Глава 27 · Тетя Фэйт и бабуля Георгина

— Как и не уезжал! — ошарашенно вращая глазенками, изрек Чуня, проснувшись и сев на кровати, куда запрыгнули мои племянницы.

Долго спать они не стали. Еще бы, зачем уделять время сну в доме дракона, тут же столько всего интересного!

— Мне не снится? — пробормотал енот, глянув в мое лицо.

— Нет, все наше семейство теперь живет тут, — ответила, только в этот момент осознав, как все на едином крутом вираже изменилось — и для меня, и для всех родственников.

— Бедные драконы! — Чуня развеселился и, раскрыв лапки, крикнул, — ну, тогда обнимашечки!

— Уря-а-а-а! — девчонки кинулись к нему и повалили обратно на подушки.

— Осторожнее, у вас всего один енот! — прокряхтел он, чудом сумев выползти из-под них. — А вот вас целых три штуки! — всей тушкой шлепнулся сверху, щекоча хулиганок.

Комната взорвалась счастливым детским смехом. А вот мне было совсем не весело. Что же теперь делать? Подслушанный разговор Сэйндара с Кирком развеял все иллюзии, что начала питать в отношении нашего с истинным будущего. После него я решила оставить несбыточные мечты и сосредоточиться на важном — правде о половинках кулона. Чтобы потом «убыть по прописке».

А теперь все перевернулось с ног на голову. «Убывать» некуда. Вообще некуда, у меня нет больше дома. И работы тоже нет. Это, разумеется, не велика беда, можно найти другие. Трудиться мне не привыкать. Но как же Роза с девочками и бабуля Георгина?

Подошла к окну, вгляделась в пышно-солнечное весеннее утро, что благостно разливалось над изумрудной лужайкой, над которой беспечно порхали бабочки — совсем как мои мысли. Получается, от меня сейчас зависит вся семья. И как бы ни было противно от самой себя, придется терпеть, сейчас не время ссориться с драконом, если не хочу, чтобы все по моей милости оказались на улице.

И все же, каков гад Тюринг, а! Попадись он мне, стрекозел шилопопый, живым не уйдет!!!

Распахнув дверь покоев, я ахнула, увидев, как в разные стороны посыпались драконята. Ни дать, ни взять, яблоки по осени в ветреную погоду — шлеп, стук, бумс!

— Что это вы тут делаете, а? — строго спросила, уперев руки в талию.

— Разведку, — пробурчал один, поднимаясь.

— Енота ждем, — в тот же миг ответил второй.

— Мимо шли, — сообразил третий.

— Совет на будущее — версии надо согласовывать заранее, — я едва не рассмеялась, несмотря на основательно «помятое» последними новостями настроение.

— Тоже верно, — малышня кивнула. — А енот выйдет погулять?

— Конечно, — покосилась на бегущую к нам ораву. — И не один. Ну, вы знакомьтесь, а я пойду, дел столько, ужас!

Поскорее выскочив в коридор, зашагала прочь, глядя на волну из трех девчонок, что вылилась из моих покоев, вынося Чуню «на прогулку». Два комплекта тройняшек, это уже слишком, даже для такого огромного дома. Что теперь будет, представить страшно! Представила пепелище на месте родового драконьего гнезда со скачущими по дымящимся обломкам детьми и помотала головой. Главное, держаться от этого безобразия подальше!

Тем более, что нам своих проблем хватает. Я вышла к гостиной и тут же услышала шепот:

— Не толкайся!

— Сама своими острыми локтями не тыкай мне в бок!

— Уступи место, я же девочка!

— Ты попа с ручками и моя сестра, так что фигушки!

Хихикнув, посмотрела на Льюиса с Луизой, которые высматривали что-то, толкаясь, как маленькие, у приоткрытой двери. И что же там такое, любопытно!

Подошла поближе и вытянула шею.

— О, Эффи, доброе утро! — брат Сэйндара тепло улыбнулся, быстро прикинувшись приличным солидным джентльменом.

— Привет, — не особо дружелюбно снизошла драконица, смерив мое платье презрительным взглядом — казалось, даже родинка у нее над губой не одобряет мой внешний вид.

— И вам доброе. Что там?

— Тетя Фэйт пьет чай с твоей бабулей Георгиной! — сообщил Льюис. — А мы тут просто дела свои обсуждаем.

— Да ладно, поняла она уже, что мы подслушивали, — Луиза ткнула его в бок. — Подвинься, не видно же!

— Все, тихо! — пшикнул дракон и мы обратились в слух.

— … вот так бывает в жизни, — донесся до нас голос тети Фэйт.

Следом скрябнуло о блюдечко дно чашки, которую она поставила туда.

— И не говорите, — поддержала ее Георгина, помешивая чай ложечкой. — В молодости кажется, что все всегда будет солнечно и благостно, а годы пробегают, как в калейдоскопе и р-раз, ты уже старуха, а болячек у тебя столько же, сколько воспоминаний и ран в душе.

— И тогда ты вдруг осознаешь, что лучшие годы позади, — драконица печально кивнула. — Но что это мы о грустном, милая? Давайте о хорошем. Пока мы нужны детям и внукам, есть смысл в нашей жизни, не так ли?

— Золотые слова!

На душе потеплело. Кажется, наши матриархи нашли общий язык, отлично!

— Ай, больно же! — шипение Луизы ударило по ушам.

— А не надо было локтем мне под ребра пихать! — съехидничал Льюис. — Кушай больше, тощая, из одних острых углов состоишь. Что фигура, что характер, сплошные многоугольники, никто в здравом уме такую замуж не возьмет, будешь старой девой при нас с Сэйном!

— Я тебя сейчас! — рассвирепевшая драконица набросилась на него.

Чешуйчатый клубок ударился об стену, потом врезался в столик, на котором хвалился позолотой массивный канделябр. Под возню среднего поколения Терраров он закачался. Я ахнула, метнулась вперед, но не успела — тот грохнулся на пол.

Мы трое замерли, как нашкодившие дети.