к моим губам в третий раз за сегодняшний вечер, мы услышали трепетание лёгких крылышек: на кухню явилась толпа заспанных фейри, что еле продирали глаза, глядя на нас несколько возмущённо, но при этом сразу же взялись за приготовление ужина.

Что же Арес их как на мало времени-то усыпил⁈

Воспоминание о нём слегка возвратило меня в едва не ставшую ванильной суровую реальность. И на этот раз я отстранилась первой.