глава 55

Девчонка замерла, изумленно на него глядя, но Захри сейчас было на нее плевать. Раз такой экстренный вызов, значит, случилось что-то из ряда вон выходящее. И он не ошибся.

— Нашли Нигмата.

— Нашшшли? — спросил Захри, оглядываясь на девушку. — Где?

— В реке, его прибило к террасе.

— В реке? Как он туда попал? Нашли того, кто вытащил труп?

— Никто его не вытаскивал, — голос Далгета звучал устало. — Золотой выбрался сам.

— Что? — переспросил он.

— Он выбрался сам и регенерировал полностью.

На какое-то время воцарилось молчание. Наконец Захри спросил:

— Как он выбрался? Так он жив?

— Нет, он мертв. На нем следы неизвестной магии. И подходи скорее, тебе надо это видеть.

Связь прервалась. Девушка так и стояла рядом, широко раскрыв глаза. Стоило ему перевести на нее взгляд, немедленно отвернулась.

Часть разговора она точно слышала. Неприятно. А раз так.

— Твой отец мертв, — проговорил Захри. — Но к сожалению, умер он не от моей руки.

И не оборачиваясь вышел из спальни.

***

На террасе собралась большая толпа. Воины клана, прислужники, рабочие. Мертвое тело Золотого Нага лежало на плоских плитах золотистого мрамора, и было что-то жуткое в том, как он выглядел.

ДалгетХан находился рядом с телом, по левую руку от него Саха. Как только Захри показался на террасе, Далгет подозвал его.

— Что скажешь?

Захри поморщился, глядя на мертвого Золотого Нага.

— Он так должен был выглядеть? — спросил Далгет.

— Не знаю, — тихо прошипел Захри и отвернулся.

Конечно не должен был!

Об этом каждый знает. Если Наг регенерирует полностью после такого ранения, с него уж точно не должна лохмотьями сползать шкура, словно его сварили изнутри. К тому же следы неизвестной магии на нем.

— Если он смог регенерировать, он не должен быть дохлым, нет? — переспросил Саха, высматривавший что-то на реке.

— Заткнисссь, — зашипел на него Захри.

Саха наморщился, проводя рукой по светлым волосам.

— Ладно, брат, не злись, я же извинился.

— Довольно, — вмешался Далгет. — Нигмата убили, и это очевидно.

Больше ни слова не прозвучало, но в воздухе повис вопрос: кто мог сделать это тихо и незаметно прямо у них под носом? И ответа на этот вопрос не было.

— Но если его течением принесло… — начал Саха.

— Значит, осмотрим все тоннели выше по течению, — проговорил Далгет.

И отдал короткий приказ. Воины клана немедленно ушли с террасы вниз и, рассредоточившись в зарослях, стали прочесывать реку.

— Не знаю, — выдал Саха, пожимая плечами. — Мне кажется, тот, кто убил нашего врага, не враг нам? Может быть, я ошибаюсь, конечно.

Захри промолчал. Далгет тоже ни в чем не был уверен, его не оставляло странное ощущение, что он опять что-то упускает. Не видит очевидного.

А время приближалось к обеду, стоять тут дальше было бессмысленно. Но Далгет хотел переговорить с глазу на глаз с Захри.

— Саха, иди сейчас к Валерии, — велел он, оборачиваясь. — Предупреди, что я задержусь.

И сразу обернулся к Захри.

— Отойдем.

Брат пожал плечами и молча двинулся к ограждению. Когда они остались одни, Далгет спросил:

— Что будешь делать?

А тот хмыкнул, глядя на лотосы в розоватых водах:

— Это ты сейчас о чем?

— О девушке, — проговорил Далгет. — О дочери Нигмата, Рази.

Тишина.

— Послушай, — начал Далгет, прокашлявшись в кулак. — Раз уж так получилось, мы еще можем расторгнуть этот альянс. Обряд не был начат, фактически, кроме слова ты ничем не связан. Вернем девушку назад и выплатим Золотым щедрые отступные…

— Нет, — резко обернулся к нему Захри.

И Далгет невольно поразился его реакции. С минуту висело тягостное молчание, наконец он проговорил:

— Хорошо, как скажешь, брат. Но что ты намерен предпринять?

— Не бойся, — с горечью усмехнулся Захри. — Твоя ИматАани будет в безопасности.

— Я не поэтому спросил! — не выдержал Далгет. — Я никогда в тебе не сомневался, и ты это знаешь. Что с девушкой делать будешь?

Захри замер, держась пальцами за переносицу. Потом проговорил:

— Увезу ее отсюда. Буду следить. Не знаю.

Он пожал плечами.

Какое-то время братья молчали, наконец Далгет сказал:

— Резиденцию в Васане перепишем на тебя. Не спорь. Пора тебе уже иметь свой дом, брат.

— Ты что… — вскинулся Захри.

— Приведешь туда невесту, а дальше видно будет.

***

Захри забрал девушку и уехал в тот же день.

***

Это было так неожиданно.

Лера узнала от Сахи, потому что Далгет так и не пришел на обед. Он отправился в Васан, проводить обряд передачи власти, чтобы вся магия Васанского дворца замыкалась теперь на Захри.

Честно? Она была рада за обоих. Просто… почему-то грустно было и немного тревожно. Впрочем, это все быстро рассеялось.

Идей у Леры было полно. Она еле дождалась, когда вернется Далгет.

Вернулся он поздней ночью.

Пропыленный какой-то особенной каменной пылью и обветренный. Обнял ее с порога и долго не выпускал из объятий.

— Думал, ты спишь, — шепнул на ухо.

Ну разве ей было до сна, когда его нет дома.

— Когда-нибудь потом, лет через пятьдесят, я буду спокойно укладываться спать, — проговорила она, теребя пальцами его далеко уже не белую рубашку. — А пока — нет.

Мужчина вдохнул ее запах и тихонько засмеялся.

— Вымоешь?

Мог бы и не говорить, она уже потянулась снимать с него пиджак и рубашку и повела в ванную. И там, когда они вдвоем забрались в большую ванну, он вдруг заметил.

— Лера, что это?

Перехватил и поднес к лицу одну ее ногу, другую. А там симпатичненькие жирненькие черненькие змейки уже вовсю «карабкались» по голеням вверх.

— Что это? — замер тревожно, большие смуглые руки подрагивают.

— Хотела у тебя спросить, — прижалась к нему Лера.

Несколько секунд он молчал, потом проговорил:

— Я никогда не видел такого, чтобы Матри двигались по телу. Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо, даже лучше, чем обычно.

— Жаль, Захри этого не видел, — озабоченно сказал Далгет. — Может быть, он бы нашел какое-то объяснение…

И вдруг вскинул на нее взгляд и замер.

— Лера… — прошептал сипло, а большая ладонь накрыла ее живот.

— Что? — нахмурилась она от внезапной догадки. — Нет!

Хотела возмутиться, но такая радость светилась в его глазах, что она просто махнула рукой и закрыла рот ладонью. И сразу оказалась буквально распластана у него на груди.

— Пойдем туда, хочешь?

Его голос низко дрожал, а ее уже заливало жаром томления. И все случилось так быстро, как будто он только вынул ее из ванны, и вот они уже там. В том древнем зале, где теплое священное озеро, а цветущий ашхи вьется по стенам.

Они снова были вместе, маленькая изящная женщина и огромный Черный Наг.

***

Наутро Лера, проснувшись одна, уже не удивилась тому, что у нее в постели драгоценности. Некоторые вещи исправить невозможно.

Зато сегодня Далгет разрешил ей прогулку.

Во дворце после всех катаклизмов наступило затишье. Тело Нигмата отправили Золотым еще накануне, все выдраили и вычистили. Но выходить за пределы дворца по-прежнему было опасно.

— А в старую часть дворца? — спросила Лера. — Мне там очень нравится. Эти старинные фрески, резной мрамор. Можно восстановить его? Хотя бы часть.

Далгет посмотрел на нее удивленно, но кивнул.

И вот после завтрака мрачно кривившийся Саха сопровождал Леру на прогулку. Таньма, естественно пошла вместе с ней. Сначала, пока они направлялись в гостевое крыло, чтобы забрать ее подругу Наилю, Саха всю дорогу отпускал недовольные реплики:

— Не уверен, что это хорошая идея.

— Ну отчего же? — не выдержала наконец Лера.

И тут красавчик даже остановился и склонил к ней голову.

— Я просто не понимаю, что может быть хорошего в этом общении?

— Как это? — открыла она рот от удивления.

— А вот так. Чему хорошему эта подозрительная девица может тебя научить?

— Как это чему?!

Лере тут же пришли на память хоть и редкие, но весьма ценные советы Наили. Однако она не стала ему ничего объяснять. Понятно, что красавчик по какой-то причине взъелся на ее подругу. Ничего, привыкнет.

— Ты не понимаешь, что нам, женщинам, — изрекла она, оглядываясь на активно кивавшую Таньму. — Иногда нужно поговорить. О своем, о девичьем.

— Псссс? — презрительно фыркнул и скосился на них красавчик.

Но настроение это им не испортило.

Наилю забрали с собой. Первое время она очень стеснялась грозного Саху, изображавшего каменное изваяние. Но потом, когда они ступили в старую часть дворца, впечатления вытеснили все. Лера хотела, чтобы ход открывала Таньма, все-таки не обвыклась еще. А та покачала головой.

— Ты открывать. Кала Матри — тебе.

Она опять ничего не поняла. Но приложила к стене ладонь там, где нагиня ей показала. Маленькая призрачная змейка скользнула из ее ладони в стену и вернулась обратно, открывая ход. Увидев это, Наиля ахнула.

— Лерка… обалдеть!

Призрачная змейка, словно услышала, потянулась к ней, «обнюхала» и снова спряталась Лере в правую ладонь.

— Тебе — доверять, — изрекла Таньма.

А дальше был старый дворец.

Они попали в ту его часть, где раньше Лера не бывала. И по обстановке можно было понять, что это женская половина. Тут было светло и ажурно, цветочные орнаменты по стенам. Сохранились даже остатки мебели. Саха держался незаметно, потом и вовсе отошел куда-то в сторону, а они ходили, ахали и удивлялись. И в конце концов обнаружив зал с заросшим кувшинками круглым бассейном, устроились на бортике.

В бассейне плавали красные, белые и оранжевые рыбки. Таньма стала играть с рыбками, дразня их длинным стеблем. А девушки принялись сплетничать.

Естественно, о том, как устроилась у Леры супружеская жизнь. О чем же еще?

Наилю интересовало все-все-все, в деталях и подробностях. Разумеется, ВСЕ Лера рассказывать не стала. Но подружка все равно слушала, разинув рот, а потом мечтательно закатила глаза и выдала:

— Ох, это было горячее, чем огненные стринги Энрике…

(Ну была у девчонок такая присказка. Воображаемый бармен/массажист Энрике, который был невероятно горяч и появлялся в самом различном антураже).

Обе еще хихикали, когда перед ними возник грозный Саха и ледяным тоном спросил:

— Кто такой Энрике?

Смотрел на них, словно ангел возмездия, и откровенно не мог понять, почему они так хохотали.

***

Саха долго дулся после того случая, однако со временем привык.

Незаметно прошла неделя. Жизнь дворца окончательно вошла в норму, тишина, спокойствие. Отряды воинов клана постоянно патрулировали все расположенные поблизости от дворца тоннели. Ничего опасного обнаружено не было.

И наконец, через неделю они совершили первую вылазку.