Глава 4

— Ну привет. — Меня точь-в-точь так же выбросило в руки другого мужчины, и я мысленно застонала.

Это шутка какая-то? Меня так и будет мотать по сексуальным мужикам остаток моей вечности? С одной стороны, не так уж и плохо, с другой — я совсем не понимаю, что происходит.

Этот не похож на предыдущего. Немного выше, как мне показалось по расстоянию, отделяющему меня от земли, волосы темнее и длиннее, ровными, словно уложенными прядями обрамляют его лицо. Не такой массивный, но под светлой, практически бледной кожей бугрятся тугие канаты мышц. Лицо не выглядит таким жестким и серьезным, немного хитрее, изящнее. Если тот напоминал мне машину для убийств, вдавливающим меня в пол своим весомым аргументом, то этот походил скорее на аристократа с фиалковыми глазами.

Фиалковыми? Я точно в аду или в раю. Таких глаз в реальности не бывает.

— Я смотрю, ты тоже готовилась, — со смешком произнес он, и его голос напомнил мне искрящееся шампанское. То самое, чертовски дорогое и недоступное, которое стоит в витрине в золотистой и несомненно дорогой упаковке.

— Ч-что?

Он на мгновение закатил глаза и меня кольнула обида.

Да иди ты. Нормально ответить не можешь.

— Ничего. Перейдем к делу.

Я испуганно вдохнула, когда пространство вокруг в очередной раз дернулось, и когда меня опустили в широкую кровать с огромным балдахином, совсем потеряла суть происходящего.

Красивая кровать. Дорогая. На массивных столбах вырезаны странные символы, похожие на буквы и ветки деревьев одновременно. Над головой темно-бордовая ткань, а само помещение практически тонет во тьме.

У них тут совсем со светом плохо видимо. Свечки, свечки, канделябры, и ни одной нормальной лампочки под потолком.

От размышлений о электроэнергии меня отвлек опускающийся сверху мужчина, который не особо то ласково раздвинул мои ноги, пытаясь сжать так, чтобы дернутся было некуда.

Небо и земля.

Если первого я хотела сама, то этот вызывал во мне какой — то противный протест, и желание воспользоваться его шикарным телом сгорало в огне раздражения.

— Да слезь с меня! Ты такой тяжелый! — Упираясь в мужскую грудь руками, я что было сил отталкивала его от себя, но это не сдвигаемая туша по-хозяйски навалилась сверху.

— Тяжелый? Извини, — удивленно произнес он и чуть приподнялся, давая мне вдохнуть.

— Отпусти! Ты кто такой вообще?

— Кто? — спросил так, будто я не могла не знать ответ, и решила над ним поиздеваться. — Я твой муж.

— Ээээ, нет. Я, слава богу, не замужем, и пока не собиралась. Да встань же ты!

— Ты хоть знаешь кто я?

— Тип который наглым образом лезет ко мне в постель!

— Это моя постель, милейшая, — уточнил он. — А ты моя жена. Асу-рай выбрал тебя для меня.

— Чего? Нет, погоди. Я же умерла?

— Жива-здорова, — и чтобы подтвердить свои слова достаточно больно ущипнул меня за ногу. — С чего такие выводы?

— Меня сбила машина.

— Машина? Ты не из этого мира?! — его темные брови поползли вверх, к волосам, и он наконец поднялся, позволяя мне прикрыться краем одеяла и поджать под себя ноги. — Откуда ты взялась?

— С Земли, — неуверенно ответила я.

— С Земли… Хм, интересно, — поднявшись на длинных и крепких ногах, он не стесняясь собственной ноготы спустился с постели и с задумчивым видом направился к книжному шкафу.

А миленько у него тут. Такой будуар графа Дракулы. Все стены в темных красках, изрисованы странными спиралями с различными совершенно не знакомыми символами. Темные непрозрачные шторы и куча книжных шкафов, от пола до потолка забитые огромными фолиантами.

И все же это какие — то сатанисты.

Значит прав был мой одноклассник Миша с длинной черной челкой выкрашенной маминой «Лондой» — Слава Сатане! И как меня сюда занесло? Я вроде не грешила сильно, людей не убивала, убогих не обижала, зла никому не желала, а по итогу этот темноволосый демон с фиолетовыми глазами, стоит опираясь спиной в стену и внимательно читает потрепанную книжку в своих руках.

— С Земли говоришь… Занятно, занятно. Но по факту ничего не меняет, — он артистично захлопнул книжку и отложил ее в сторону, с кошачьей грацией возвращаясь обратно. — Поживешь здесь, со временем привыкнешь.

— П-поживешь?

— Конечно. Мы же супруги, — забравшись на кровать, он медленно двигался вперед гипнотизируя меня своими движениями.

Такой нереальный… Не может человек быть таким гибким и одновременно не сгибаемым. Он смотрел на меня с усмешкой и озорным огоньком в глазах, не смотря вниз, рукой отнимая у меня тот край покрывала, что я успела зацепить.

— Ты даже разницы не почувствуешь, — убедительно шептал он, но я не веря попятилась, отползая в противоположный край кровати. — Правила почти те же, если в вашем мире не многое изменилось с того времени, как появлялась последняя землянка.

— Правила? Это какие же правила? — продолжая отползать, уточнила я, забалтывая упрямого незнакомца, расстреливая взглядом комнату, в надежде найти выход.

— Я мужчина, ты женщина. Я говорю, ты слушаешь.

— У нас давно равноправие.

— Даже так? И как же женщины отвоевали свободу слова?

— Послали мужиков в пешее путешествие и стали создавать пары друг с другом, — мела языком я, уже спуская ногу с края кровати, чтобы бросится бежать прочь.

Опасно! Быть с ним голой в кровати опасно!

— Радикально, конечно. Но я все же убежден, что женщины создания гибкие и ты быстро вспомнишь вложенные в вас природой инстинкты.

— Я, пожалуй, откажусь! А — а!

— Попалась, ведьма! — довольно рыкнул он, утаскивая меня в самый центр постели и одним щелчком запирая руки в железных браслетах над головой.

Хана. Мне хана.