Глава 4

Дамир

Прошло всего четыре часа, с того момента как мы вышли на Игоря Магницкого, и вот… Наши парни его вычислили, прижали и взяли.

Отец сообщил мне об этом поздно вечером, и мы сразу рванули к месту, в котором его сейчас удерживали.

Признаюсь, я мало верил в то, что мы найдем хоть одну зацепку, которая поможет нам сдвинуться с мертвой точки. Но, нам помог яд, которым меня отравили и который мы нашли в сумке той дряни.

Любое новое средство, обычно в дефиците. Всё что нам потребовалось, это найти того кто пропустил этот яд на черный рынок, а потом найти тех кто его купил.

Этот новый яд очень специфически действует на организм человека, убивая его медленно, около суток. И за эти сутки он полностью растворяется в организме не оставляя по себе даже следа. Именно поэтому он был очень дорогим, и его покупали влиятельные люди. Для того чтобы убрать врагов или ненужных для себя людей, и при этом, выйти чистым из воды.

Желающих заполучить в свое пользование этот яд, было много.

У нас ушло почти полгода на то, чтобы найти всех покупателей и проверить их. И возможно, ещё бы ушло столько же, если бы однажды, один из покупателей не назвал фамилию Магницкого. И тогда я всё понял.

Игоря Магницкого мы искали две недели. Ублюдок залег на дно, спрятавшись у одной своей любовницы. Но девушка оказалась глупой и жадной. Пока Магницкий спал, она взяла его карту и рассчиталась ею в одном из торговых центров. Дальше, нам не составило труда его найти и взять.

Это моё дело и моя месть, поэтому, как только Магницкого взяли, отец сообщил мне об этом и я рванул к нему.

Разобраться со всем, было для меня важным на уровне жизни… И я хотел найти и наказать всех виновников.

В особенности ту суку… Которая так нагло смотрела мне в глаза и лгала… Которая использовала свою невинности, ради того, чтобы подобраться ко мне и воткнуть нож в спину.

Я до сих пор вижу в её во снах… Уже не сладко стонущую подо мной, а покрасневшую, задыхающуюся… От моей руки, которую я каждую ночь смыкаю на её шее. Я душу её и убиваю с удовольствием, и с удовольствием прикончу её и в реальной жизни.

А пока, дыра в моей груди с каждым днем становилась всё больше и больше… И, мне было жаль маму, которая плакала и говорила, что её сын стал другим человеком. Потому что больше нет радости и веселья… Нет улыбок и долгих вечеров с семьей. Нет ничего из того, что было раньше.

И не потому, что я кого-то винил из родных за всё произошедшее… Нет! Просто я себя не мог простить.

Меня словно убили в тот день, вырвали часть изнутри, а потом воскресили и сказали «живи дальше»! И сейчас, я словно простая оболочка, и мне нужно время, чтобы принять свою новую жизнь.

Да, я стал другим, жестче ко всем. И это действительно приносило мне облегчение. Больше я никогда и никого не подпускаю к себе слишком близко. Дистанция с окружающими и одиночество – это моё спасение. И даже мощнейшая поддержка родных, мне ничем не помогала.

Мне просто нужна месть… Ответ. А также, разобраться в себе. И на это, оказывается, нужен не один месяц.

Мы приехали в указанное место ночью. Это был подвал заброшенного, ночного клуба.

Мы вошли с отцом внутрь и спустились вниз. Я увидел Магницкого еще на расстоянии. Слегка помятым, и пристегнутым к батарее. Но он не выглядел пораженным, гордо принимал свою участь. И это, блядь, охренеть как бесило.

Внутри полыхнуло огнем.

Я двинулся в его сторону, плотно стиснув зубы. По пути мне попал кусок железной трубы и взял её в руки. Отец остановил меня, положив свою руку на моё плечо.

- Дамир. Не марай руки, из-за такого ублюдка как он, - говорит он спокойно.

Я продолжаю волком смотреть на Магницкого, сильнее сжимая трубу в руке.

- Я жил тем… Чтобы замарать об него руки, - бросаю.

- Сын… Месть помогает, сам по себе знаю, но… Думай, прежде чем что-то делаешь. Чтобы потом в будущем, не жалеть о содеянном. Чтобы потом, не было стыдно перед…, - добавляет отец и замолкает.

Я скашиваю на него взгляд, ухмыляюсь.

- Перед кем? Перед моими детьми? Забыл? У меня их не будет, значит и стыдно ни перед кем не будет, - бросаю с иронией. Не то, чтобы я слишком сильно переживал за то, что у меня не будет детей, возможно просто не тот возраст, но меня лишили этой возможности против моей воли, и это больше всего задевало.

Хотя признаюсь, я уже несколько раз задумывался о том, что не смогу оставить после себя продолжение и от этих мыслях где-то глубоко в груди гадко скребло. И теперь я понимаю, почему говорят о том, что ты не думаешь, о детях и не хочешь их, пока тебе не становится известно, что ты их не сможешь иметь.

- Перед родными, - отвечает отец, сильнее сжав руку на моем плече. Я видел в его глазах боль. То, что со мной произошло полгода назад, тоже сильно ударило по отцу, но… Он никогда не показывал этого. Скрывал. Был сильным рядом со мной и вселял часть своей силы и в меня. Но это не значит, что он все забыл и не думает об этом.

То, как он яростно искал того, кто виновен в моем отравлении, говорило о том, что он не пустил всю ситуацию на самотек. И сейчас он здесь со мной, только потому, чтобы наказать ублюдка. Но первенство, конечно, остается за мной.

Он знал, что если я не разберусь во всем сам, то не успокоюсь.

- Я понял, - отвечаю, снова взглянув на Магницкого.

- Ты можешь выбить из него всю дурь… И можешь выбивать её не один день, но не забывай… Он действовал не один. Нам нужны имена всех, - напоминает.

Я ухмыльнулся, снова вспомнив об Айрис.

Интересно, так ли её звали на самом деле или у нее другое имя?

- Я не собираюсь его убивать, - отвечаю. – Не так скоро. Смерть – для него слишком легкое наказание.

Отец кивает и убирает руку с моего плеча, я двигаюсь в сторону Магницкого.