Глава 11

Тащусь от нее. Именно эти слова приходят на ум, чтобы описать свои ощущения, стоит вредной Золушке появиться в пределах моей видимости. А сегодня она такая симпатичная, черная юбочка ладно охватывает бедра, подчёркивая рельеф девичьих изгибов, а белая блузка придает праздничный вид. Яркий платочек на шее очень хотелось развязать, чтобы потом пройтись по девичьей коже губами, а затем накрыть ими едва тронутый нежно-розовый помадой похожий на красивый цветок рот. Когда Даша Мельникова рядом, как сейчас в автобусе, у меня просто сносит крышу. Душит, распирает во все стороны, и лопасти внутри бух-бух разгоняют жар по крови. Хорошо, пиджак прикрывает все стратегически важные места.

Блин, такое маленькое ушко, а в мочки вдеты простенькие совдеповские сережки. Наверняка мамины, наверняка бережет как зеницу ока. Мне же, словно вампиру, хотелось впиться в это миленькое ушко горячим поцелуем… и языком залезть внутрь раковины. Какая пытка стоять так близко и не сметь прикасаться. Ужасная… и вместе с тем хочется, чтобы она продолжалась до бесконечности долго.

Что удивительно, в специализированном магазине электроники вредная училка не выпускала своих колючек. Задала лишь парочку уточняющих вопросов. На самом деле дизайн всех досок был примерно одинаковый, отличались только габариты, комплектация и объем возможных функций. Повод ее сюда тащить, как и приходить самому, был абсолютно надуманный. Но когда консультант показал одну хитроумную конструкцию, состоящую из раздвижных деревянных панелей, где можно было писать обыкновенным мелом, под которыми была спрятана интерактивная панель, глаз у Золушки загорелся. В самом деле, это устройство было наиболее удобным, компактным, идеальным вариантом для маленьких классов с толпой не очень аккуратно носящихся детишек. Но, конечно, такое чудо-устройство стоило подороже, чем просто интерактивная доска.

– Давайте мы купим одну такую вот конструкцию, а все остальные доски, которые вы советовали, как наиболее удачное соотношение цены и качества.

Надеюсь, совет директоров не съест меня за такие траты. Но с другой стороны, благотворительная деятельность позволяет уменьшать налоги и положительно влияет на имидж компании. Кроме того, я один из основных акционеров компании, жив останусь. Ну пожурят немного, подумаешь, зато Золушку свою порадую.

Только Дарья Мельникова радоваться не спешила. Более того, совершенно не оценила мое предложение. Кто бы сомневался. Недовольно блеснула сейчас зеленющими глазами.

– Нет, я против того, чтобы вы покупали одну такую конструкцию, это вызовет лишние кривотолки в школе, которые мне совершенно не нужны. Пусть будут все одинаковые.

Все одинаковые, когда у моей вредины загорелись глазки.

– Давайте поступим так, подготовьте договор и счет на четыре конструкции, которые приглянулись Дарье Ивановне. Хотя она и не хочет в этом сознаваться. Закупим их для первых классов гимназии, а для остальных —доски, которые вы предложили как наиболее оптимальные. Дарья Ивановна, вы согласны с таким компромиссом?

Она снова сверкала своими глазищами. Как же хочется сжать ее щечки и поцеловать в губки, а потом притиснуть всю такую миленькую, ладненькую к себе.

– Соглашусь, это хорошее предложение.

Ба, я не ослышался?! Может, стоить попросить еще повторить. Тридцать три раза желательно.

– Как я и говорил – всегда есть место компромиссу, – и озорно подмигнул вредной Золушке.

Сейчас зеленые искорки ее глаз не кололись, а приятно, будто бы даже любовно, щекотали кожу.

Когда мы вышли из магазина, не выдержал, взял в свою лапищу тонкие девичьи пальчики. Не могу, это выше моих сил, быть рядом и не дотрагиваться до этой мелкой вредины.

– Даш, надо перекусить, я ужасно голоден, – причем во всех возможных смыслах этого слова. – Уверен, ты тоже… Вообще, ты такая худенькая, тебе надо лучше питаться.

– Игорь Станиславович, думаю, нам следует попрощаться, – ответила на мою заботу самая несговорчивая Золушка на свете, – и попыталась освободить руку из тисков моей ладони.

Но я не позволил, только сильнее, возможно доставляя лёгкую боль, сжал хрупкие пальчики.

– Конечно, мои старания для школы никто не оценит. Даже спасибо не дождусь за свои труды, – деланно жаловался я. – А мне еще совет директоров убеждать в необходимости таких трат.

В серых глазах засветились смешливые искорки.

– Спасибо, Игорь Станиславович, уверена, дети будут в восторге. А наша школа теперь станет самой модной и современной в округе.

Кажется, сказала вполне искренне, без издевки, и даже по-доброму улыбнулась своими искусительными губами. Какая она безумно хорошенькая, когда улыбается, сейчас расплавлюсь от умиления, или взорвусь от возбуждения.

– Только мне мало одних хороших слов.

И сразу во взгляде красавицы появились ледяные колючки.

– Что мне еще сделать, поклон отвесить или станцевать?!

Хочу и поклонения, и танцев. Но сначала попробую расплавить ледяные колючки. Внутри меня жажда, желание как можно быстрее нарушить границы ее личного пространства. Потащил Золушку по коридору торгового комплекса вперед, потом влево, в сторону туалетов.

– Да что вы себе позволяете! – возмущенно пыхтела Даша Мельникова, пытаясь освободить свою руку, но я держал крепко.

Позволяю и буду позволять, ей лучше смириться. Потому что ее губы – это мой личный фетиш, а еще скоростной лифт прямо в космос. Толкнул милашку в сторону стены. Какая вкусная, сладкая, одновременно отталкивает и губы подставляет, позволяя себя целовать. Запустил руку в темный шелк волос, прижал Золушку как можно ближе к себе. Интересно, она сейчас чувствует то же самое: легкое головокружение и жаркое покалывание во всем теле? Ответила, вот сейчас точно ответила, заскользила по моим губам ответным всасывающим движением. Моя красавица, давно я не чувствовал такого ликования от простого поцелуя. Точнее, никогда не чувствовал… Всегда как должное воспринимал.

Черт, несмотря на волшебные ощущения, следует помнить, что мы в общественном месте, зажимаемся возле туалетов. Надо Золушку отпускать, ибо промедление чревато бурным возмущением с ее стороны. Не успел… Вредная Даша топнула по моей ноге своей туфелькой. Со всей силы… Благо, хоть не хрустальная, и даже без шпильки, лишь на небольшом устойчивом каблучке. Но все равно, млять, чертовски больно.

– Я тебя когда-нибудь отшлепаю по заднице, несмотря на то что ты учительница, – прошипел через стиснутые от боли зубы.

Фыркнула дикой кошкой и поспешила выбраться из укромного уголочка для поцелуев в общий коридор торгового комплекса. Конечно, я послушным побитым собачонком побежал следом.

– Игорь Станиславович, если вы еще позволите себе нечто подобное, я долбану вас… вас… – замялась, пытаясь подобрать слово, – сковородкой.

– Ваше Сиятельство, пожалуйста.

– Ваше Сиятельство, предупреждаю, берегите корону на своей голове.

– Ты что, носишь с собой сковородку?

– Стану носить с этого дня.

– В твою маленькую облезлую сумку, – ах как сверкнула глазищами, – сковородка не поместится. Слушай, – снова схватил девичье запястье, – пойдем, купим тебе наконец приличную сумку. То есть сумку побольше, чтобы точно поместилась сковородка.

– Не надо мне ничего покупать, – уперлась каблуками в пол эта милая строптивица. – И вообще, мне пора домой, нужно к урокам готовиться. Нам следует попрощаться.

– А сковородку в руках будешь носить? Тебя дети не станут бояться? – тянул я Золушку в сторону обувного магазина, от всей души наслаждаясь нашей милой перебранкой. – Тебя примут за сумасшедшую. Ты, конечно, немного необычная девушка, чего только боязнь БМВ стоит, но недостаточно ненормальная для дурки.

– Шутки у вас совершенно дурацкие, – вредничала Даша Мельникова.

– Ты первая про сковородку начала говорить. И вообще, сколько раз тебе говорить, либо ты, либо Ваше Сиятельство, пожалуйста. Для учительницы удивительная непонятливость.

– Зато вы, Ваше Сиятельство, достаточно ненормальный для дурки. Составите компанию тамошним наполеонам и царям.

– Ты ко мне очень несправедлива, – деланно обиделся я, а сам подтащил ее пальчики ближе к своему рту и поцеловал.

– До свиданья, Ваше Сиятельство, – Золушка не оставляла попыток освободить свою руку.

– Ого, какой прогресс, раньше ты говорила: «Прощайте, я больше никогда не хочу вас видеть». А сейчас надеешься на свидание…

Она зашипела, и, не зная, как выразить свое возмущение, словно маленькая рассерженная девчушка, затопала ногами.

– Т-с-с, Золушка, ты ведешь себя как капризная принцесса, люди смотрят.

Особенно какая-то полноватая девица с редкими белобрысыми волосам, даже рот открыла от удивления.

– Послушайте…

– Игорь, послушай, – подсказал ей.

– Игорь, послушай.

И, блин, от этой фразы, произнесенной скорее не с возмущением, а чувственным придыханием (но, возможно, я выдаю желаемое за действительное) меня накрыло… Снова шагнул к ней, сжал руками предплечья и захватил в плен поцелуя сладкие губы. Посреди торгового комплекса, словно влюбленный подросток, а не солидный бизнесмен, директор по инновациям огромного холдинга «Родные просторы». Но как, же сладко, до праздничной эйфории приятно ее целовать. И вредная Золушка совсем меня не отталкивала, позволяла атаковать свои пухлые губы, полностью попав под магию нашего поцелуя. Похоже, ее тоже накрыло…

Блин, Игорь, что ты творишь? Что мы творим?! Опять обратил внимание на все еще глазеющую на нас полноватую блондинку. Черт, надо себя контролировать, того и гляди наше влажное притяжение снимут на телефон и выложат в сеть. По большому счету, мне, конечно, плевать, а вот Золушку может расстроить публичность. Вообще перестанет к себе подпускать. Оторвался от вкусных сладких губ.

– Все, теперь идем есть. Отказ не принимается, – включил строгий директорский тон. – Просто перекус, я больше не буду позволять себе вольности.

– Правда не будешь? – растерянно спрашивала моя милашка, позабыв про свое «выканье».

Глаза до сих пор осоловевшие от нашего поцелуя. А у меня от ее вида и близости так приятно щемит в груди.

– Ну, если ты меня попросишь, то, возможно, я пересмотрю свое решение.

Когда она злилась, ее глаза становились зелеными.

– Напыщенный индюк.

– Прекрасный принц, милая.

– Самовлюбленный павиан.

– Ваше Сиятельство, пожалуйста.

А когда она улыбалась, ее глаза казались голубыми.

* * *

– Сонь, да это же твоя сводная сестра? – удивилась рыжеволосая молодая девушка, указывая на удаляющуюся к кафе быстрого питания парочку. – Какой с ней красивый мужчина.

Не просто красивый, а самый красивый из самых богатых мужчин региона. Ведь рядом с Дашкой шел не кто иной, как молодой совладелец холдинга «Родные просторы», а также его директор по инновациям Игорь Богданов. Она все о нем знала, однажды увидела его во время открытия нового элеватора в хозяйстве «Великомихайловском», поразилась, восхитилась, и с тех пор стала маниакально собирать любую информацию. Игорю Богданову 29 лет, по знаку зодиака лев, по жизни тоже прекрасный уверенный в себе хищник. Холдинг «Родные просторы» основал его дедушка, который в советское время был председателем большого колхоза «Дружба». Во время распада огромной страны, он быстро сориентировался, стал скупать земли, присоединил к себе еще три колхоза, а также приобрел находящиеся тогда в упадке молочный и сахарный заводы. Потом больше…

Но 15 лет назад у Богданова Антона Игоревича диагностировали онкологию. Акции своей компании, в состав которой тогда уже входило 16 больших сельскохозяйственных предприятий, молочный, сахарный и мясоперерабатывающий завод, он разделил между сыном, внуком и дочерью. Сыну досталось 50 % акций, внуку 40%, дочери только 10 %. На тот момент Богданова Людмила прочно обосновалась в США, и ее совершенно не интересовал сельскохозяйственный бизнес отца. Игорь Богданов, закончил Высшую Школу Экономики в Москве, магистратуру проходил за границей, а затем вернулся в родной регион и в холдинг «Родные просторы» в качества зама своего отца. Игорь считается одним из самых завидных холостяков России. В разное время, особенно когда он учился в Москве, ему приписывали романы со множеством девушек. Сейчас чаще всего видят в компании с красавицей Ликой Афанасьевой, дочкой известного ресторатора и хозяина сети продуктовых магазинов. Большинство СМИ уверены, что они скоро поженятся.

Но сейчас этот завидный холостяк России, никого не стесняясь, посреди торгового комплекса целовал ее сводную сестру – заучку Дашку. Вы посмотрите на нее, про какие-то принцевские качества заливала, о порядочности твердила, и даже не намекнула, что раздвигает ноги перед директором по инновациям холдинга «Родные просторы». А как Богданов смотрел на Дашку, даже у нее, просто сторонней наблюдательницы, дух захватило. И потом, словно принц из сказки, целовал прямо посреди торгового комплекса.

Вот вам и зануда Дашка. Наверное, во все отверстия дает, чтобы удержать такого красавца и богача. Правильная Дашка-замарашка. Нет, замарашкой сводная сестра никогда не выглядела, даже в заношенном до дыр платье смотрелась красавицей. Конечно, ее природа щедро одарила: и темными густыми волосами, и красивыми большими глазами, которые меняли цвет в зависимости от одежды. Стройной фигурой, длинными ногами, маленьким аккуратным носиком, и губами, похожими на аленький цветочек. А вот Соньку природа наградила только носом картошкой, блеклыми глазами навыкате и полоской вместо рта. Еще толстыми ляхами и отсутствием талии. Парней она может привлечь только лишь в качестве бесплатной давалки, и то не особо… Ее никогда не будут целовать посреди торгового комплекса прекрасные принцы. Зависть черной едкой щелочью выжигала внутренности. Хотелось сделать что-то гадкое, подлое, чтобы нудная красавица-Дашка, была несчастной, плакала горькими слезами, стала огородным пугалом, а не красавицей. Допустим, повыдергивать ее красивые волосы, сбрить тонкие бровки. А лучше всего плеснуть кислотой в милое личико, навсегда стирая данную матушкой-природой красоту.