Глава 31

Прошло две недели с тех пор, как Гарри впал в кому. Маркис навестил его в больнице. Поговорил с лечащим врачом. Утешительных прогнозов не было. Тинто съездил туда, где в последнее время был друг. Владелец фабрики сказал, что ничего подозрительного не было или он об этом не знает. Гарри подписал контракт, потом жил в гостинице, решив отдохнуть. Когда уехал новый партнёр по бизнесу, Баги не в курсе. Да и зачем знать о личной жизни чужих ему людей? Тинто прошёлся по городу, поел в ресторане. Расспросил администратора гостиницы, с кем встречался здесь граф Арно. Его заверили, что в номер к Гарри никто посторонний не приходил. После всего Маркис и Тинто снова встретились, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию. – Я поговорил с несколькими лордами совета. Окольными путями зашёл, чтобы не выдать нас. Единицы недовольны решениями короля и тем, что у власти после него встанет Вэла. Никто из них не хочет лезть на рожон и устраивать переворот. Большинство лордов сказали, что их всё устраивает. Они, как и прежде, получают немалую прибыль со своих предприятий и скачут на балах. Им наплевать на всех, кроме себя любимых, а у них и так всё в золоте и бриллиантах, – вздохнул Маркис. Тинто поднял красивую фарфоровую чашку, поднёс ко рту, прищурил глаза и задумался. – Я слышал, сопротивление из народа собирается. Пока всё тайно, никаких бунтов и митингов. Надо бы их найти, поговорить с главарём, – сказал Тинто. – Надо, я тоже о них слышал. Не найдём этих ребят, бросим лапами сучить. Деньги на детектива потратили, а золотых драконов не нашли. Гарри что-то узнал, но лежит в коме. Никто из высшего света своей шкурой рисковать не хочет, – заявил Маркис. – Ты прав, друг, старые мы уже вдвоём на баррикады лезть. И вообще, нам больше всех надо, что ли? – нахмурился Тинто. *** Милана удивилась, что слухи о её приключении в клубе не поползли по вузу. Даже старые сплетни сошли на нет. Никто не шептался у неё за спиной. Больше всего поразило, что Вэла и её друзья притихли: не пропускали ни одной лекции и держались со всеми хоть и высокомерно, но вежливо. Наступил октябрь. В одну из суббот Милана, наконец, решила навестить отца – она и так уже слишком долго откладывала этот визит. Предварительно девушка попыталась выяснить, как сейчас живёт её родитель. Оказалось, Фред Жирэ работал ведущим специалистом в какой-то научной лаборатории. Он женился – и не на ком-нибудь, а на дочери баронета. Пусть титул и не самый высокий, но семья явно была непростая, из драконов. Милана знала, что дедушка и бабушка со стороны отца были врачами – профессия престижная и уважаемая. Отец – учёный. Девушка надеялась, что и сама станет выдающимся юристом. Не сразу, конечно, но обязательно добьётся своего. Дедушка присылал денег, да и стипендия была хорошая, так что Милана не стала экономить, вызвала такси и доехала до особняка, где жил отец. Девушка видела фотографии этого дома в интернете и легко его узнала. Машина остановилась у ворот. Милана вышла, глубоко вздохнула и направилась к калитке. Дёрнула ручку, было заперто. Пришлось нажать на кнопку звонка. Вскоре из дома вышел мужчина с проседью на висках. Он был красивый и высокий. Милана поняла, почему когда-то мама его полюбила. – Привет, чего надо? – недовольно буркнул мужчина. – Здравствуйте, вы Фред Жирэ? – смело спросила Милана. – Да, – нахмурился тот. – Я ваша дочь. – Ты спятила, какая ещё дочь? Мои дети дома, – тихо, но злобно прошипел мужчина. – Милана Ромистер – ваша дочь от Адели Ромистер, – Милана от изумления округлила глаза. Неожиданно отец схватил её за локоть и оттащил подальше от калитки, потом впился в неё гневным взглядом. – Я сказал: мои дети дома. Адели родила неведомую зверюшку. Хрен знает, с кем она мне изменяла, что получилась такая девка. Она ещё и заявила, что мою фамилию тебе не даст, сохранила свою при росписи, чтобы дочь унаследовала её. Я не позволю тебе разрушить мою семью. Никто здесь не знает, что я когда-то был женат и развёлся. Заявишься сюда ещё раз, я на тебя полицию натравлю. Денег тоже не дам, можешь губу не раскатывать. – У нас хватает денег. Я просто хотела отца увидеть, поговорить нормально. Мама сказала, что Фред Жирэ – редкий ублюдок, и она не понимает, как могла его полюбить когда-то. Я ей не поверила, теперь вижу своими глазами. Тварь и есть, что тут ещё сказать, – Милана развернулась и пошла к остановке автобуса. – Милый, с кем ты так долго общаешься? – услышала она, но не обернулась. – Девушка спрашивала, как улицу Чандраша найти, я объяснил. Идём домой, дорогая, – совершенно спокойно ответил отец. Милана дала себе мысленный пинок. Она никогда больше не будет называть этого урода отцом, даже в мыслях. Не было его и не надо. И всё же было больно оттого, что в очередной раз её не приняли. Когда она ехала сюда, в ней теплилась надежда, что папа увидит её взрослой и смилостивится. Примет как дочь и, возможно, попросит не говорить никому, что она особенная.