Глава 4
Неделя пролетела незаметно. В мыслях все учащиеся Академии покинули скучные стены учебного заведения и устремились в Аданию, навстречу приключениям. Занятия у большинства студентов благополучно отошли на второй план. Да и у преподавателей тоже. Зато рассказы сплетников вроде Ладаса обрастали все новыми и новыми подробностями.
Люська каждый день заново собирала сумки, не в силах отказаться хотя бы от малой толики вещей. Целую неделю я наблюдала за ее метаниями, а в последний день попросту достала из шкафа амулет, «выигранный» на Новый год, и сунула его в чемодан подруги.
— Теперь хоть Верса туда засовывай. Надеюсь, ты знаешь заклинания для облегчения веса, — философски заметила я, с улыбкой слушая радостные вопли соседки.
Наконец неблагодарное дело под названием «переезд» закончилось. Студентов расселили, дали пару дней на адаптацию, чтобы дорвавшаяся до свободы молодежь выпустила пар, а затем начались трудовые будни. К настоящим научным исследованиям, естественно, допустили только старших. Мы же помогали составлять карту лабиринта.
Для начала всех поделили на маленькие группы по три человека. Стоит ли говорить, что в мою тройку вошли Люсик с Версом Тальди. Затем основательно экипировали. Во-первых, выдали очки — по паре на группу. Да-да, те самые. Чтобы стихийные порталы видеть. То ли аданийцы быстро разобрались, как они устроены, и начали делать свои, то ли трофейных оказалось достаточно, я не уточняла. Во-вторых, приходилось тащить с собой непонятную мне тележку — на самом деле это хитрое устройство отсчитывало пройденное расстояние, замеряло внутренним компасом углы поворотов и наклона поверхности и где-то внутри себя чертило карту. В-третьих, у каждого имелся стандартный рюкзак с запасом воды на три дня, парой сухих пайков и еще некоторым количеством полезных мелочей. В нем же лежал и передатчик — исключительно механический, не несущий в себе ни капли магии. Если уж кто-то таки попадет в стихийник, то с помощью устройства можно было послать сообщение на базу, там определят, откуда пришел сигнал, и быстренько спасут. Несмотря на внушительный вес рюкзака, снимать его строго запрещалось.
Каждое утро нас в крошечных самоходках, сконструированных специально для лабиринта, вывозили к месту, где заканчивалась исследованная зона. Там разбивался небольшой лагерь, оставляли дежурных, и в разные стороны устремлялись разведгруппы. Дело продвигалось медленно. Простого «пробежаться по коридорчикам» оказалось недостаточно. Вдоль всего пути мы наносили на стены различные опознавательные знаки, а главное, искали входы в каменные мешки. Проработав таким образов два дня, я с закрытыми глазами начала чувствовать скрытые двери, однако усиленно делала вид, что ищу вместе со всеми.
Первый день дался мне труднее всего. Еле заставила себя подойти к входу в подземелье. Накануне мы долго разговаривали с Джеком о том, стоит ли мне туда спускаться. Мужчина говорил, что найдет мне другую работу, я же убеждала, что мне и в лабиринте неплохо поработается. Убедила ли — не знаю, в пещеры пошла все же нехотя. А под цепким взглядом Джека старательно притворялась довольной и расслабленной. Напрасно волновалась — ничего особенного не случилось, с друзьями было весело, и все происходящее напоминало игру.
За первую неделю потерялось всего два человека — их быстро нашли и вернули. Зато попавшие в порталы чувствовали теперь себя героями, по много раз рассказывали о своих злоключениях, а все остальные отчаянно завидовали, хотя, могу поспорить, специально в обнаруженный стихийник все равно никто бы не сунулся — риск остаться ненайденным все же оставался.
А по вечерам устраивались то танцы, то пьянки, то просто дружеские посиделки, с которых мне временами удавалось незаметно улизнуть, чтобы провести часок с Джеком. Я совсем расслабилась.
Спустя неделю, подходя утром к храму Нери, где находился вход в подземелье, я ощутила странное волнение. Мысленно обругав неожиданно проснувшуюся интуицию, я остановилась, раздумывая, стоит ли соваться в лабиринт. Прислушалась к себе. Вроде опасности особой не предвидится. В чем же дело?..
— Привет, — неслышно подошел сзади Кир, внимательно глядя на меня, словно пытаясь мысленно задать вопрос. Ну да, у него ведь тоже предчувствия были.
Я слегка кивнула.
— Не хочешь, не иди, — тихо произнес принц. И, увидев, как я покачала головой, добавил: — Или пусть Сорби с вами идет. Он согласится.
— Нет, спасибо, — снова отказалась я, — понимаешь… я не думаю, что мне грозит что-то плохое… Скорее это как…
Мой взгляд упал на Люську с Версом, стоящих посреди улицы у всех на виду и без стеснения целующихся. Вот оно!
— Да, все не так! Мне обязательно надо быть там. Думаю, это не со мной, а с ними что-то случится.
Кир снова нахмурился. Я даже предположила, какой будет следующая фраза: «Так давай и их не пустим», поэтому быстро его прервала:
— Нет-нет! Надо идти. Ты был прав, когда звал меня сюда. Теперь я тоже это ощущаю.
Внутри словно сжалось все в ожидании чего-то важного. Я улыбнулась Киру.
— Джек меня убьет, — едва слышно проговорил мужчина, печально вздохнул и поправился: — Нет, я сам себя убью… если с тобой что-то случится.
Я ободряюще похлопала его по спине.
— Рюкзак-то безразмерный? — указал принц на мою сумку. Дождался кивка и бесцеремонно забрал авоську. — Дай-ка.
Через несколько минут вернул. По весу нельзя было определить, много ли туда положили. Проверять не стала. Чего бы принц ни добавил, не думаю, что там есть что-то бесполезное.
— Спасибо, — коротко ответила я. — Наверное, нам пора. Попробуем первыми проскочить, пока Джека нет. У него тоже с интуицией все в порядке. Боюсь, что если уж он что учует, так я точно ни в какой лабиринт больше не попаду.
Я быстро обняла Кира, окликнула друзей и, не оглядываясь, направилась в храм.
Первые два часа ничего особенного не происходило. Мы с парой других групп привычно доехали до места старта, проверили экипировку, оставили дежурных на месте сбора и разошлись по лабиринту. Участок нам попался несложный, практически без ответвлений, и мы довольно шустро продвигались в глубь тоннеля.
Я не переставая прислушивалась к ощущениям. Интуиция молчала. А потом пропала Люська…
Я как раз обнаружила и открыла каменный мешок и чертила на стене у входа опознавательные знаки. Верс рисовал аналогичные изнутри камеры, а подруга проверяла стену напротив, попутно рассказывая очередной анекдот. Свет напольного фонаря, стоящего рядом с девушкой, крупным желтым пятном охватывал немаленький кусок подземного хода, а заодно подсвечивал нас снизу, придавая зловещий вид. А затем словно одновременно выключились основные органы чувств — стало вдруг темно и тихо. Рассказ Люськи оборвался на полуслове.
За стенкой ругнулся Верс. Я выхватила ручной фонарик и быстро осмотрела место, где стояла подруга, — ни ее, ни фонаря. Рядом темноту прорезал еще один луч.
Ведущим в нашей связке назначили Верса, потому очки тоже дали именно ему.
— Не двигайся, — коротко бросил он, — следи за моим фонариком.
Небольшое световое пятно описало широкую дугу по полу, затем скользнуло по стене, слегка задев потолок, и снова вернулось вниз, замкнув круг.
— Здесь пятно портала, — сообщил со вздохом Верс. Затем на секунду замер, словно размышляя, снял и бросил мне очки. — Нанеси координаты и возвращайся. Я за Люськой.
Молодой человек скрылся раньше, чем я успела что-либо сказать.
На случай исчезновения члена группы нам дали четкие инструкции. Пропавший из своей камеры посылает сигнал на базу, остальные отмечают место портала, затем как можно скорее возвращаются к месту сбора и тоже сообщают о пропаже человека. И только что Верс нарушил это правило. Я вздохнула. Сначала, как положено, обозначила контуры светящегося пятна, нанесла его координаты на карту. На всякий случай нацарапала извинительную записку Джеку с Киром. Затем включила свой передатчик и оставила рядом с порталом. Среди спасателей были сильные маги-пространственники. Если нам повезет и они успеют раньше, чем пятно пропадет, то просто последуют за нами, а оттуда общими усилиями откроют портал.
Еще раз осмотрелась, ничего ли не забыла, после чего так же, как и Верс, наплевала на инструкции, отправившись за друзьями.