Глава 4 · Неромантический вечер

Алина

Барная стойка плавно изгибалась от центра комнаты к окну. Из стоящего на ней ноутбука звучала едва слышная, ненавязчивая музыка. Что-то из зарубежной попсы. Я не была меломанкой, поэтому редко слушала даже радио. Сейчас случайно наткнулась на более или менее приглянувшуюся радиоволну и оставила ее включенной для создания романтичной обстановки и соответствующего настроения.

Я стояла перед зеркалом и слегка дрожащими руками закалывала волосы, убирая светлые локоны со спины и плеч на макушку. Несколько непослушных прядей все же скользнули на скулы, делая мое лицо худощавее и взрослее, я не стала их убирать, решив, что так будет даже лучше. Хотелось выглядеть красиво и притягательно, в ближайшее время собирался заглянуть Влад, и я старалась для него. Планировала произвести впечатление. Эта ночь должна была стать особенной.

Короткий темно-синий халатик с золотыми китайскими драконами, вышитыми на спине, доходил до середины бедра. Легкий шелк холодил кожу, тонкий поясок не мог полностью зафиксировать непослушную скользкую ткань, и полы постоянно разлетались, обнажая ноги выше, чем мне бы хотелось, и демонстрируя алую атласную подкладку халата. Я то и дело стыдливо прихватывала полы рукой, несмотря на то что была в комнате одна и могла не стесняться.

Влад сказал, что зайдет чуть позже для того, чтобы поговорить, но я внезапно поняла: сегодня не хочу выяснения отношений. Нас впереди ждет расставание, зачем тратить бесценное время на разговоры? К тому же они ни к чему не приведут, каждый из нас останется при своем мнении. Мне сейчас не нужно, чтобы меня долго и упорно убеждали в том, что безопаснее остаться здесь, под надзором Камы, а не тащиться в Аркаим, – я и так уяснила позицию Влада по этому вопросу и не хотела еще раз поднимать неприятную тему. Не ехать же вопреки здравому смыслу и желаниям других участников запланированного путешествия? Намного важнее навсегда стереть из памяти поцелуи и обжигающие ласки Яна. Я не хотела их помнить и краснеть при каждом появлении парня. Ведь он мне даже не нравился. Закрывая глаза, я должна видеть Влада и помнить вкус его губ.

Я отложила расческу и, развязывая тонкий кушак на халате, направилась к ванне, которая утопала в темно-серой глянцевой плитке прямо в центре комнаты. Мелкие, пахнущие жасмином и илан-илангом пузырьки пены переливались в тусклом свете висящего на ближайшей стене ночника и напоминали снежные сугробы. Я осторожно опустила ногу, чувствуя, как после шипящей нежности прохладной пены кожу обжигает горячая вода – как я люблю. Никогда не понимала тех, кто плещется в чуть теплой водичке, всегда казалось, что такой даже нормально не отмоешься. Да и удовольствия никакого.

Пена ласкала плечи и щекотала шею. Я в блаженстве закрыла глаза, отклонившись на специальный подголовник. Ненавязчивая музыка, ароматные пары и мягкий, приглушенный свет – все это заставило расслабиться и забыть обо всех проблемах. И о Яне, который слишком часто появлялся в снах, и о том, что меня не хотят брать в Аркаим. Я лежала, отогнав от себя все нежеланные мысли, и мечтала о Владе, представляя ироничный изгиб тонких губ, прямой нос и рассекающий бровь шрам. С улыбкой вспоминала, как первый раз, почти вечность назад, увидела его обнаженным по пояс. Он тогда устроил зажигательные пляски на столе в столовой лицея. После этого я несколько ночей не могла спокойно спать. Мне не давал покоя извивающийся по его обнаженному телу вытатуированный змей, а маленькое колечко-пирсинг в соске будоражило даже сейчас. Я мечтала поймать его губами и провести языком, чтобы ощутить контраст горячей кожи и прохладного металла.

До сих пор я не могла поверить, что такой эталонно-красивый парень любит меня. Никак не могла привыкнуть к тому, что теперь мы вместе. Слишком много всего пришлось пережить, слишком серьезные препятствия стояли на пути нашего счастья.

Неясный звук, раздавшийся со стороны окна, заставил вздрогнуть и лихорадочно потянуться к валяющемуся на кафеле полотенцу. Кто-то пытался открыть пластиковую створку снаружи. Сердце стучало бешено. Я испуганно покосилась по сторонам, силясь найти хоть какое-то оружие, но ничего подходящего не увидела.

Я уже открыла рот, чтобы заорать, но появившаяся на подоконнике мужская фигура показалась мне знакомой. Это был Ян. Его волосы трепал залетающий в распахнутое окно ветер. Кружащиеся снежинки ворвались в комнату и усыпали край ковра.

– Что ты здесь делаешь? – изумленно прошептала я и занырнула поглубже в густую пену. Даже предположить не могла, что заставило Яна прийти ко мне в гости через окно, а не воспользоваться дверью, как все нормальные люди. – Я жду Влада! Он может явиться с минуты на минуту! Так что убирайся отсюда быстро и желательно тем же путем, которым пришел.

– Прости, но Влад сегодня не придет, – совершенно не смущаясь и не чувствуя себя виноватым, отозвался Ян. Как ни в чем не бывало он спрыгнул с подоконника и, прикрыв за собой окно, поправил шторы. – Я дико извиняюсь, но он спит…

– Как? – изумилась я, от неожиданности едва не вынырнув из пены.

– Ну… признаться честно, не без моей помощи. Нам нужно поговорить, а он бы мешался. Вообще внушение – это скорее его конек, нежели мой, но у меня есть одно тайное преимущество…

– Что ты с ним сделал? – Я не на шутку испугалась. Было у Яна одно напрягающее меня качество. Я никогда не знала, чего от него ждать.

– Ничего. Просто предложил поспать. Вот и все. Не переживай, зато он нормально выспится перед дальней дорогой. С тобой ему это не удалось бы.

– У тебя так все просто! – возмутилась я, чувствуя, как начинают гореть щеки от двусмысленности ситуации, близости Яна и горячей воды. Я рассчитывала провести романтический вечер с Владом, избавиться от предательских желаний, а вместо этого сижу, лишь прикрытая пеной, и мило болтаю с Яном. Это не могло не злить!

– У меня действительно все просто, змейка! – улыбнулся он и подошел ближе. Я уловила знакомый, едва различимый запах парфюма и мысленно застонала, отгоняя непрошеные воспоминания. – Значительно проще, чем у тебя.

– Ты же знаешь, что мерзавец! – в сердцах выдохнула я, не представляя, что делать. Влад спит, вечер испорчен, а у меня в комнате Ян, выгнать которого я не могу. Он не уйдет.

Ян присел на кафельную ступеньку, которая располагалась вровень с бортиком ванны, зачерпнул пригоршню пены, заставив меня забиться подальше в противоположный угол, и как ни в чем не бывало начал:

– Пришел поговорить с тобой.

– А почему таким странным путем и без предупреждения?

– Ну… – Он неопределенно пожал плечами. – Мое окно прямо над твоим, не хотелось спускаться по лестнице. Что касается предупреждения… – Он многозначительно посмотрел на меня, заставив сжаться сильнее и обхватить руками колени под ненадежной защитой пены. Я чувствовала себя ужасно неловко, кажется, никогда не получится избавиться от этого ощущения рядом с Яном. – Влад собирался к тебе, я подкорректировал ваши планы и знал, что нам никто не помешает.

– А ты не пробовал не быть эгоистом? – возмутилась я и даже не удивилась, услышав вполне закономерный ответ:

– Зачем? Так же удобнее.

Пена в ванне была густая и надежно прикрывала меня от пронзительного взгляда парня, но под невесомыми пузырьками на мне не было одежды, и эта мысль не давала покоя. Еще больше смущал тот факт, что Ян прекрасно об этом знает. Сначала я хотела попросить парня выйти и нормально одеться, но потом подумала, что он только поднимет меня на смех и не двинется с места. Все это ужасно расстраивало и смущало. Все мои отношения с Яном можно было охарактеризовать одним-единственным словом: неловкость.

– Алин, ты вообще меня слушаешь? – обратил на себя внимание парень.

– А? – Я широко раскрыла глаза, понимая, что пропустила достаточно длинный монолог, и возмутилась: – Видишь ли, ты выбрал странное время для разговора. Понимаю, что для тебя все это несущественные мелочи, но у меня, между прочим, были совершенно другие планы на вечер, и вообще я дико стесняюсь. Не понимаю, как можно в этой ситуации поддерживать разговор!

– Извини. – Ян поморщился, показывая, что пытается вникнуть в мои терзания. – Но, к сожалению, другого времени для разговора не будет.

– Да… – Я грустно вздохнула. – Вы же завтра уезжаете. И я планировала провести эту ночь со своим парнем, а не за разговорами с тобой!

– О нашем отъезде я и планировал поговорить. – Ян обладал удивительным качеством пропускать мимо ушей всю неугодную информацию. – Я хочу, чтобы ты поехала с нами.

– Ты хочешь? – Я не верила своим ушам. В комнате, во время разговора с Еленой Владленовной, он не сказал Владу ни слова против. – С чего бы это?

– Причин несколько, но их можно объединить в один аргумент. – Парень никак не отреагировал на мой скептический тон. – Я считаю, что тебе с нами будет безопаснее, чем здесь. Вот и все. На мой взгляд, причина весомая.

– И какие же опасности меня поджидают, если я останусь? – Разговор становился интереснее. Я даже почти забыла о том, что сижу перед Яном обнаженная, прикрытая лишь островками стремительно тающей пены.

– Озвучу одну, самую весомую. Индра. Я не знаю, почему Влад так наивен и самонадеян. Как ты думаешь, сколько времени Индре понадобится на то, чтобы выяснить, какое место ты занимаешь в жизни Влада, и потом найти тебя?

– Не думаю, что много… – Я помрачнела. – Но Влад сказал, что договорится с Камой и оставит меня здесь.

– Алина, Влад иногда бывает недальновиден. – Ян отвернулся и машинально опустил руку в воду, медленно проведя длинными смуглыми пальцами по ароматной пене. Погруженный в свои мысли, казалось, он не замечает, что делает, в отличие от меня. – Кама не задумываясь отдаст тебя Индре. Хорошее расположение бога страсти закончится в тот момент, когда лично ему будет угрожать опасность. Индра силен и умеет быть убедительным, ссориться с ним не выгодно никому. Кама вообще предпочитает сохранять нейтралитет, а для этого время от времени приходится кем-то или чем-то жертвовать. Алин, – Ян повернулся ко мне, и я заметила расплавленное серебро, мелькнувшее в угольно-черных глазах, – я могу понять, почему ты веришь Владу, могу понять, почему ты еще не потеряла веру в людей и добро, тебе нет и восемнадцати – это простительно, но Влад… – Ян покачал головой. – Его действия и поведение кажутся мне беспечными. Кама не тот, кому стоит безоговорочно доверять. Вот и все.

– Зачем ты говоришь мне это?

– Я прекрасно знаю, что будет дальше, если ты останешься. Индра очень быстро найдет тебя и выманит Влада. Влад не даст тебе умереть вместо себя. Он вступит в неравную схватку и погибнет.

– А если нет? – с надеждой спросила я, изо всех сил пытаясь не расплакаться.

– Я не врал, когда говорил, что Влад слаб. Слаб не вообще, а по сравнению с собой прежним. Тем, кто некогда мог одержать над Индрой верх. Но даже в былые времена победа оказалась на стороне Индры. Он не смог одержать верх силой и поэтому пустил в ход коварство. Так будет и сейчас.

Ян говорил гладко и правильно, но было в его словах что-то такое, что не давало мне покоя.

– Не понимаю, кого ты защищаешь? – Я покачала головой. – Меня? Но… Ян, прости, не верю, что значу для тебя хоть что-то. Я, конечно, глупа и наивна в твоем представлении, но не настолько.

– Я защищаю Влада. Я очень сильно привязался к нему с того времени, когда он был еще маленьким ребенком.

– Почему? – Я сжала зубы, чтобы ни словом, ни жестом не показать, что расстроена. Ян не стал со мной спорить, а значит, я и правда для него ничего не значу. Впрочем, какая разница? Разве меня это должно волновать?

– Что тебя привлекло в обычном человеческом детеныше? – продолжила выпытывать я. – Его сущность или оболочка?

– Разве это важно? – Ян горько усмехнулся. – Важно то, что я не хочу, чтобы он исчез еще на тысячу лет из-за своей глупости. Так ты идешь с нами?

– Даже не знаю. – Я находилась на распутье. С одной стороны, предложение Яна было заманчивым. Мне не придется расставаться с Владом. С другой – одолевали сомнения, которые я поспешила озвучить: – У меня нет одежды, да и билеты, пропуски, разрешения…

– Я заказал их на тебя. С одеждой тоже разберемся. Не переживай, к утру у тебя будет все необходимое.

– А Влад? Он будет возражать.

Меня совсем не удивило, что Ян предугадал мое согласие. Он умел быть очень убедительным.

– Да, – кивнул Ян, – но запретить не посмеет. – Значит, мы с тобой договорились? – уточнил он и поднялся со ступеньки. Я не понимала: как он может быть настолько спокоен? Я в его присутствии краснела, бледнела, смущалась и каждый раз вспоминала его поцелуи и руки, скользящие по телу, а ему хоть бы что. Словно я сижу перед ним не обнаженная в мыльной пене, а в ватнике. Он продолжает общаться со мной так, словно ничего не произошло, будто бы мне все приснилось.

– Тебе помочь?

Ян возвышался надо мной, я видела его массивные ботинки, узкие черные джинсы и пряжку дорогого кожаного ремня. Взглянув вверх, я заметила, что в его глазах расплавленным серебром плескалось холодное пламя. Я не понимала, куда он клонит, пока не проследила за взглядом, направленным на розовую губку, лежащую рядом с гелем для душа.

– Э-э-э… нет, – промямлила я. Сложно сказать, насколько Ян был серьезен, он усмехнулся, услышав мой отказ, и, отвернувшись, направился к окну. Я вздохнула глубже и задумчиво посмотрела на Яна, который практически скрылся за стеклами.

– Окно за мной закроешь, а то холодно! – не подозревая о моих мыслях, крикнул он. – С улицы запирать неудобно. Только не забудь! Не продуло бы!

– Как же у тебя все просто, – буркнула я себе под нос, прекрасно зная, что Ян меня не услышит, прихватила с пола большое полотенце и поднялась из остывшей воды. Вечер сегодня получился на редкость неромантический.

Я завернулась в мягкий материал и прошлепала по холодному полу к окну, оставляя за собой мокрые следы.