глава 26

Ее словно холодной липкой сетью накрыло. Лера даже запнулась на секунду, чуть не сбившись с шага. Но выровнялась.

— Я смотрю, братья жениха не отходят от тебя? — протянул Нигмат, склонив голову набок. — Похвальное единение.

Сказал, и затих, ожидая реакцию. И все мужчины в этом зале странно затихли, нацелившись на нее взглядами. Золотой красавец Азатхан подошел к папаше, встав рядом. Он единственный из всех мужчин в зале был в белом костюме. Дешевый эффект, но выделялся, его трудно было не заметить.

ДалгетХан словно окаменел. Ни одной эмоции на лице, отрешенный взгляд замер в пространстве. Зато отреагировали Захри и Саха. От Захри пошла ощутимая магии, как будто воздух задрожал. А Саха, развязно хмыкнув, двинулся вперед, частично перекрыв Леру корпусом.

По губах Нигмата расплылась предвкушающая улыбка.

Чего добивался старый Змей, провоцируя братьев Умрановых, Лера так и не поняла. Возможно, у них это принято, кто этих Змеев знает. Но если он решил использовать ее, считая дурой, падкой на дешевую лесть, то это он зря.

Лера была откровенно зла и раздражена до предела.

А поскольку рамок ей не ставили…

— Рада видеть всех, — проговорила сухо.

Отодвинула Саху и, не глядя по сторонам, подошла и заняла место рядом с Далгетом. Мужчина не шевельнулся, но Лера осязаемо почувствовала, что сковывавшее его каменное напряжение немного отпустило.

— Прошу всех за стол, — проговорил он таким тоном, как будто происходящее его совершенно не касалось.

Похоже, опять ждали только ее?

Это уже казалось странным.

***

Стол был накрыт в смежном зале. Глядя на фрески, на которых были изображены картины вроде тех, что были в старинных свитках, Лере хотелось втянуть голову в плечи. Очень красиво, изумительно по стилю. Но все такое необычное и не человеческое…

Хотя, чему удивляться, они же Наги.

Ее место было по левую руку от Далгета, «со стороны сердца», Захри как обычно, по правую руку, а рядом с ней Саха. Остальные представители их клана сидели дальше по старшинству. Но все по одну сторону.

«Почетных» гостей посадили напротив.

Получалось символично — клан против клана.

Идя на этот ужин, Лера опасалась, что еда будет чересчур уж специфичной, оказалось, зря. Обычная еда, сервировано по-европейски. Но, разумеется, мясо ванша с пикотой присутствовало везде, очевидно, Наги действительно считали его деликатесом.

Как только они расселись Далгет стал накладывать мясо ей, и только потом положил себе. Честно говоря, Лера немного растерялась, не ожидала. Но когда Саха потянулся вилкой и попробовал мясо из ее тарелки, решила ни во что не вмешиваться и закрыла лицо рукой.

Нигмат, сидевший напротив, сначала смотрел на это, скривив рот улыбочкой, а потом стал вещать, о том, каким прекрасным и мудрым хозяином был прежний глава рода Черных Нагов.

— У всех по одному сыну, а у Мехидара было трое. И он сумел достойно так воспитать их, что братья поддерживают главу рода. Ведь наследником может быть только один. Не правда ли, Захри? Но ты, ДалгетХан, разумеется, ни в чем не уступишь отцу.

Столько яда! Он успел одним махом проехаться по всем.

— Благодарю, — сдержанно проговорил Умранов старший.

Захри вообще промолчал. Только Саха, которому вообще, как ей показалось, прощались любые выходки, хохотнул и вызывающе уставился за золотого красавца АзатХана. Лера вдруг отчетливо поняла, что тут сейчас происходит странная подковерная война.

И старый Змей, похоже, получал искреннее удовольствие, провоцируя братьев. И десяти минут не прошло за столом, а Нигмат уже безумно раздражал ее, как и золотой красавец АзатХан, который не стесняясь ее разглядывал.

— Мехидар так заботился о своей ИматАани, — притворно вздохнул Нигмат, продолжая с удовольствием подметать мясо. — Так берег ее… Ах… И все равно потерял.

На этот раз он, кажется, попал. Потому что Далгет напрягся, сжав в руке вилку.

А Лере просто надоело это слушать. Она оперлась локтем о стол и проговорила, глядя старому Змею в глаза:

— Приятного аппетита.

Думала, поймет и замолчит. Если бы!

— Спасибо, дорогая, — растекся Нигмат и тут же повернулся к Далгету. — Какая у тебя вежливая и заботливая невеста, ДалгетХан.

Опять какой-то гнусный подтекст слышался ей в его словах. Потому что напряжение за столом стало таким осязаемым, хоть ножом режь. У нее аппетит пропал начисто. Уже и острое мясо со специями казалось не таким острым, как ее желание послать старого Змея лесом.

Еле сдержалась, чтобы не отбросить вилку. Кошмар какой-то! И это пока только первые гости, а что будет, если сюда сползутся все Змеи?!

А Нигмат, похоже, решил зайти дальше.

— Я конечно, уже стар и давно женат, кхе-кхе, — противно хохотнул он. — Но мой сын не женат. И он был рад получить такую невесту…

Вот это был предел.

Змеи нарвались.

— Надеюсь, вашему сыну еще повезет, — проговорила она, отодвигая тарелку. — Благодарю, я сыта.

И встала из-за стола.

Звенящая тишина повисла, все мгновенно на нее уставились.

***

Секунда, вторая.

Потом Далгет невозмутимо кивнул ей и посмотрел через плечо на брата. Саха немедленно поднялся из-за стола и проговорил:

— Я провожу тебя, Валерия.

В полнейшей тишине они пошли к выходу из зала. Лера не могла поверить. Что, ни одного нарекания? Ей не укажут на то, что она зарвалась?

Уже у самого арочного проема обернулась. Далгет смотрел ей в след, но тут же перевел его на Нигмата. Она могла поклясться, что в его глазах мелькнуло… одобрение?

Дорога до ее покоев прошла опять как в вакууме и в полном молчании. Леру душило раздражение и непонятная досада. И предчувствие, что этот ужин может оказаться еще не самым неприятным. Саха просто молчал.

Довел ее до дверей и вдруг выдал, сверкнув глазами:

— Азат сегодня чуть свой хвост не сожрал! — потом добавил, поиграв бровями: — Кажется, я начинаю в тебя влюбляться.

И тут же ушел обратно, пока она соображала.

Лера тряхнула головой, шутка, конечно. И закатила глаза. Но ни раздражение, ни досада никуда не делись. Бессовестно со стороны братцев каждый раз вот так бросать ее на вражеские танки, и смотреть потом, как она будет выгребаться! Нервы все вымотали.

Она действительно устала.

Таньма начала что-то виновато лопотать, видимо, хотела оправдаться, почему не пошла с ней, но Лера только махнула рукой. И попросила:

— Набери мне ванну и принеси поесть, пожалуйста.

Та сразу закивала с готовностью, заулыбалась:

— Я набрать, я принести!

— Иди, ага, — пробормотала Лера и прямо как была, в платье, прилегла на кровать, только туфли скинула. Мысль какая-то мелькнула на грани сознания, но она уже погрузилась в сон.

***

За всю свою жизнь ДалгетХан Умранов не испытывал ничего подобного по отношению к женщине. Восхищение и гордость, как если бы она была воином или главой рода. Равной.

Он еще смотрел ей вслед, чувствуя, как между ним и ею натягивается невидимая нить, когда старый Змей Нигмат начал:

— По-по-по… Горяча у тебя невеста. Невоспитанная, дерзкая! — демонстративно оттянул узел галстука и с ядовитой улыбкй провел языком по губам. — Теперь я понимаю, почему ты до сих пор не сделал ее своей.

И откинулся на стуле, складывая перед собой руки, ожидал реакцию. Он весь вечер провоцировал его, пользуясь неприкосновенностью гостя. Давил на болевые точки, желая увидеть, как он сорвется. А Далгет ему такого удовольствия не дал. Зато старый Змей сполна выхватил от Валерии. Не говоря уже о его сынке. Азат сидел в своем белом костюме бледный от досады. Сейчас на все слова старого Змея Далгет только едва заметно шевельнул углом рта.

— Даже не знаю, сколько придется учить ее, чтобы научить уважению и покорности. — Протянул Нигмат, прищурив один глаз: — Но ведь это гораздо приятнее, не так ли?

Далгета чуть не вывернуло.

— Я сам решу, что мне делать со своей ИматАани, — процедил он, еле сдерживая ярость.

А старый Змей, похоже, понял, что исчерпал лимит терпения хозяина.

— Да, да, конечно, — вскинул руки и сказал: — Было приятно, ДалгетХан. Ты воистину достойный преемник своего великого отца. Спасибо за угощение, увидимся завтра.

***

Далгет понимал, что ни отец, ни сын не успокоятся, и будут гадить ему, потому что Нигмат был врагом еще его отца. Но Мехидар был им не по зубам, так они сейчас, пользуясь тем, что у него появилось уязвимое место, решили, что сожрут Далгета Умранова?

Пусть попробуют, и они поплатятся.

Но прежде ему нужно позаботиться об ИматАани.

Никогда еще Далгет Умранов не чувствовал себя так странно. Его со всех сторон обложили враги, и они еще будут множиться. Но он готов был сдерживать любую силу, лишь бы никто не вторгся в тот зарождающийся мир на двоих.

Потом уже, когда они с Захри сидели в кабинете, Далгет сказал:

— Надо как-то выкроить время и возобновить занятия с Валерией. Нужно дать ей все навыки, чтобы она могла в любой ситуации себя защитить.

Захри с самого начала вечера был мрачен, слова за ужином не проронил. Сейчас он вскинул голову, словно очнулся, и хмуро уставился на брата.

А Далгет ходил из угла в угол, понимая, что не сможет урвать время. Нигмат прилипнет к нему как клещ. К тому же, с завтрашнего дня начнут прибывать и другие гости. Всем любопытно посмотреть на его позор! Чтоб у них хвосты отсохли.

— Я могу продолжить заниматься с ней, — глухо проговорил Захри, поднимая голову.

— В утреннее время, — кивнул Далгет. — Ту часть дворца придется закрыть. Мечи и магию рода. Остальное я сам.

— Хорошшшо.

Захри резко поднялся и ушел. Брат показался ему странным, но непонятное ощущение прошло. Потому что Далгета уже уже захлестывало совершенно другое чувство. Оставшись один, он сел за отцовский стол и снова уставился на фреску, на которой сошлись в смертельном бою Наг и человеко-птица.

Смотрел на древнее изображение, а думал совсем о другом. Он буквально испытывал внутренний зуд. Хотелось вознаградить, одарить, как-то выразить свое восхищение. И ему просто хотелось ее видеть.

Он решил отнести подарок сам.