Глава 9

Злата мерила шагами комнату, пыталась понять, как ей вернуться к мужу и дочери. Все произошедшее казалось ожившим кошмаром из ее снов, и как от него спастись девушка не знала. Непонятным образом она переместилась в другой мир, в котором проживали те, кого она считала выдуманными героями мифов. Но оказалось, что в старинных книгах каждое слово — истина. Огромные наги, жуткие существа, полулюди — полузмеи, действительно существуют и она… одна из них, а что невероятнее всего, принцесса правящей королевской династии — хаян.

Именно так к ней обращались разноцветные махины на подвижных хвостах, которые вызвали у нее жуткий страх и истерику. Злата крича от ужаса, захлебываясь слезами, еще в тот момент искренне верила — все происходящее всего лишь сон. Последнее, что она запомнила — это крепкие мужские объятия и легкий почти безболезненный укус в шею, а потом мир перед глазами расплылся, и она потеряла связь с действительностью.

Когда сегодня утром Злата проснулась, то первая мысль ее была о том, что кошмар преследующий ее долгое время немного изменился, стал еще более реальным, но открыв глаза и увидев чужую, незнакомую обстановку вокруг, девушка поняла, что все случившееся совсем не сон.

Ее разместили в роскошных больших покоях, состоящих из несколько комнат — гостиная, спальня, ванная с огромным глубоким бассейном. Бегло осмотрев свою «золотую» клетку, девушка поняла, что на окнах почти незаметная деревянная сетка, через которую не сбежать, а у дверей охрана — громадные наги, низко склонившие головы в поклоне, едва она высунула нос в коридор. Увидев нагов возле своей двери, Злата опять перепугалась до полусмерти и поспешила спрятаться в покоях, лихорадочно обдумывая, что теперь ей делать.

— Доброе утро, С-с-слата. Как прошла ночь?

От неожиданности девушка чуть не вскрикнула. Она так задумалась, что пропустила тот момент, когда к ней вошли. Обернувшись, Злата увидела пожилую темноволосую нагиню с глазами цвета оникса и черной, как ночь, блестящей чешуей на длинном довольно подвижном хвосте. Темные волосы ее были уложены в необычную высокую прическу, украшенную тонкой золотой тиарой.

Злата молчала. Змеелюди внушали ей чувство жуткого страха. На нее напало полное оцепенение, и она никак не могла с ним справиться. На фоне нагов девушка выглядела хрупкой маленькой букашкой, которую, казалось, они с легкостью могут раздавить своими хвостами, даже не заметив этого.

— Девочка, я вижу в твоих глазах с-с-страх. Не с-с-стоит меня боятьс-с-ся. Я никогда не обижу тебя, ведь ты моя единс-с-с-ственная внучка, — прошипела нагиня. Между ее губ мелькнула лента языка, раздвоенная на конце.

От неожиданности Злата села на невысокий диван, вернее, софу, заваленную небольшими разноцветными подушками, и уткнулась лицом в ладони, пытаясь закрыться от происходящей реальности.

— С-с-слата, — внезапно она почувствовала осторожное прикосновение к своему плечу, а потом поняла, что кто-то рядом с ней присел… Присел?

Вскинув голову, девушка увидела улыбающуюся обыкновенную пожилую женщину. На ней был невероятно красивый наряд, состоявший из несколько элементов. Грудь прикрывал топ из плотного черного материала, внизу была длинная узкая юбка с разрезами по бокам, и довершала облик полупрозрачная накидка халат из легкой воздушной ткани.

— Так лучше? — незнакомка вопросительно приподняла брови.

Злата осторожно кивнула и нахмурилась, не понимая, как нагиня превратилась в женщину, но расспрашивать не решилась.

— Тогда, может, поговорим? Думаю, нам ес-с-ть, что обсудить, да и вопросов у тебя, наверно, накопилось немало.

- Скажите, я не сошла с ума? Все происходящее не выдумка моего разума? — выпалила девушка с перепугу.

— Нет, — рассмеялась женщина и хлопнула в ладоши. В то же мгновение большие двустворчатые деревянные двери распахнулись и в комнату стали вползать нагини. Они были очень красивы — миндалевидные глаза, изящные прически, хвосты разных цветов — ярко-алые, лазурно-синие, зеленые и даже лиловые. Грудь у всех была скрыта под плотным черным топом, на руках звенели браслеты. Каждая держала поднос с тарелками. Злата напряглась как струна, с опаской разглядывая незваных гостей. Нагини, тем временем, трижды низко поклонившись, накрыли столик и подкатили его к софе, а затем молча, не поднимая глаз, удалились.

— Ты наверно проголодалась?

Злата отрицательно покачала головой, чувствуя, что сейчас кусок в горло не полезет.

— Девочка, тебе надо хорошо питаться. Ты очень худенькая, — укоризненно произнесла женщина, наполнив серебряные кубки непонятным густым напитком темно-красного цвета, а затем на тарелку перед Златой положила всего по чуть-чуть с общих блюд. — Попробуй, тебе понравится. Эликсир грана восстановит твои потраченные силы, да и местная кухня должна прийтись по вкусу. А потом мы поговорим.

Женщина положила себе на тарелку непонятное желе яркого зеленого цвета и, намазав им белый плоский кругляш, с явным удовольствием откусила кусочек.

Злата осторожно подцепила на своей тарелке немного желе. По вкусу это оказался своеобразный рыбный паштет, кругляш — рисовым хлебом, а жуткого ядовито оранжевого цвета шипастые шарики имели вкус курицы. Еда имела довольно пестрые оттенки, но, тем не менее все что попробовала Злата было вкусным. Густой напиток оказался чуть сладковатым на вкус с ярко выраженной кислинкой, и оставлял после себя приятное послевкусие.

— Понравилось? — поинтересовалась женщина, когда тарелка перед девушкой опустела.

— Необычно, — честно призналась Злата. — Но вкусно.

— Я рада, что ты оценила местную кухню. Наши повара очень старались угодить своей принцессе.

Девушка промолчала, отметив, что в человеческом виде в речи женщины почти пропал жуткий свистяще-шипящий звук «с».

— Давай познакомимся, меня зовут Эббе. И я твоя бабушка.

Злата подняла на нагиню взгляд, наполненный отчаяньем, и вымолвила:

— Ничего не понимаю.

— Сейчас я все тебе объясню. Эта история началась очень давно, много тысячелетий назад. Когда-то наги, человекообразные пауки — арахниды и люди жили в одном мире. Но существование столь разных рас рядом невольно вызывало взаимное непонимание. Между нагами и человекообразными пауками разразилась война. Многие тогда погибли, и хрупкий мир удалось восстановить с трудом, скрепив договор брачным союзом наследников двух рас.

— Я читала об этом, — задумчиво произнесла Злата, разглядывая свою собеседницу, — но думала, что рассказы о двух враждующих народах сказки.

— Нет, — покачала головой Эббе. — Время шло, разногласия росли… Вновь назревал открытый конфликт. Правящий арахнид решил уничтожить нагов с помощью древнего артефакта… Но он не рассчитал, что выпущенная магия окажется такой силы, что откроет огромную пространственную воронку, которая полностью поглотит все прибрежные земли. Так и мы, и арахниды очутились здесь. Этот мир оказался зеркальным отражением того, в котором мы родились. Огромные территории поделили на две части, а залогом мира вновь выступил брак наследников. И было решено, что раз в сотню лет такой союз должен обязательно заключаться, как подтверждение доброго расположения друг к другу. Долгое время так и продолжалось, а потом вновь начался конфликт… Арахниды объявили войну неожиданно. Они решили поработить нагов, сделать их своими слугами. Разразились кровопролитные столкновения. Опасаясь за твою жизнь, мой сын, Хассан, воспользовавшись даром открывать пространственные порталы, решил спрятать тебя в мире людей.

— Вы это серьезно? Мои родители никогда не говорили мне о том, что я им приемная дочь, — с сомнением, заметила Злата.

— Значит, мой сын не ошибся и выбрал для тебя чудесных родителей, — вздохнула Эббе.

Девушка удивленно приподняла брови, и женщина поспешила пояснить:

— Открыв пространственные «двери», Хассан услышал на берегу моря разговор супружеской пары. Они обсуждали отсутствие детей в их семье, и твой отец решил именно им доверить тебя.

— С ума можно сойти… — Злата покачала головой. — Допустим, все это правда. Тогда почему вы решили вернуть меня «домой» именно сейчас?

— Война… Она длилась много лет, но мы в ней победили. Арахниды в качестве наказания, были отправлены в другой мир, лишенные навсегда возможности вернуться обратно. Как только все успокоилось, Хассан начал твои поиски. Мы использовали зов крови, прекрасно понимая, что ты не услышишь нас, пока не проснутся твои гены. Но другого выбора не было. Мой сын точно не знал, как в мире людей течет время, ведь прошли тысячелетия, как наги покинули его, и поэтому когда никто не откликнулся, решили просто ежедневно призывать тебя, в надежде на то, что ты услышишь зов предков. А недавно мы почувствовали слабый отклик, и поняли — ты переступила порог совершеннолетия, и твоя сущность начала просыпаться, а значит пришло твое время вернуться домой.

— Совершеннолетия? — Злата подскочила. — Мне двадцать два! О чем вы говорите?!

— По нашим традициям совершеннолетие наступает в этом возрасте. Скажи, ты недавно, случайно, не травмировалась? Порез или что-то подобное?

— Да, — Злата кивнула. — На день рождения дочери разрезала руку ножом. Очень сильно. Но уже почти все зажило.

Эббе чуть прищурилась и уточнила:

— Дочери?

— Приемная дочка. Мой супруг вдовец.

— Это уже неважно, — отмахнулась женщина и задала очередной вопрос. — Вспомни, когда ты впервые начала слышать нас?

Злата задумалась, а потом осознала, что первый кошмар про нагов ей приснился после торжественного вечера. Она подняла изумленный взгляд на женщину:

— В тот день, когда я порезалась.

— После совершеннолетия юным нагиням специально делают разрез на ладони, чтобы пробудить кровь, а ты сама того не подозревая, прошла данный ритуал.

Злата, обхватив себя руками, плюхнулась на софу. Голова шла кругом от услышанного. Она никак не могла поверить, что всю жизнь ее любимые родители скрывали правду. Но сейчас это было уже неважно, девушку интересовал только один вопрос:

— Эббе, скажите, как я могу вернуться домой?

— Ты уже дома…Злата, твое место на троне, твой народ так долго ждал свою принцессу. Именно тебе предначертано править нашим миром.

— Это невозможно! Мне необходимо вернуться домой. Там у меня муж и дочка.

— Забудь о людях. Впереди тебя ждет долгая жизнь, счастливый брак с нагом из древней знатной богатой семьи и свои дети…

— Вы с ума сошли? Какой счастливый брак? У меня уже есть муж, — Злата невольно повысила голос. — И я его люблю.

— Не кричи, — нагиня подняла ладонь. — Дорога в мир людей для тебя теперь закрыта навсегда, пойми это. Успокойся, обдумай все случившееся, а потом познакомишься со своими подданными. Девушка посмотрела на свою собеседницу и спросила:

— Где мои родители?

— Они покинули нас, к большому сожалению — произнесла печально женщина. — Твоя мама, прекрасная Ясмин умерла при родах, а мой сын недавно трагически погиб… Несчастный случай на одном из горных склонов. Я исполняла роль наместника, в ожидании тебя, моя дорогая внучка, и вот этот день настал. Ты вернулась.

Злата уже не слушала Эббе, уткнувшись в ладони, она горько расплакалась, в отчаянье, понимая, что больше никогда не увидит ни Георга, ни маленькую Аврору.

***

Георг сидел в кресле перед камином, равнодушно разглядывая яркое пламя, которое с жадностью пожирало поленья, «лишая их жизни», превращая в серый безликий пепел.

Взяв со столика полупустую бутылку красного вина, мужчина наполнил свой бокал и буквально в два глотка осушил его. Он хотел напиться, хотел почувствовать хмельное головокружение, забыться тяжелым сном и хоть короткое время не думать о том, что произошло…

Злата, его любимая супруга, королева сердца, повелительница души исчезла, и никто не знал, где ее искать и что случилось. Прошло уже два месяца… Два месяца надежды, ожиданий и бесполезных поисков. Филипп и его люди монотонно обыскали каждый уголок королевства, были допрошены все слуги и придворные, жёстким допросам подверглись члены аристократических семей, за ценную информацию о пропавшей королеве объявили огромную награду, но, несмотря на все усилия, поиски так ни к чему и не привели.

В то утро Георг впервые проснулся один. Для него это было весьма необычно, ведь по утрам мужчина привык будить жену поцелуем и первым желать ей доброго утра. Не нашел он Златы ни у дочери в спальне, ни в столовой, ни в библиотеке. Слуги в поисках женщины сбились с ног и через несколько часов, после тщательного обыска замка и садового парка, а затем и всей резиденции, стала понятно, что королевы нигде нет…

Украшения, платья, личные вещи — все осталось на месте, и тогда Филипп предположил, что, возможно, Злату похитили. Тут же объявили о вознаграждении… Но все усилия были напрасны.

Чем больше времени проходило, тем больше Георг впадал в отчаянье. Во дворце вновь поползли слухи о проклятие королевской семьи, и мужчина невольно сам начал в него верить. В последние несколько дней на короля напала жуткая апатия. Все текущие дела он передал своим доверенным лицам, и усиленно топил свое горе в бутылке. Каждое утро, он по инерции целовал спящую дочь, а затем запирался в малой гостиной, погружаясь в воспоминания. Георг безумно любил Злату и, потеряв ее, лишился смысла жизни.

Внезапно уединение правителя было нарушено:

- Милорд!

Филипп смотрел на Георга, с ужасом понимая, что впервые видит своего короля в таком плачевном состоянии, и это его испугало. Георг, всегда был мужественным, и с честью принимал все выпавшие на его долю испытания, но горе может сломать даже сильного человека, превратив в безвольное существо.

Мужчина понимал, правителю необходимо помочь, а для этого нужно было напомнить, что ему есть ради кого жить. Он вошел в малую гостиную и плотно закрыл за собой дверь. То, что он хотел сказать своему королю, не было предназначено для чужих ушей.

— Что тебе, Филипп? — Георг недовольно рыкнул, даже не оборачиваясь, узнав главу охраны по голосу. — Появились какие-то новости?

— Нет, — осторожно произнес мужчина.

— Тогда пошел вон! — Георг потянулся за бутылкой, чтобы вновь наполнить бокал.

— Милорд… Послушайте!

— Я сказал, пошел вон, — король со злостью зашвырнул пустую посудину в стену. Она жалобно звякнула, разбившись на осколки. По комнате поплыл аромат дорогого вина.

— Правитель! — Филипп шагнул вперед к своему королю. — Так не может продолжаться дальше. Вы должны взять себя в руки.

— Должен? — горько усмехнулся Георг, поднимая на своего подданного замутнённый алкоголем взгляд. — Ошибаешься, мой друг. Никому я ничего не должен. Филипп, вот скажи, как тут не поверить в проклятие? Одна жена погибла, вторая, а теперь Злата…

— Милорд, королева жива! Мы найдем ее, обещаю.

— Не надо давать пустых обещаний. Два месяца прошло. Ни одной зацепки, ни одной версии, — Георг поднялся и чуть шатаясь, направился к шкафу с винами. Открыв очередную бутылку, он сделал из нее большой глоток и поморщился. — Я так ее любил, и снова потерял. Моя любовь — это проклятие.

— Милорд, я понимаю, как вам сейчас трудно…

— Ничего ты не понимаешь, — Георг покачал указательным пальцем и снова глотнул вина.

Филипп шагнул к окну и резко раздвинул шторы, пропуская в комнату солнечный свет.

— Закрой, — скривился король и сделал еще один глоток пьянящего напитка.

— Вы правы, возможно, я что-то и не понимаю, — негромко произнес Филипп, — но точно знаю одно, принцессе Авроре нужен отец. Вы думаете вам одному тяжело? Подумайте о малышке. Она не понимает, почему мама больше к ней не приходит. Скорее всего, винит в этом себя. А теперь и отец ее оставил. Подумайте о дочери, милорд. Принцессе сейчас намного хуже, чем вам. Она ребенок и не понимает, почему ее бросили.

Георг прищурившись, слушал своего подданного, и каждое его слово било точно в цель. Он в ужасе осознал, что, действительно погрязнув в своих переживаниях, совершенно забыл о чувствах маленькой девочки, и о том, что любимого человека потерял не только он. После исчезновения жены он приказал служанке сказать дочери, что мама временно уехала, а потом и сам невольно отстранился от нее…

— Ты прав, — кивнул король. — Мне надо поговорить с Авророй, попытаться все объяснить ей.

Мужчина сделал несколько шагов и чуть качнувшись, вцепился рукой в спинку кресла.

— Милорд, вам нужно отдохнуть, — Филипп подхватил его под локоть. — Давайте я вас провожу.

Георг согласно кивнул, и мужчина поспешил отвести правителя в спальню. Уложив короля в постель, Филипп вызвал управляющего дома и приказал, как только король проснется, приготовить ему ванну, свежую одежду и горячего бульона. Получив заверения, что все будет исполнено, мужчина направился в детскую.

Маленькая принцесса с задумчивым видом что-то писала под диктовку своего преподавателя. При его появлении девочка бросила на него мимолетный взгляд, и вновь вернулась к своему занятию. Но даже этого мгновения хватило мужчине, чтобы увидеть в глазах девочке огромную тоску.

— Выйдем, — шепнул Филипп Грете, личной служанке маленькой госпожи.

Как только они оказались в коридоре, мужчина поинтересовался:

— Как девочка?

— Плохо, лорд, — послышалось в ответ. — Принцесса скучает по маме, да и по отцу. Милорд совсем перестал проводить с ней время. Аврора постоянно плачет, по ночам малышке снятся кошмары, пропал аппетит, и накормить ее с каждым днем становится все сложнее. Она похудела, и я очень переживаю за ее здоровье. Стража не выпускает нас на прогулки, а девочке нужен свежий воздух. А еще маленькая леди постоянно задает вопросы, а что отвечать не знаю…

— Ситуация вскоре изменится, — тихо произнес Филипп. — Я говорил сегодня с королем. Скажи учителю, пусть закончит уроки пораньше. Сейчас дам необходимые указания и вас проводят в сад. Теперь прогулки станут ежедневными, но за вами будут присматривать мои люди. Пока мы не выяснили, что случилось с королевой Златой, мы не можем быть уверены в полной безопасности принцессы. Все поняла?

— Да, лорд.

— Тогда иди.

Служанка поклонилась и скрылась за дверью. Филипп направился к своим людям. Исчезновение молодой королевы поставило его в тупик, за свою многолетнюю работу на должности главы королевской охраны, он впервые столкнулся с таким. Человеку свойственно оставлять следы за собой — кто-то видел, кто-то слышал, всегда есть кто-то невидимые, кого мы не замечаем.

А тут… За несколько часов из тщательно охраняемой резиденции, сквозь опущенную решетку центральных ворот пропала королева и ни одного свидетеля, ни одной зацепки, и даже не одной правдоподобной версии, кроме похищения. Но и эта потеряло всякий смысл, потому что выкуп за прошедшее время, так никто и не потребовал.

Филипп не знал, откуда начинать поиски и этого его злило. Он просто интуитивно чувствовал — искать зацепку, ниточку, которая раскроет это преступление нужно во дворце. Скорее всего, она где-то на поверхности, просто ее никто не замечает, впрочем, как и он сам.

Одно мужчина знал точно — жизнь во дворце уже никогда не будет прежней.