Глава седьмая. Злая принцесса

Уже гораздо позже, оставшись наедине с тактично молчавшим водителем в салоне служебной машины, мчавшейся в направлении ее дома, Саша почувствовала, что напряжение ее отпустило. Бокал вина, который она опрокинула после окончательного ухода Иммануила Керимовича, да еще практически на голодный желудок, дал о себе знать, и мысли потекли в каком-то странном направлении. Как Дмит... Дима относится к ней? Еще недавно Саша могла сказать уверенно: ненавидит, презирает, мечтает со света сжить. Называет оборванкой и дурнушкой. Или то была Лена?... В любом случае, недолюбливает. Считает приемлемым говорить пошлости и хватать за одежду, будто она и не женщина вовсе. И в итоге она именно так и воспринимает любой его жест — как не-женщина, как работник вечно недовольного шефа. И уже ничего не смущает, только злит. Потому что, если хоть на мгновение представить, что все это имеет совсем другую природу...

«Но ведь это глупости, — подумала Саша, — он может получить практически любую, которую пожелает. Да хотя бы ту же Лену — ее интеллект в данном случае роли не играет. С его характером... стал бы он со мной вообще возиться?»

Саше на мгновение стало жутко: а что, если действительно в какой-то момент... но она просто качнула головой, отгоняя эту мысль. Она не в его вкусе. Это совершенно точно. Она упрямая простушка, и уже обоим им очевидно — все сводится к тому, кто кого продавит. Секс или чувства вне правил, так что можно быть спокойной.

«К тому же, у меня почти есть парень», — улыбнулась Саша.

Захотелось внезапно позвонить Олегу, просто спросить у него, как дела, но, достав мобильный и взглянув на часы, Саша вновь положила его в сумочку. Половина десятого. Слишком поздно.

На следующий день им предстояло много работы — это Саша сама осознавала. Теперь, когда она поприсутствовала на встрече, необходимость многих отчетов, которые она считала «издевательством» или мартышкиным трудом, прояснилась сама собой. И девушка уже знала, какие данные следующими потребует начальник.

И утро это выдалось совсем другим.

Стандартное: «Здравствуйте, Дмитрий Игоревич».

И уж совсем неожиданное: «Доброе, Александра. Заходи, садись. Хорошо выглядишь».

Саша сегодня действительно послушалась его, надела костюм. Просто поняла, что Дима прав, что никакими ухищрениями не добиться уже дружеского отношения — кто-то прознал о ее новой должности, позавидовал, начал делать гадости. А ведь она даже им не начальник.

На столе в этот раз стояло две чашки ароматного горячего кофе, ее ждали. И то, что раньше смутило бы, теперь только вселяло уверенность.

— Чем порадуешь? — спросил Дима.

— Раз заказчик не работает с женщинами, можно скинуть на них оставшиеся проекты мужчин. Получится по одному на каждую, при этом выполнены они уже на восемьдесят процентов. Довольно стандартные. Если даже предположить, что чужой проект они начнут выполнять после окончания своего, то закончить должны к концу января. То есть уложиться в срок.

— И чем это лучше нынешнего распределения?

— Мужчины приступят к заказу Иммануила Керимовича сразу и все одновременно, а значит, и срок сдачи будет более-менее известен. Там пакет пересекающихся проектов, как я поняла, никому не придется никого ждать. И, главное, новогодние каникулы, десять дней, которые просто теряются, если на тебе висит почти выполненная работа. Они смогут потратить их на ознакомление с сопутствующей документацией, а женщины — вникнуть в суть чужого проекта. Таким образом, сразу после праздников можно начинать работу, а не тратить время на то, чтобы разобраться с деталями.

Дима слушал Сашу, едва заметно улыбаясь. Она так старалась повысить эффективность их отдела, что готова была заставить людей работать на праздниках — видимо, у самой никаких планов на это время не было. Но догадывалась ли об этом, глядя на безликие цифры?

— Хорошо, я подумаю над твоим предложением. Спасибо, — Дима придвинул к себе бумаги с расчетами, что принесла Саша. — Что-то еще?

— Вы упомянули, что потребуется от четырех до шести месяцев для выполнения его заказа...

— Примерно.

— Все это время только шесть человек смогут выполнять работу для других клиентов. Вот эта фирма, — Саша указала на строку таблицы, — всегда предлагает непростые, но дорогие проекты. В месяц они приносят больше всего дохода. Но вот это — наши самые старые партнеры, которые всегда готовы проявить лояльность, перенести сроки. За полгода они могут подыскать нам замену. Это все.

— Молодец, что занялась этим. Начинаешь вникать, — добродушно усмехнулся Дима, — кстати, сегодня в четыре ты нужна мне в коктейльном платье.

— Хорошо, — Саша восприняла эту новость совершенно спокойно, будто у нее где-то был спрятан шкаф со всеми нарядами, — могу я узнать, какие данные...

— Ничего не надо, — отмахнулся Дима, — всего лишь мероприятие у наших конкурентов, которое нельзя пропускать. Ты нужна мне исключительно как эскорт. Молчаливый и выдержанный.

Последние слова звучали как-то настораживающе. Хотя, можно предположить, что деловые соперники не поскупятся на гадости. Что ж, у нее хватит ума не отвечать на провокации.

— Зайдешь готовая в три. А пока иди работай.

Саша кивнула и отправилась доделывать проект.

Где-то в половине третьего она, закончив с работой, подошла к лифту, нажала кнопку вызова, а когда створки разъехались, удивленно уставилась на Олега.

— Привет, — улыбнулся он. Руки у мужчины были заняты системным блоком, который он после починки отвозил на второй этаж. — Вниз?

— Вниз. Привет.

Саша скользнула в кабину, нажала кнопку гаража.

— Как у тебя дела?

— Все хорошо. Хотела тебе вчера вечером позвонить, поболтать, но поняла, что уже поздно, — призналась девушка.

— Для тебя никогда не поздно, звони.

Лифт остановился, и за мгновение до того, как двери раскрылись, Саша чмокнула его в щеку.

— Эй, так не честно, у меня руки заняты! — в шутку возмутился Олег, но тут же осекся, когда створки разошлись в стороны. Ожидавшие в коридоре коллеги вежливо поздоровались, а мужчина вынужден был выйти на своем этаже.

Саша же проехала ниже всех, в подземный гараж. Она поняла, что оставлять вещи в кабинете теперь опасно, а потому поступила проще — разложила их в большом багажнике служебной машины Димы. Таким образом она могла переодеться всегда и везде, куда бы они не отправились. Сам начальник в багажник никогда не заглядывал, вообще им не пользовался, а платья и костюмы в чехлах не мялись и не пачкались. К тому же водитель всегда находился рядом с машиной, чтобы открыть, а переодеться она могла и в одной из комнат охраны. Те, конечно, посмеивались, но не возражали.

Расправив легкую ткань коктейльного платья, надев туфли с полагающимися высокими шпильками, Саша вернулась к лифту. Двери открылись сразу — он ждал на этом этаже — и девушка вскрикнуть не успела, как Олег мягко затянул ее в кабину. Еще не сомкнулись створки, скрывая их от темного и холодного помещения гаража, а мужчина уже обнял ее, прижал к себе, отыскал губы горячим поцелуем. Саша вспыхнула мгновенно, как спичка. Разбежались по телу обжигающие искры, собираясь в животе, закружилась голова, и она сама привстала на носочки, обхватив руками его шею, не позволяя отстраниться. Они забыли обо всем на свете: и о камере в лифте, и о том, что едут наверх, где ждут другие работники, и о самой работе. Упавший с плеч Саши пиджак накрыл так и не доставленный системник, теплые руки Олега нежно скользили по ее открытой спине, заставляя невольно прогибаться ему навстречу, а они оба никак не могли друг друга отпустить, прервать такой сладкий и желанный поцелуй.

Звякнул лифт, возвещая о прибытии на этаж.

Саша отшатнулась, подхватила пиджак, улыбаясь и стараясь выровнять сбившееся дыхание, буквально выскочила в коридор, не отводя взгляда от счастливых глаз Олега. «Помада», — жестом показала она, чтобы мужчина избавился от следов их преступления, а сама отправилась поправлять макияж в дамскую комнату.

Саша пришла в три, как он и просил — в элегантном платье с вышитым верхом и открытой спиной, аккуратной прической, чуть более заметным макияжем, оттенявшим серые глаза. Отчего-то румяная и улыбающаяся, еще не подозревавшая, в какое осиное гнездо им предстоит сунуться. Но Дима сейчас смотрел на губы, яркие и припухшие, словно после поцелуев, и думал совсем о другом — есть ли у нее кто-то? Сама мысль о том, что у такой тихони может появиться парень, да еще практически у него под боком, казалась глупостью — и только поэтому Дима все еще не вспылил.

— Иди сюда, хочу тебе кое-что показать, — произнес он и, подождав, пока Саша приблизится, открыл боковую дверь. — Найти тебе кабинет рядом оказалось непросто, поэтому я распорядился поставить стол тут.

Девушка шагнула в небольшую уютную комнату, предназначенную, скорее всего, для отдыха — на эту мысль наводил диван с двумя креслами вокруг журнального столика. Еще здесь находился шкаф, телевизор, встроенный в стену бар и холодильник, неуместно смотревшийся рабочий стол с удобным кожаным креслом на колесиках. Вторая неприметная дверь вела, как Саша позже выяснила, в полноценную ванную комнату с душевой кабинкой. При желании, на рабочем месте можно было жить.

— Ну как? — Дима положил ладони ей на плечи, стоя чуть позади, словно приобнимая.

— Я смогу тут работать, — с трудом выдавила Саша.

От теплых рук Димы внутри все холодело. Они были здесь одни, и, как не пыталась Саша не думать о чем-то кроме работы, она просто не могла не почувствовать напряжение между ними. Ладони нежно скользнули к ее локтям, девушка замерла, со страхом ожидая прикосновения. Димино дыхание щекотало открытую шею, и она уже почти чувствовала, как поцелуй обжигает кожу. И что тогда?

— Саша, что с тобой? — Дима уже стоял в дверях, и его голос звучал мягче, чем обычно. — Плохо?

— Нет, я...

«Что я себе надумала?! Вот дурочка! Перестань уже так реагировать, он просто любит всех хватать!»

Девушка тяжело выдохнула, подняла голову и открыто улыбнулась.

— Все хорошо, Дмитрий Игоревич. Я готова идти.

Она даже не представляла, чего ему стоило удержать себя в руках.

Коктейль-вечер проводился, не смотря на холодную погоду, в большой палатке-шатре, какие Саша могла видеть только на свадьбах в американских фильмах. Устроители почему-то решили, что это будет оригинально: когда за клеенчатыми окнами падает снег, а внутри, среди уличных обогревателей и больших вазонов с цветами прохаживаются гости в легких нарядах. Девушка, поколебавшись, все же отдала свое пальто швейцару и поспешила за Димой, пытаясь держаться за его плечом. Людей внутри было достаточно много, потеряться не составило бы труда, а она должна всегда находиться рядом с шефом, не упускать его из вида. Вдруг все же понадобится что-то спросить? Или ее представить.

Так и случилось. Дима знал здесь почти всех, со многими здоровался: с кем-то тепло, с кем-то с едва сдерживаемым взаимным презрением. Время на знакомства не терял, да Саша и сама не смогла бы запомнить столько новых лиц и имен.

Наконец, когда гости стали сливаться для девушки в одну пеструю массу, Дима направился к столу с угощением — и она за ним. Большинство закусок выглядели так необычно, что Саша и представить не могла, как их правильно есть, потому положила себе на тарелку пару корзиночек и канапе. Пообедать она опять забыла, к тому же решила, что надо пользоваться возможностью и пробовать. Дима выбрал себе сдержанный коктейль и обвел глазами шатер.

— Могу я узнать повод для мероприятия? — поинтересовалась Саша.

— Довольно печальный, — неожиданно хмуро ответил начальник.

— А, так вот как ты воспринимаешь теперь мой юбилей! — вынырнувшая из толпы женщина лет тридцати в сверкающем серебристом платье, с бокалом шампанского в руках, остановилась перед ними и так пристально посмотрела на Сашу, что та нашла необходимым сказать:

— С днем рождения вас.

— Твоя очередная сучка? — надменно произнесла именинница, и Саша вздрогнула от такой грубости.

— Не суди по себе! — зло оборвал ее Дима.

— И кто же меня такой сделал? — невозмутимо поинтересовалась та. Вновь окинула Сашу презрительным взглядом. — Беги, дуреха, пока он и твою жизнь не растоптал!

А затем, вздернув подбородок, медленно удалилась.

Минуту они оба молчали, потом Дима перевел взгляд на Сашу.

— Успокойся, — жестко приказал он. Не хотел, чтоб его бывшая жена заметила, что смогла задеть девочку.

Саша чуть дрогнувшей рукой забрала его стакан, опрокинула залпом и поставила на стол. Алкоголь колючим ежом прокатился по горлу.

— Я спокойна, Дмитрий Игоревич. Все в порядке, — чуть хрипло ответила она.

Он пристально посмотрел на помощницу. Кроме легкого румянца, чуть покрасневших ушей и злого взгляда — ничего лишнего. Она стала куда сильнее.

— Пойдем, я познакомлю тебя с полезными людьми, — приобнимая девушку за талию, произнес Дима. — Полезными и куда более приятными.

— Неужели тут такие бывают? — с сарказмом ухмыльнулась Саша.

— Ты не поверишь.

Спустя полчаса она пригрелась под одной из огромных ламп, наблюдая за начальником, который дружески беседовал с кем-то у бара. Все же в таком легком платье здесь было слишком зябко, а может, во всем виноваты чужие недобрые люди. Когда Саша впервые вышла в свет, рядом находилась верная подруга, потому и чувствовала она себя увереннее...

— Вот она, посмотри, — раздался рядом знакомый голос, и Саша повернула голову — виновница торжества вместе со своей знакомой обсуждали ее, стоя в паре шагов и совершенно нетактично осматривая с макушки до пяток, — какая пигалица.

Саша вновь отвернулась, делая вид, что ничего не слышит, хотя при всем желании не могла пропустить ни слова. Но женщина никак не успокаивалась. Подойдя вплотную, она брезгливо ткнула Сашу в плечо.

— Эй, ты не глухая случайно? Хотя Дима и глухой не побрезгует, — подруги переглянулись и звонко засмеялись, — он даже со своей мозгоправшей спал, когда у нее лечился, он тебе рассказывал? Или ты игрушка не говорящая, как надувная кукла?

У Саши кончилось терпение. Она долго сдерживалась, не желая подставлять Дмитрия Игоревича (кто знает, как ей разрешалось реагировать), но эти... дамы перешли все границы.

— Я его личный помощник, и у нас сугубо деловые отношения, — тихо процедила она. — Меня не волнует личная жизнь начальника. А вы ведете себя, как быдловатая школьница, и я прошу избавить меня от подобного общества.

— Ах ты ж... — задохнулась от возмущения именинница, впервые не найдя слов. Саша едва успела зажмурится, как шампанское выплеснулось ей в лицо, а, когда она открыла глаза — подруг уже и след простыл.

Она смахнула капли с щек, оглянулась в поисках салфеток, и тут подошел Дима, протянул ей свой платок.

— Не знаю, что ты ей ответила, но эффект был потрясающим, — шепнул он, беря девушку за локоть и чуть наклоняясь к уху. — А теперь приводи себя в порядок — и покинем этот цирк. Пока ее папочка не подоспел.

Саша понятия не имела, что там за папочка у этой хамки, но послушалась, быстро промокнула лицо и платье, поправила намокшие пряди. Укуталась в предложенное пальто и вышла вслед за Димой на улицу. Чуть удивилась, когда он сел на заднее сидение в подъехавшей машине, а не вперед, как обычно, но ничего не сказала, отвернулась к окну.

Саша так и не поняла, как он заметил. Может, в отражении в стекле, когда свет упал сбоку, а может, просто знал. Но она была уверена, что не произнесла ни звука — просто Дима вдруг потянулся к ней, мягко развернул за подбородок лицо, по которому все еще катились крупные слезы.

— Все в порядке, — шепотом выдавила Саша, но голос все равно дрогнул.

Он осторожно провел пальцами по искусанным в кровь губам, наклонился почти к самому лицу, и сердце Саши екнуло в груди, когда их глаза и губы оказались так близко. Но вместо поцелуя — просто крепко прижал ее к себе, и девушка, выдохнув, судорожно зарылась лицом в широкое плечо.

— Не слушай ты этих дур, — тихо произнес Дима.

— Врут?

— Даже, если не врут — не слушай.