Глава 18
После занятий я дисциплинированно отправляюсь в Библиотеку. Само собой, я знать не знаю, где она, но заряженный на дорогу пропуск, который подписал мне господин Аррих, позволяет без особых сложностей разобраться в хитросплетениях коридоров и выводит прямиком к высоченным дверям Библиотеки.
Пару секунд я стою, прикидывая, как туда попасть. Не стучать же?
В итоге просто прислоняю пропуск к дереву, и дверь тихо, совершенно бесшумно распахивается.
Я захожу и буквально застываю на пороге, даже дыхание от восторга перехватывает.
Потому что не просто библиотека. Это такая Библиотека, где могли совершенно свободно отовариваться книгами драконы в своей звериной ипостаси. Широченные коридоры, высоченные, забитые до отказа фолиантами, стеллажи… Тишина и благолепие. По сравнению с этим роскошеством папенькина замковая библиотека выглядела бледно и неубедительно. Я оторопело изучаю огромные витражные окна, сквозь стекла проходят солнечные лучи, окрашиваясь в разные цвета и расписывая помещение в совершенно невероятные оттенки. Ох, красотища!
Хочется взвизгнуть от восторга, но я, из уважения к культурному наследию, только сдержанно пару раз подпрыгиваю на месте и благоговейно складываю ладони у груди.
– Прыгать иди в спортивный зал, – тут же раздается у меня над ухом противный, знакомый до боли, скрипучий голос.
Я все-таки взвизгиваю и с огромным удивлением смотрю на полупрозрачную здоровенную фигуру, появившуюся из-за крайнего стеллажа.
Фигура до оторопи напоминает ивратника, но с поправкой на пол. То есть, это женщина. Очень, надо сказать, некрасивая женщина. Да еще и с дурным характером, это совершенно четко прослеживается по ее собранным в куриную гузку губам и ледяному высокомерному взгляду.
– Что тебе надо?
– У меня… Вот! – я взмахиваю пропуском, рассчитывая, что Библиотекарь увидит, что я тут на легальном положении, и сменит гнев на милость, но, само собой, этого не происходит.
– Что ты тут передо мной крутишь? Если б пропуска не было, ты бы тут не стояла. Даже зайти не смогла бы. Я спрашиваю, чего тебе надо?
– Мне надо книги по истории! Древнейшей! Пра-драконы, драконы! – выкрикиваю я опознавательные слова, не имея ни малейшего представления, что конкретно спрашивать.
– Хммм… – хмурится Библиотекарь, а затем машет рукой, подзывая смешное мягкое креслице, – садись, стеллаж Д-1 – Д-101.
– Э-это два стеллажа? Да? – с надеждой спрашиваю я, с готовностью усаживаясь в креслице.
– Нет, – рявкает Библиотекарь, – это стеллажи с первого по сто первый! Откуда вас, таких тупых, набирают? И с каждым годом, главное, все тупее и тупее… Хотя, кажется, куда уж больше, но нет, находятся… – Она отворачивается, больше не интересуясь моей персоной, и величественно удаляется по коридору между стеллажами, постепенно испаряясь, что совершенно не мешает ворчливому голосу звучать по-прежнему громко и надоедливо, – вырождение нации… Просто вырождение…
Я, впрочем, не готова выслушивать ее лекцию про вырождение нации, потому что до сих пор в диком шоке от того, сколько стеллажей мне предстоит изучить, чтоб найти нужную информацию для доклада.
Да, господин Аррих умеет мстить изысканно.
Но ничего, Касси не сдаются. И отступают только для того, чтоб взять разбег!
Правда, через два часа я уже не так пылаю энтузиазмом, а еще через часок вообще тоскливо начинаю брать в руки все подряд.
Судя по такой технике поиска, мой доклад рискует остаться ненаписанным еще, как минимум, лет сто.
Нужная информация, как ни странно, сваливается на меня сама. Буквально на голову, уже в тот момент, когда я практически отчаиваюсь что-либо найти в обилии информации и просто катаюсь на своем чудесном креслице вперед и назад по периметру стеллажей, от скуки считая количество красных корешков на фолиантах, а затем количество синих, перемножая это все, вычитая количество зеленых и приходя к логическому выводу, что маяться дурью – это весело, но совершенно неконструктивно.
Книга, здоровенный фолиант в черном переплете, с говорящей картинкой огнедышащего дракона, вылетает из стеллажа под номером пятьдесят шесть и шлепается сначала мне на макушку, чуть не выбив последние мозги, а затем в руки. Да еще и раскрывается на интересном месте, как раз тоже с картинкой, где нарисованы дракон и пра-дракон. В разрезе прямо. И ниже – сравнительная фарактеристика. Прямо столбиком! Бери и переписывай!
Я оторопело осматриваюсь, затем поднимаю голову вверх, к стеллажу, пытаясь высмотреть, откуда выпала книга, но так и не нахожу ни одного зазора. Не иначе, без магии не обошлось. Кто его знает, что тут за волшебные силы бродят?
Одна Библиотекарь чего стоит…
– Э-э-э… Спасибо? – почему-то с вопросительной интонацией произношу я в пространство, вежливо жду ответа, не дожидаюсь, естественно, пожимаю плечами, после чего направляю креслице, как норовистого коня, ногами, к столику, якорюсь там и провожу еще три часа уже с большей пользой, чем до этого.
Очень много всего интересного выясняется, из того, что не преподавали мне приглашенные в папенькин замок учителя. Ну понятно, они, хоть и самые лучшие и дали мне знаний, как выяснилось, гораздо больше, чем обычному, среднему ученику человеческой расы положено, но все же люди.
И обучали они меня, как человека, а не как мага. Так что каких-то вещей знать просто не могли.
Например, что ученые уже давно выяснили: способность оборачиваться у драконов – сто процентов мутация. Как и когда она проявилась – точно неизвестно, но, скорее всего, это произошло еще в те времена, когда человек и драконы были примерно одного размера. То есть… Ну очень давно. Просто очень.
Предполагают, что первоначальным толчком было… Э-э-э… Межвидовое скрещивание? Это как? Это, то есть… Были человекообразные ящерицы? Драконы, похожие на людей? И их потомки…
Я честно пытаюсь себе представить это все, передергиваюсь от жути… И больше не представляю. Все же, очень хорошо, что нам этого не преподавали. Похоже, о таких вещах вообще ограниченное количество людей и драконов знает… И это правильно.
Ладно… С оборотом определились, хотя и сомнительно это все… А откуда магия? Огонь, левитация, умение двигать предметы? Говорят, есть даже те, кто может предвидеть будущее и прозревать прошлое… Правда, я в это не верю, потому что, если б реально были существа, умеющие видеть будущее, то мы бы все войны выигрывали. И не стояло бы сейчас угрозы войны с Севером. И с Югом.
А она есть, не зря же мы так востребованы.
Я читаю книгу дальше, уже забыв о первоначальном задании от господина Арриха, пытаюсь найти предпосылки для появления магии, и не нахожу! Надо еще, значит, книги искать! Хорошо, хоть на тему доклада материала набрала!
Прихожу в себя, ощущая, насколько занемела спина в креслице и покалывает ноги, похоже, окончательно отсиженные.
Все, хватит на сегодня. По крайней мере, не буду дурой выглядеть на следующем занятии господина Арриха, и то хлеб.
Я оглядываюсь, встаю, сладко потягиваюсь, с удовольствием разминая ноги и поясницу, аккуратно кладу книгу на столик и говорю в пространство:
– Спасибо!
Кем бы ни был мой странный помощник, он свою миссию выполнил.
Правда, вопросов у меня в этот раз куда побольше, чем полученных ответов, но ничего. Я же учиться сюда приехала.
Вот и буду все постепенно узнавать.
Когда я выхожу на крыльцо Академии, с удивлением понимаю, что уже давно глубокая ночь.
Путеводные огоньки постепенно загораются по дороге к общежитию для студентов, но все равно идти в немного страшновато.
Темно. Тихо. И как-то… Неправильно. Такое ощущение, что за мной кто-то следит. Кто-то недобрый и внимательный выглядывает меня из темноты.
Я невольно ежусь, проверяю ограничивающий браслет, раздумывая, снять его, или нет… В принципе, он уже не должен особо ограничивать, потому что я сегодня подзарядку у доктора пропустила…
Но снимать не стоит. Пусть те, кто желают мне зла, думают, что я неопасна.
Как любит говорить папаша: «Никто не ожидает, а мы глаз на задницу натянем». Очень популярная среди его друзей и недругов поговорка…
Я топаю по дорожке, стараясь идти быстро, но не нервно.
Нечего показывать свой страх.
И потому, когда передо мной неожиданно возникают три темные фигуры, замотанные во что-то черное, даже не вздрагиваю.
Смотрю на них, молча ожидая дальнейших действий, скромненько сложив ручки перед грудью. Сама невинность и нежность. Ну кто такую няшку обидеть захочет?
– Смотри-ка, это та самая милашка, что стекла в кабинете истории вынесла, – хрипло каркает один из темных, проявляясь сразу, как парень. Или мужчина. Но, скорее – парень.
– Ага… Ограничитель надели? Его же хрен снимешь? – подхватывает другой.
– Да, сама не снимет.
Ой, как интересно… А я-то и не пробовала… Доктор не сказал, что не снимается браслет. Плохо, очень плохо!
– Ну что, красотка, пошли? – говорит третий, и двое из парней синхронно перемещаются по обе стороны от меня.
– А… Зачем?
Я сильнее прижимаю руки к груди и хлопаю ресничками. Надеюсь, получается невинно и в меру жалостливо.
– Как зачем? Пообщаемся ближе!
– Но я вас не знаю…
– Вот и узнаешь! Всех сразу!
Так, ну это уже наглость… И как-то пошло все, грубо. Неправильно.
Я вздыхаю, позволив подхватить себя за локотки, чтоб намерения парней проявились очевиднее, а затем легко шевелю ладошками. Ничего не происходит. Ох… Мамочка… Браслеты действуют?
И вот тут я в самом деле пугаюсь. Настолько сильно, что парней мгновенно уносит от меня порывом ветра чуть ли не к воротам Академии.
Кажется, по пути кого-то из них серьезно бьет дурной башкой о землю. Потому что вой стоит жуткий. У нас волки в поле зимой выли менее страшно, честное слово.
– Ду-у-ура-а-а!!! – Орет тот из парней, который улетел в ближайшие кусты и, стало быть, меньше всех пострадал, – это же посвящение!!!
– Ой… – я совершенно натурально расстраиваюсь, и образовавшийся от этого расстройства ветер дополнительно сбивает ветки с деревьев, а успевшего подняться парня опять уносит в кусты, – я не поняла! Предупреждать же надо!
Я пытаюсь себя успокоить, привести в чувство, заботливо интересуюсь у самого громкого парня, на одной ноте воющего от боли где-то у ворот Академии:
– Ты там как? Нормально все? Может, помощь?
– Пошла к демона-а-ам!
– Ну зачем так грубо? И, в конце концов, вы сами виноваты… – я все же двигаюсь на голос, потому что, ну в самом деле, может, помощь… Так воет страшно. Остальные, главное, помалкивают. Один, мне кажется, уже убежал, потому что ветки так подозрительно трещали в той стороне, куда он улетел… Второй не убегал, было слышно, как он испуганно дышит в кустах неподалеку. А этот… Там явно перелом… Наверно…
Ох, бабка Катаржина… И влетит же мне! А все потому, что переусердствовала в учебе и забыла про подзарядку…
– Вы там где? Давайте, я вам помогу до доктора добраться…
Парень, услышав меня уже гораздо ближе, внезапно дико орет во весь голос:
– Иди отсюда, ненормальная!!! А-а-а-а!!! Помогите!!!
– Ой… Ну и ладно, – обижаюсь я и разворачиваюсь обратно на дорогу к общежитию.
Пока иду, обдумываю сложившуюся ситуацию. Досадно, конечно… Так и не узнаю я, похоже, что такое посвящение…
Вряд ли парни захотят еще разок попробовать… Когда из больнички выйдут. Но я же не знала! Надо же предупреждать!
В принципе, я могу себя утешать тем, что сделала, все, что было необходимо. В конце концов, моя вина только в том, что я браслеты не подзарядила…
А они в следующий раз подумают пять раз, прежде чем тащить беспомощных девушек в темную страшную ночь.
А если бы я испугалась всерьез? А если бы я вместо того, чтоб раскидать, сожгла их?
Это папаша у меня огнеупорный оказался, а они, может, и не прямые потомки драконов… Кто их знает?
В итоге, утешая себя таким образом, я спокойно дохожу до общежития, вежливо здороваюсь с Привратником, удивившись, почему эти странные сущности так спокойно относятся к тому, что на вверенной им территории происходят такие безобразия, проскальзываю к себе в комнату.
Раска уже спит, вольно раскинувшись на кровати, а я, выдохнув, сажусь у окна и задумчиво прочерчиваю пальцем лунную дорожку.
Вспомимнается, как совсем недавно я так же сидела, или нет, стояла, да, стояла у окна. А напротив, прямо на тропе, освещенной полной луной, стоял мой Черный дракон. И повелительно указывал мне, чтоб вышла.
А я ему… Ой… Какая я все же…
Я улыбаюсь собственной смелости, дотрагиваюсь до шеи, на которой все еще темнеют следы от грубых драконьих поцелуев… И вдруг вижу, как прямо напротив, на дорожке, облитой лунным светом, стоит мой Черный дракон.
И повелительным кивком указывает мне, чтоб спустилась…