Глава 7

– Кир, а что особенного в Фелиции Мальн? – спросила я принца, когда наконец нашла время его навестить.

Мы сидели все в той же «Бешеной индейке». Исталийцу интерьер мог показаться необычным: приглушенное электрическое освещение, обилие пластекса и металла в отделке, огромные стеклянные окна во всю стену, – но я уже привыкла. «Хорошо хоть растения живые стоят», – подумала я и машинально оторвала листочек с ближайшего кустика.

Заказ мы давно сделали, теперь в ожидании медленно распивали вино.

– О, Фелиция – это в определенных кругах такая же знаменитость вашей страны, как и принц Эрик. Только в отличие от Эрика про нее не все знают.

– Я слышала, что у нее нет ни одного Дара, при том что она дочь герцога. Для столь высокой аристократии это, конечно, редкость, но… из‑за этого быть знаменитостью? – удивилась я.

Кир загадочно на меня взглянул и ответил:

– Это еще не все. Ты знаешь правила браков королевских семей. У королевы, а желательно и вообще у всех жен принцев должен быть Дар Королевской Спутницы. Если его мужской аналог – Королевский Дар – встречается в некоторой степени у многих аристократов, только с разной степенью силы: у короля и его семьи высший третий уровень, у близких родственников обычно второй, у герцогов второй или первый, и так далее, то с Даром Королевской Спутницы несколько сложнее. Обычно с этим Даром рождаются дочери короля и принцев, а далее все – Дар затухает. Но на собственной сестре не женишься. Выходит, что надо либо брать жену-иностранку, либо… а здесь уже начинаются варианты. В Адании, как ты знаешь, проводится особый конкурс, благодаря которому выбираются невесты для высшей знати. Если находится подходящая девушка для принца, Дар Королевской Спутницы у той появляется сам собой. У вас по-другому. Время от времени среди знати появляются девочки с врожденным Даром Королевской Спутницы.

– И Фелиция?.. – Я уже начала догадываться, к чему эта лекция. Мой бокал опустел, и я протянула его принцу за добавкой.

– Да-да. В настоящий момент единственная и неповторимая обладательница данного Дара. Учитывая, что никаких других при этом нет, можно сказать, что они с принцем Эриком друг друга стоят, в чем-то боги правы. – Кир негромко рассмеялся. – Так сказать, неофициальная невеста наследника престола. Неофициальная, потому что никто ей предложения не делал и, как я подозреваю, не сделает. Король не дурак, понимает, что если уж сын такой слюнтяй, то, может, хоть королевой станет женщина сильная и хваткая. Но герцог надежды стать королевским свекром не оставляет. И Фелицию большую часть времени держат дома, не выпуская даже на балы, так сказать, блюдут.

Кир прервался, увидев идущего к нам официанта. Тоже мастер своего дела – как можно принести десяток полных тарелок просто в руках, не используя даже подноса, для меня полная загадка. Оценив вид принесенных блюд, я неожиданно потянулась за десертом. На приподнятую бровь принца только пожала плечами и тихонько фыркнула. Какая разница, внутри все перемешается.

– Так вот, возвращаясь к Фелиции, – продолжил мой собеседник. – Все бы ничего, да только Дар Королевской Спутницы, как остальные, не может быть инициирован в храме при проверке. Обычно это делается во время свадебной церемонии или хотя бы при помолвке. А до тех пор… без единого Дара Фелиция фактически взрослеет как обычный человек. И ей… если не ошибаюсь, уже около двадцати пяти. Еще несколько лет, и будет тридцать. Только большинству аристократок, что выглядят на тридцать, на деле все сто. Герцогу давно пора выдать Фелицию хоть за кого-нибудь, она рано постареет. Вот такая грустная история.

Да, действительно… Наверное, в самом деле грустно понимать, что в шестьдесят ты уже старуха, в то время как твои подруги все еще выглядят молоденькими девушками, и особенно при том что у тебя был шанс стать королевой, инициировать свой Дар и жить долго-долго… Мне стало жаль Фелицию… Единственное, чего я так и не поняла…

– А при чем тут я, Сорби и Джокер? – спросила я скорее сама себя, чем Кира.

– То есть?

Я пересказала разговор с Бертой. Мол, посетовала, что за всю жизнь ни одного не встретила, а теперь шагу без них не ступить, и ответ приемной матери – оттого что аристократки зануды, а Фелиция Мальн особенно.

– Хм… Не знаю. Могу только согласиться с тобой – просто так она редко что-либо говорит.

На этом обсуждение Фелиции закончилось. Я взялась за следующее блюдо, после студенческой кухни радуясь любой нормально приготовленной стряпне. По секрету рассказала Киру о своей учебе в Академии. Точнее, не смогла удержаться и не похвастаться успехами.

– Смотри. – Обхватила пальцами чашку с полуостывшим кофе, прошептала короткое заклинание, и через несколько секунд та снова задымилась.

– Неплохо, – кивнул мой зритель. – А теперь суп подогрей.

– Не, еще и суп – сложно, легче на плиту поставить, – засмеялась я. Потом неожиданно рассказала, как я в первый и единственный раз напилась, и как Джек учил варить меня суп, и как я взломала его блок.

Принц вместе со мной веселился и отпускал язвительные комментарии. Затем вдруг как-то внимательно и немного грустно на меня посмотрел и сказал:

– Корни, я только очень тебя прошу, как друг: постарайся не влюбиться в Сорби. Ты заметила, что уже называешь его исключительно Джеком? Не милордом, не Сорби, не герцогом… Не хочу, чтобы ты потом страдала. Пообещай мне, что будешь осторожна.

– Я… конечно. – А сама задумалась. Ведь и правда, рассказывая об Академии, я говорила только о Джеке. Когда это он успел пустить столь прочные корни в моих мыслях? – Да, Кир, я постараюсь. Кстати, аура у него сияет – смотреть больно. Как ты думаешь, какие у него еще Дары есть?

– А сама как считаешь?

– Наверное, должен быть Воин – для аристократа не редкость. К тому же от одного сидения в профессорском кресле так изящно двигаться не будешь. Что еще… учитывая, что он герцог, может быть Королевский Дар первого или второго уровня. Больше догадок нет…

Кир чуть кивнул и поднес бокал к губам.

– Думаю, где-то так и есть, – согласился принц.

Закралось подозрение, что он знает немного больше. Но раз сам не говорит, значит, и глупые вопросы задавать нечего. Мужчина чуть приподнял вопросительно бровь – ожидал, что стану допытываться. Я с удовольствием по-детски показала ему язык и мысленно улыбнулась.