Глава 23. Поход

Черная лента шоссе неслась навстречу и исчезала под капотами автомобилей. Свет фар вспарывал сгущающиеся сумерки яркими лучами, а стоящие у дороги фонари смазывались в сплошные светящиеся полосы и растворялись в оставляемом за спиной зареве городских огней.

За пределами города шоссе сузилось, и дома с торговыми центрами вытеснили начавшие желтеть березы, темные ели, высокие, золотящиеся стволами сосны.

— Долго еще? — поинтересовалась Ульяна.

Она откинула голову на подголовник и, мерно покачиваясь, следила за пролетающими за окном темными силуэтами деревьев.

— Устала уже? — Алекс в очередной раз отвел взгляд от зеркала заднего вида, еще хранящего в своих глубинах отражение Ренаты, и покосился на Ульяну.

— Надо ведь еще обустроиться. Поставить палатки, разжечь костер, поужинать.

Она подумала о всех тех коробках с салатами, отварной картошкой, помытыми и порезанными фруктами, которые мама велела съесть сегодня, заботливо завернутом в пленку свежайшем хлебе, пакетах с соком и бутылках с водой. Заботясь о дочери, Мария Антоновна уложила в сумку теплые махровые носки, наказав обязательно их надеть, лыжные штаны и теплую толстовку. Лишь с большим трудом Ульяне удалось надеть красивое кружевное белье, а увидев подружек в стильных нарядах, совсем расстроилась и не решалась посмотреть на Сашу. Вдруг он недоволен тем, сколько сумок пришлось заталкивать в багажник.

Вскоре впереди заблестела водная гладь, и шоссе резко свернуло вправо. Автомобили покинули гладкое полотно и, подпрыгивая на корнях, съехали на неровный грунт.

— Эй! У меня не танк! — ворчал Виктор, дергая за рукоять переключения передач.

— Но и не пузотерка, — поморщилась Рената, когда Виктор снова рывком переключил передачу. — Да не дергай ты так, — вздрогнула она, и автомобиль встал на ручной тормоз.

Три автомобиля замерли на небольшой полянке почти отвесно уходящего к воде берега. Там, внизу, мелкие волны с тихим плеском лениво лизали глинистый берег и серебрилась лунная дорожка, а вокруг туристов возвышались сосны и темнели какие-то кусты.

Одновременно открылись три двери, и из них вышли трое мужчин. Один открыл багажник, а двое других помогли выйти девушкам.

— Девчонки! — восторженно завизжала Ульяна и, подбежав к подругам, обхватила их за шеи. — Я так рада, что вы согласились!

— Мы же не могли слиться и бросить тебя одну наслаждаться этим чудесным воздухом, — Тамила вывернулась из объятий подруги, подбежала к самому краю обрыва и застыла, всей грудью вдыхая свежий прохладный воздух.

— Девчонки! С нас палатки, а с вас дрова для костра. Боюсь, шашлык не станет терпеть до завтра, — вытаскивая из багажника что-то большое и темное, сказал Макс.

Тамила обернулась и замерла, увидев, как в лунном свете мелькнула белая полоска челки. Такое эффектное сочетание не скоро забудешь, и сейчас она оценивающе осматривала мужчину — вот значит для кого ее пригласили, именно он так бесцеремонно рассматривал ее в кафе.

— А ты что застыла, куколка? — Макс окинул взглядом обрисованные лунным светом формы Тамилы. — Ветки сами себя не принесут.

— Может, хоть фонарик дашь? — сразу перешла на «ты» Тамила. — А то придется вам жевать сырой шашлык, а будущий шашлык на ножках будет жевать нас.

— Справедливо, — хмыкнул Макс. — Держи, — он достал из багажника фонарь и подкинул на ладони.

А когда Тамила подошла, пристально посмотрел в ее лицо.

— Где я тебя видел? Ты кажешься мне знакомой, — подозрительно сказал он, изучая выпирающую из куртки грудь.

— Наверное, потому что я девушка твоей мечты? — ехидно предположил Тамила.

— Точно, — просиял Макс белозубой улыбкой. — Ты же приходишь ко мне в каждом сне.

— Так это ты тот придурок, что мне дышит на ухо и шепчет непристойные предложения? — Тамила сделал вид, что хмурится и отшатывается.

— Не, — мотнул головой Макс, и длинная челка, разлетевшись, упала на смеющиеся глаза. — Это какой-то другой придурок. Мы с тобой катались в гондолах по каналам Венеции. Помнишь?

— И ты еще выкинул за борт гондольера? — радостно улыбнулась Тамила.

— Точно! — рассмеялся Макс. — Я же говорил, что мы знакомы. Будешь спать в моей палатке?

Пока Тамила и Макс обменивались шутками, Рената и Алекс схлестнулись взглядами и резко отвернулись. Алекс — к Ульяне, а Рената — к Виктору.

— А что, боишься как бы волчок в лесок не уволок? — рассмеялась Тамила и повернулась подругам.

— Девчонки! Пойдемте за дровами, пока мальчики строят шалаши и ловят мамонта, то есть, достают провиант, — она выхватила у Макса фонарик и несколько раз щелкнула, включая и выключая.

— Далеко не ходите, — уже натягивая с Виктором палатку, Алекс поднял голову. — Чтобы не пришлось вас потом по всему берегу искать.

— Мы будем послушными девочками и не станем разговаривать с незнакомыми волками, — рассмеялась Тамила, и белый хвост растворился в темноте, когда подруги углубились в заросли.

Ставя остальные палатки, мужчины посматривали на мечущийся между ветвей белый луч и прислушивались к хрусту ломаемых веток. Время от времени один из девичьих силуэтов возвращался с охапкой веток и сваливал на приготовленное костровище. А мужчины уже успели поставить мангал и разводили огонь из привезенных для шашлыка углей.

— Девочки! Возвращайтесь! — крикнул Макс во всю силу связок и легких. — Хватит дров! Не надо перетаскивать весь лес!

Белый луч запрыгал, и вскоре на поляну, со смехом, подталкивая друг друга, выскочили две фигуры.

— Эй! А Ната где? — Виктор отвернулся от горячего огня и, щурясь, всматривался в темноту.

Алекс и Макс тоже обернулись и шарили взглядами в поисках пропавшей девушки.

— А разве она не здесь? — испуганно воскликнула Тамила. — Мы думали, что она решила посачковать и вернулась.

— Я говорила, что нельзя терять друг друга из виду! — ломала руки Ульяна. — Что теперь делать? Где искать? А если она покалечилась? А если встретила какого-то маньяка?

— Кончай истерить! — прикрикнула Тамила. — Если бы с ней что-нибудь случилось, она бы крикнула. Наверняка все еще собирает себе спокойно хворост.

— Девочки! — голос Алекса стал резким. — Идите к мангалу и не отходите. Не хватало еще вас тоже искать. — Фонарик дай, — протянул руку к Тамиле. Подрагивающие пальцы коснулись раскрытой ладони, и в нее лег прохладный металлический корпус. — Витек! Лови, — в воздухе холодным блеском сверкнула сталь. — Смотри, не покалечься. Макс, — позвал друга и вытащил мобильник, включая на нем фонарик.

— Рена-та! — трое мужчин углубились в лес, оставив всхлипывающую Ульяну на попечение Тамилы. — Рена-та! — снова донеслись голоса с трех разных сторон.

Виктор искал тщательно, светил фонариком на каждое дерево, каждый куст, каждый пригорок и звал до хрипоты. Он почти дошел до шоссе, но не нашел ничего.

Макс, подсвечивая фонариком смартфона, тоже осматривал каждую неровность, каждый завал валежника, но кроме сухих веток ничего не видел. Он дошел до обрыва и едва сам не свалился, заглядывая не лежит ли Рената в воде, но там только мелкие волны с тихим всхлипом облизывали выброшенный на мелководье топляк. И он никак не напоминал стройное тело девушки.

— Черт! Да куда же ее занесло?! — выругался он и, напрягая зрение, пошел обратно другой дорогой. — Прав был Алекс, когда говорил, что от этой девчонки одни проблемы. Зря он с ней связался. Не даст она ему спокойно жить, — ворчал он, шаря тонким лучом под зарослями орешника.

Алекс сам не знал куда шел, он ломился напролом сквозь кусты и сухостой. Ноги опутывала пожухлая трава, ветви все время норовили хлестнуть по лицу или выколоть глаз. Он только раздраженно отмахивался и продолжал ломиться, как почуявший самку лось. Иногда останавливался, чтобы пошарить вокруг фонариком, и снова бежал.

В одно из таких затиший, когда замолчали и Макс с Виктором, показалось, что слышит какое-то шебуршание.

Посветил фонариком, и тонкий луч проглотила чернота провала. Кажется, овраг, но насколько глубокий? Сейчас уже Алекс шел осторожно, направляя белый луч себе под ноги.

— Рената? — позвал он и почувствовал себя дураком.

Прислушался — никто не ответил, только с тихим шорохом осыпалась земля.

Еще один широкий шаг, и Алекс уже на краю оврага. Из-под носков кроссовок посыпались сухие глинистые комочки, производя именно тот шорох, что и привлек его внимание. Алекс направил фонарик на круто уходящий вниз откос. И в луч света попали темная голова с гладко зачесанными волосами и край светлой куртки. Овраг был неглубоким, наверное, метра полтора, но из-за почти отвесных стен девушка не могла выбраться.

— Ты цела? — Алекс встал на колени, стараясь рассмотреть все ли с ней в порядке.

— Цела, — нехотя ответила Рената. — Не заметила в темноте обрыв. Вот и свалилась. Кажется, я сейчас больше похожа на поросенка.

«Вот дуреха! Нашла о чем думать!» — облегченно подумал Алекс. — «Жива, цела — и это главное!» — но вместе с облегчением пришла и злость.

— Ты чего молчала, когда тебя звали? Все с ума сходят, не зная, что с тобой произошло! — рявкнул он.

— Может, поможешь выбраться? Или возможность быть сверху льстит твоему эго? — хоть Рената и находилась ниже, к тому же стояла задрав голову, каким-то образом ей удалось сохранить пренебрежительный тон и вид.

— Мало тебя родитель пороли, — бросил он и, поднявшись с колен, протянул руку. — Хватайся.

— Меня вообще не пороли, — фыркнула Рената и крепко сжала его ладонь,

— Заметно, — Алекс снова встал на одно колено и свободной рукой обхватил предплечье девушки. — Упирайся ногами в склон, я тебя вытащу.

Получив твердую и не осыпающуюся опору, Рената довольно резво выбралась из оврага. Не рассчитывая на такую прыть от казалось изнеженной цивилизацией девушки, Алекс потянул ее слишком сильно и упал на спину, увлекая за собой и Ренату.

— Так почему ты молчала? — повторил он вопрос, почувствовав на себе тяжесть девичьего тела, а блестящие белки, окружившие непроглядную черноту оказались прямо напротив его глаз.

— Сначала думала, что сама выберусь, не хотела быть глупой и беспомощной, — проворчала Рената, попытавшись встать.

— А потом, когда поняла, что тебя ищут? Ты же слышала, как мы тебя звали, — удерживая ее руки и обвив ноги, Алекс мешал подняться.

— Не хотела, чтобы нашел ты! — резко ответила Рената, возобновляя попытки освободиться.

— Почему? — не понял Алекс. Ее ерзанья и дергания будили в нем древние, как мир, инстинкты. Продолжая удерживать, Алекс перекатился и оказался сверху. — Ты же знаешь, как действуешь на меня. Ты же все знаешь, но ведешь себя, как бессердечная стерва, — пухлые полуоткрытые губы были близко, слишком близко, чтобы сопротивляться. Пристально всматриваясь в бархатную черноту, Алекс убрал с лица Ренаты выбившиеся из хвоста волосы.

Губы дрогнули, а все это время напряженное тело неожиданно обмякло. Рената согнула одну ногу в колене и немного отвела, открывая Алексу доступ. Но стоило ему опустить руку и попытаться расстегнуть пуговицу, уперлась в землю и, резко подняв берда, скинула его с себя.

— Вот поэтому и не хотела! — практически выплюнула она. — Я и есть бессердечная стерва, поэтому, давай внесем ясность, — с высоты своего роста она смотрела на распластавшегося на земле Алекса. — То, что было — это демоверсия. Попробовал и хватит. Тем более, что тебе не понравилось. Все! Хватит уже. Забудь! У тебя есть Янка. И если ты окажешься козлом и станешь ее обижать, то мне придется все ей рассказать, но и меня ты не получишь. Уяснил?

— А как я могу получить лицензионный доступ? — не делая попытки встать, ухмыльнулся Алекс. Почему то ни вспышка злости, ни угрозы не воспринимались серьезно. Если уж девушка сама называет себя бессердечной стервой, вряд ли это правда. Значит. Она целенаправленно старается настроить его против себя.

— Дебил! — фыркнула Рената. — Ты забыл, что у меня есть парень? Так что единственный возможный лицензионный доступ уже занят. Полный доступ, — многозначительно подчеркнула она и, круто развернувшись, пошла к лагерю.

Следом за ней, поднявшись, поплелся и Алекс.

— Где ты была?!

— Мы так испугались!

Едва Рената вошла в освещенный костром круг, ее окружили подружки.

— Ребята ушли тебя искать! Где они? — осматривалась Ульяна.

— Саша, Витя, Максим! — громко позвала она. — Натка нашлась!

На крик с хрустом и треском вывалились Макс и Виктор, потом, бесшумно, Алекс.

— Ну и напугала ты нас, подруга, — покачал головой Макс. — Из-за тебя едва без шашлыка не остались. Ну ничего. Сейчас пожарим и наедимся. Проголодалась, небось? Куда же тебя занесло?

— В овраг свалилась, — нехотя ответила Рената и повернулась к Виктору — Со мной все нормально, не переживай.

Спиной чувствуя взгляд Алекса, она позволила парню ощупать себя на предмет обнаружения переломов. — Нет, правда, все в порядке. Даже не ушиблась, только из-за крутого склона не могла подняться. Саша помог, — сделав ударение на том, как его называла Ульяна, Рената обняла Виктора за шею и поцеловала, чувствуя, как его ладони легли на ягодицы.

Пересчитав всех по головам, а Тамилу по груди, и убедившись, что все собрались и потеряшек больше нет, Макс, как единственный, сохранивший в этом бедламе хоть какое-то здравомыслие, повел мужчин к мангалу, а девушкам велел оставаться у костра и обустраивать стол.

— Командир нашелся, — возмущенно пыхтела Тамила, пока Рената расстилала с подветренной стороны широкое покрывало.

— Да ладно тебе, — примирительно проговорила Ульяна, прерывая поток возмущений подруги. — Неужели сама хочешь жариться у огня? Папа всегда говорил, что мясом должен заниматься мужчина. Он никогда не подпускал маму к шашлыку, — расставляя коробочки с салатами и одноразовые тарелки, она не заметила, как подруга мрачно на нее посмотрела и закусила губу — в копилке воспоминаний Тамилы таких моментов не было.

— Смотрите, что я взяла? — разрежая сгустившееся напряжение, Рената порылась в своей сумке и достала две бутылки красного вина и стаканчики.

— А это мне сунула мама, — Ульяна вытащила сок и воду.

— Тоже пригодиться, — Тамила с хрустом отвинтила крышку, набулькала воду в стаканчик и с жадностью выпила. — Напугала же ты нас, Натка, — она толкнула подругу в бок. — Какого лешего не позвала никого? Витёк чуть шею не свернул, так рванул тебя искать, — она снова подтолкнула подругу так, что та чуть не упала. — А ты взяла и сама нашлась?

— А разве не Саша тебя нашел? — Ульяна отвлеклась от раскладывания хлеба и посмотрела на подруг. В светлых глазах с расширенными от темноты зрачками плясали оранжевые языки костра.

— Нет, — покачала головой Рената. — Он проскочил мой овраг. Увидел только когда уже выбралась.

— Все равно. Почему не окликнула? Подумаешь, нашел бы тебя не Виктор, а Саша. Мы же все за тебя волновались.

Тамила искоса посмотрела на Ренату, но ее лицо было таким же безмятежным и непроницаемым, как у египетского Сфинкса. Что-что, а держать лицо она всегда умела.

— Ну скоро там уже? — воскликнула Тамила, когда от мангала стало доносить уж совсем аппетитные запахи. — У меня сейчас живот к спине прилипнет!

Она вскочила и побежала к мужчинам.

— Нат, а тебе нравится Виктор? — спросила Ульяна, поджаривая над огнем кусочек белого хлеба.

— Конечно, а почему ты спрашиваешь? — напряглась Рената.

— Мне показалось, что ты какая-то зажатая с ним, — Ульяна рассматривала покрывшую хлеб черную сеточку и начавшую подугливаться корочку. — Хочешь? — протянула прутик Ренате. Девушка сняла поджаренный хлеб, и Ульяна насадила следующий кусок. — Мне почему-то кажется, что ты с ним только чтобы не быть одной, — Рената удивленно посмотрела на ставшую такой проницательной подругу. Или Алекс ей что-то наговорил?

— С чего ты взяла? — подозрительно поинтересовалась она.

— Я просто помню, как завидовала вам, когда у вас были парни, и готова была встречаться с кем угодно, только чтобы не чувствовать себя одиноко. Я знаю, что это такое. А вы с Милкой нет. — она покосилась на смеющуюся у мангала подругу, сосредоточившую на себе внимание всех троих мужчин. — Вы обе всегда были очень яркие и вокруг вас всегда было много народу. Милка веселая и общительная. Ты загадочная и притягательная своей неприступностью. А я… я была обычная. Но смотри, и я дождалась своего принца, — она снова посмотрела на Алекса.

Несмотря на темноту Рената увидела в ее глазах столько любви, казалось, она пропитала всю подругу целиком. Отчего та светилась словно новогодняя гирлянда. И Рената лишний раз убедилась в правильности своего решения.

— Вот смотри, — продолжала Ульяна. — Он сейчас шутит и смеется с Милкой. Смотрит только на нее, а я не ревную. Ни вот настолечко, — она показала кончик мизинца. — Потому что знаю, что и сейчас он думает только обо мне. Может, и тебе стоит подождать своего человека, — тоном умудренной жизнью женщины говорила она. — Ты не выглядишь с Виктором счастливой.

— А с кем выгляжу? — хмыкнула Рената и спохватилась. — У всех отношений разный темп. Я медленно схожусь с людьми, мне надо привыкнуть, а ему не терпится сделать наши отношения более близкими. Вот и приходится его держать на расстоянии, — пожала она плечами.

— Девчонки, — раздался от мангала окрик.

Девушки оглянулись — нагруженная шампурами шумная компания приближалась к костру. — Ваша подруга не сознается. Скажите, ее папа булочник? — усаживаясь прямо на землю и складывая на тарелки мясо, громко спросил Макс.

— Почему это? — удивилась Ульяна. Саша сел рядом, и она с удовольствием приткнулась к теплому плечу. А Тамила довольно хихикала.

— Ну а как еще у него получились такие аппетитные булочки? — взгляд Макса то и дело возвращался к глубокому вырезу майки, виднеющемуся в расстегнутой куртке.

— Не угадал! — Тамила едва не хлопала в ладони. — Мой отец баскетболист. Разве не видно? — она вскочила и звонко шлепнула себя по ягодице.

— Замечательная профессия! — одобрил Макс, выбирая себе кусок мяса, но постоянно промахиваясь, потому что смотрел не в тарелку, а на грудь Тамилы. — Например, если бы он был волейболистом, было бы намного хуже. А что говорить о теннисистах? Совсем печально, — он грустно покачал головой.

Мужчины тем временем подкладывали девушкам мясо и разливали вино. Сами они пили водку, сказав, что не станут пренебрегать походными традициями.

— Раз уж зашла речь об играх, может, поиграем в фанты? — внесла предложение довольная жизнью Ульяна.

Ее поддержали все, кроме Алекса и Ренаты.