Глава девятая. Кольцо дорогой бабушки

Саша влетела в кабинет начальника в двадцать минут второго и облегченно выдохнула, обнаружив, что его нет на месте. Может, тоже обедать ушёл? Стягивая на ходу пальто, открыла дверь в свою комнату и замерла на пороге — Дима сидел на диване, расслабленно откинувшись на спинку и пролистывая что-то в ее ноутбуке.

— Ты опоздала, — обманчиво-беспечно заметил он.

— Простите, Дмитрий Игоревич...

— Ты опоздала! — голос зазвучал громче, мужчина захлопнул и отшвырнул на диван ноутбук. — Где ты шлялась?

Внутри Саши внезапно закипела злость. Как он смеет так с ней обращаться?

— Была на обеде и задержалась, — спокойно ответила она. — Можете лишить меня премии.

— Нет у тебя никакой премии!

— Или уволить, как пожелаете.

Конечно, она очень не хотела этого. Но выслушивать грубости из-за каких-то двадцати минут...

— Обеда у тебя больше не будет, — отрезал Дима.

Как это «не будет»?! Он что, голодом ее уморить хочет?

— По трудовому законодательству... — уверенно начала Саша, но Дима ее прервал:

— Забудь о нем, тебя оно не касается. Есть только соглашение между нами.

Что? Нет, она же не в рабстве! Возможно, это еще могло сработать в начале, когда она действительно его боялась, но не теперь.

— Глупости! Нельзя вот так просто приказывать человеку...

— Можно. Дело лишь в цене его согласия.

Саша собиралась в очередной раз возмутиться, но тут звякнул ее мобильный, и девушка машинально опустила взгляд на экран. Глаза стали шире, а слова застряли в горле, когда высветилось сообщение с суммой зарплаты за неполную рабочую неделю.

Дима поднялся с дивана и, проходя мимо шокированной Саши, легонько похлопал ее по щеке. Он угадал. А жаль, почему-то надеялся, что эта окажется другой.

— Ну что, ты готова?

Саша, которая переодевалась, когда он появился, и едва успела нырнуть в вечернее платье, испугалась, но даже не вскрикнула.

— Почти, — выдавила она.

Дима, вместо того, чтобы выйти и дать девушке спокойно собраться, приблизился, коснулся расстегнутой молнии. Саше осталось лишь молча приподнять еще распущенные волосы, чтобы они не попали в застежку.

— Сегодня особенно тщательно следи за языком, — предупредил Дима, — ты должна им понравиться.

— Кому им? — молния сходилась мучительно медленно, от его присутствия за спиной пекло в затылке. — Очередным вашим бывшим?

— Нет, — Дима расправил тонкие бретельки платья, не скрываясь погладил пальцам молочные плечи. — А что, тебя это так задевает?

Саша резко развернулась к нему.

— Нет, мне безразлична ваша личная жизнь. Меня задевает их хамское поведение и грязные намеки.

Дима как-то странно улыбнулся. И неожиданно обнял Сашу за талию, прижав ее руки к телу, привлек к себе. Мгновение полюбовавшись испуганным взглядом, наклонился к уху, касаясь щеки своей и заставив голову привычно закружиться от запаха сандала.

— А многие были бы счастливы стать ко мне ближе. Твоя подружка, например. Как ее звали?

— Оставьте Жанну...

— Да нужна она мне! — шею под ухом обжег легкий поцелуй, и Саша вздрогнула всем телом.

— Что вы себе позволяете?! — она оттолкнула его, вырвалась, но Дима и не держал. Наоборот рассмеялся, увидев такую реакцию.

— А вчера ты была не против объятий.

— Вчера я не сдержала эмоции... — виновато отвела взгляд девушка. Кто же знал, что он припомнит ей эту слабость.

— Будем считать, я тоже не сдержал, — на самом деле, Саша еще не использовала духи, и от ее родного яблочно-коричного аромата ему хотелось не просто едва коснуться — впиться губами в сладкую кожу. Спуститься дорожкой из поцелуев к плечу, сжать его зубами, оставляя свою отметину. Узнать, что она будет бормотать, когда забудется от ласк. Дима встряхнулся, стал серьезней. — Дай правую руку.

Саша послушалась, ожидая очередной издевки. И действительно, как еще объяснить простое колечко, что он надел ей на безымянный палец? Неужели не мог подыскать более дорогое украшение?

— Это кольцо моей горячо любимой бабушки, которое я хранил для особенной девушки, — пояснил мужчина, — чтобы сделать ей предложение.

Предложение? Саша невольно попятилась, не веря своим ушам. Нет, на такое она не согласна!

— Как мнго эмоций, — ухмыльнулся наблюдавший за ней Дима. — Но сегодня придется притвориться, что ты этому очень рада.

— Я не понимаю, чего вы от меня хотите... — буркнула Саша, пытаясь снять кольцо. Все эти его игры зашли уже слишком далеко.

— Оставь. Сегодня мне надо выглядеть человеком, который решил остепениться. И личная помощница — хороший наглядный вариант. Я не требую от тебя чего-то особенного, просто притворись счастливой невестой, — Дима задумчиво оттянул лямочку ее платья, будто хотел снять с плеча, но потом передумал. — Впрочем, инициатива приветствуется.

Саша досадливо закусила губу. Он никогда не просил ее сделать что-то просто так, но порой это действительно выглядело как форменное издевательство.

— И я предупреждал на счет вредной привычки, — заметил Дима. — Еще раз так сделаешь — поцелую. Судя по твоей реакции, за наказание сойдет.

Саша тут же прикрыла рот ладонью и полезла в сумочку за косметикой. Она надеялась, что Дима не станет наблюдать за таким скучным для мужчины занятием, как нанесение макияжа, но он уселся на диване и остался, а девушка постаралась сосредоточиться на своем отражении, рассуждая, можно ли засудить начальника за домогательства. Верилось как-то с трудом. Да и она в этой ситуации не выглядела невинной жертвой...

Театр впечатлял с первого взгляда — белый мрамор, золоченая лепка, алые дорожки и бархатные поручни на лестницах. Мужчины в пиджаках и галстуках, а иногда и костюмах тройках, женщины преимущественно в вечерних платьях. Бра в виде горящих свечей и огромная, сверкающая люстра в главном зале.

— Не вертись так, — шепнул Дима, осторожно беря Сашу под руку.

Он сегодня вел себя на удивление галантно: помог выйти из машины, пропустил вперед в дверях, снял с плеч спутницы пальто. Видимо, вовсю вживался в роль. А Саша первая заметила в толпе Иммануила Керимовича с пышной дамой в алом платье, кивнула на него Диме. Она искренне надеялась, что это простое совпадение, они поздороваются и все, но начальник ее разочаровал:

— Пойдем, это я его пригласил сюда.

Пришлось нацепить обязательную улыбку и отправиться к паре колобков. Липкий жадный взгляд вновь пополз по фигуре Саши, едва Иммануил Керимович ее увидел — хотя платье в этот раз было довольно закрытое.

Как раз к тому моменту, как они закончили обмен приветствиями и любезностями, к ним подошла еще одна пара, гораздо старше по возрасту. Седовласому высокому мужчине было около пятидесяти пяти, его даме — возможно, чуть меньше. Оба при этом держались легко и прямо, будто чувствовали себя гораздо моложе, а одеты были с такой элегантностью и стилем, что им могли позавидовать остальные посетители. Дима тут же взялся всех знакомить.

— Леонид Петрович, Марта Витальевна, добрый вечер. Рад вам представить нашего нового партнера Иммануила Керимовича Акимова с супругой. Иммануил Керимович — Леонид Петрович и Марта Витальевна Олимпиевы, совладельцы и главные руководители нашей компании.

Мужчины обменялись рукопожатиями, дамы сочли необходимым кивнуть друг другу. Саша скромно стояла на своем обычном месте — за левым плечом начальника.

— А что за чудесная девушка тебя сопровождает? — вдруг поинтересовался Леонид Петрович.

— Александра Соколова, мой личный помощник и с недавнего времени — моя невеста.

Брови Леонида Петровича на секунду удивленно приподнялись. Саша видела его всего лишь пару раз, издалека, во время торжественных собраний на день рождения компании и никогда не поверила бы, что удастся встретится лично.

— Рад с вами познакомиться, — руководитель осторожно пожал ее пальцы, — ваша храбрость подтверждает, что вы не зря носите столь громкое имя.

Саша смутилась, не совсем понимая, о чем он, не зная, что ответить. Поэтому лишь улыбнулась и поблагодарила. Вот только Дима теперь отчего-то выглядел недовольным.

— Давайте пройдем в зал, скоро начало, — поторопил он всех, не давая начаться разговору. Главное уже произошло — удачной крупной сделкой перед начальством похвастался, «невесту» представил. Теперь оставалось лишь без потерь пережить этот вечер.

Однако для Саши все только начиналось. Леонид Петрович проявил к ней неожиданный пристальный интерес, в антракте забросал ненавязчивыми, но порой непростыми вопросами, на которые пришлось срочно придумывать ответ. Тактичный, но напористый, с обманчиво мягким голосом и спокойной улыбкой, он оказался приятным собеседником — но все же изрядно вымотал ее. Саша чувствовала, как нервничает стоящий рядом Дима, и даже взяла его под руку, умиротворяюще поглаживая по запястью — ей и так тяжко, а тут еще опасения, что шеф выйдет из себя.

При всем этом она принципиально не стала врать.

Когда ее спросили, как они с Димой познакомились — честно ответила, что подруга впервые вытянула в кафе, но ей самой там не понравилось, поэтому и обмолвились всего парой слов. А потом уже состоялась внезапная встреча при переводе в новый отдел.

Леонид Петрович удовлетворенно кивнул — он не поверил, если бы услышал иную версию.

— И что же вас так привлекло в Дмитрии Игоревиче? — поинтересовался руководитель, хитро глядя на Сашу, будто уже предугадал ответ.

Знал бы он действительно правду...

— Его профессионализм, — спокойно ответила девушка, — он готов не только работать сутками — одно это не приведет к успеху, но и выискивать все возможности, чтобы угодить клиенту и повысить производительность отдела. Он разбирается в людях, как партнерах, так и подчиненных. Он буквально живет своим делом, думает о нем постоянно, почти не позволяя себе расслабляться.

Леонид Петрович хмыкнул, задумчиво потирая подбородок.

— Мне кажется, милая девушка, вы смогли рассмотреть все самое лучшее в этом человеке, — наконец произнес он, — Дмитрию с вами очень повезло.

— Спасибо.

— А вот вам не стоит путать уважение и восхищение с чем-то иным...

Саша не нашлась, что ответить, лишь растерянно улыбнулась. Леонид Петрович, казалось, видел их насквозь, не смотря на все ухищрения. И не верил. А еще, он явно недолюбливал Диму.

За происходящим на сцене девушка почти не следила: по одну руку от нее сидел начальник, по другую — более высокий начальник, и к ее собственным переживаниям прибавлялось еще волнение Димы, которое Саша отчего-то ощущала, как свое собственное. Она никак не могла его успокоить.

К счастью, после окончания спектакля допрос не повторился: единогласно похвалив пьесу, пожелав друг другу хорошего вечера и пообещав обязательно встретиться в театре вновь, они разошлись по своим машинам. Саша устало упала на заднее сидение, Дима занял место рядом с водителем и в сердцах пнул кузов.

— Старый мудак!

Саша прикусила язык. Начальник в таком состоянии был опасен, это девушка уже успела усвоить. И теперь все, о чем она мечтала — побыстрее добраться домой.

Но машина внезапно свернула в главного шоссе, стала петлять переулками, и вдруг Дима грубо приказал:

— Тут останови!

Автомобиль замер, а мужчина обернулся к изумленно притихшей Саше:

— Переодевайся в брючный костюм.

— Прямо здесь? — девушка оглянулась по сторонам — в десятке метров виднелась одинокая лампа над какой-то дверью (скорее всего, служебной), в остальном же вокруг лежали высокие сугробы и порой сновали распуганные шумом кошки.

— Здесь и сейчас! — рявкнул Дима.

Поежившись, Саша достала из багажника костюм и стала стягивать платье. К счастью, начальник с водителем все же покинули салон, а места в машине было достаточно, чтобы она могла распрямиться практически в полный рост. И все же поведение Димы пугало. Что он задумал?

Когда Саша кое-как выбралась, в трудом отыскав расчищенную от снега дорожку, выглядела она так, будто собралась на серьезную деловую встречу. В одиннадцать часов вечера.

— Миша, салфетки, — кивнул Дима, и водитель тут же принес упаковку влажных детских платочков.

— Стирай помаду и тени, остальное оставь, — указания становились все более странными. — Волосы собери в хвост.

Саша не стала спорить: она все сильнее замерзала, стоя на улице без пальто.

— Отлично, теперь идем.

Дима широко зашагал вперед, а девушка, опасливо оглянувшись на уезжающую машину, поспешила следом — к той самой двери, освещенной единственным фонарем.

Мужчина постучал в нее громко и отрывисто — так, будто был точно уверен, что в столь поздний час ему откроют. И действительно открыли. Высокий и крепкий охранник в пиджаке оглядел нежданных гостей и вопросительно уставился на Сашу.

— Она своя, — спокойно заверил Дима.

Охранник молча отошел в сторону, пропуская их внутрь, в освещенный редкими неоновыми вспышками полумрак, сочившийся ритмичной, ленивой и сладкой музыкой.

— Что значит «своя»? И куда мы...

— Цыц! — оборвал ее Дима. — Не привлекай к себе внимания.

Саша зло нахмурилась и замолчала. Правда, довольно скоро она сама нашла ответы на свои вопросы: в средних размеров барном зале присутствовали одни мужчины. Это не было каким-то стриптизом — на небольшой сцене пела девушка в экзотическом, но все же довольно приличном наряде — скорее клубом для состоятельных джентльменов. И тех, кто себя к ним причисляет.

Дима выбрал столик в углу, и к ним тут же подошла официантка. А вот ее форма вполне могла продаваться в магазине укрепления семьи — юбка не прикрывала почти ничего, оставалось лишь надеяться, что тут нет сквозняков и бедняжку не продует. Может, чтобы согреться, она и бегала так быстро? Во всяком случае, заказ стоял перед ними уже через пять минут.

Саша окинула взглядом стройный ряд стаканов с алкоголем и еще раз спросила себя — зачем она тут?

— Я старалась отвечать так, как вы и просили, — понимая, что играет с огнем, но не желая оставаться виноватой, все же произнесла она.

— Да какая разница?! Он тебе не поверил! — Дима потянулся к первой порции и залпом опрокинул ее в себя.

Саша нервно облизнула губы — начало ей уже не нравилось. И ему удобнее будет просто сорваться на ней. Ну уж нет!

— Дело совсем не во мне, — хмуро заявила она.

Дима смерил помощницу взглядом, в котором явно читалось удивление ее наглостью.

— Рот закрой, — кинул он, и подтолкнул к ней один из стаканов. — Пей.

Саша даже не посмотрела на стол, молча поджала губы.

— Тебе рассказать, что это за милый старичок, с которым ты сегодня беседовала? — вопрос был риторическим, и после него исчезла еще одна порция. — Двуличная тварь, помешанная на своих глупых принципах. Он собственных детей воспитал так, что дочь гнет спину, работая врачом на скорой в Америке, а сын, который мог бы наследовать дело, боится ответственности и денег. Потому что деньги, видите ли, развращают. И лучше жрать разводную лапшу с черным хлебом — но чувствовать себя чистым, честным и просветленным, — еще один стакан опустел.

Саша молчала.

— Все, что приносить хотя бы средний доход — уже гадость и грязь. И я в ней увяз, и ты измажешься по уши. Особенно, если начнешь тратить эти деньги на себя. Ведь хорошо жить — стыдно. По их мнению.

Очередной стакан стукнул о стол. Слишком быстро Дима уничтожал свой заказ.

— Я в этой компании уже пятнадцать лет. Начинал студентом и сделал все возможное, чтобы заменить ему дурачка-сына. Не предал и не ушел, даже когда был женат на дочери конкурента. И какова плата за преданность?! Презрение. А знаешь, почему? Потому что я хочу жить так, как позволяет мне положение. Я достаточно пашу ради этого. Что, думаешь, я не прав?

Саша лишь незаметно сглотнула.

— Смотри-ка, какая послушная, сказали молчать — молчит, — усмехнулся Дима. — Пей.

— Я не буду, — выдавила Саша.

— Да и ладно, — он выудил из ее стакана кусочек нерастаявшего льда, встряхнул, повертел между пальцами и поднес к Сашиной щеке. Холодок обжег кожу, выписал на лице спираль и спустился в воротник пиджака — по шее, назад, к затылку и еще ниже, к выпирающему позвонку. Сашу внезапно пронизал разряд тока, заставив передернуть плечами и едва ли не охнуть.

— Кажется, я нашел у тебя чувствительную точку, снежная королева, — довольно ухмыльнулся Дима. — Готов спорить, все тело в мурашках, а там... — он попытался оттянуть ее блузку, но девушка перехватила руку.

— Вы переходите все границы, Дмитрий Игоревич, — голос дрожал от злости. — И вы пьяны.

— Не настолько, чтобы не преподать тебе урок общения с начальством... пару раз, — мрачно ответил Дима. Ничего похожего на заигрывание в его тоне не звучало — скорее обещание, больше похожее на угрозу. Да и пьяным он в привычном смысле слова не выглядел — лишь становился все грубее и резче.

«Проблема не в деньгах, — вдруг осенило Сашу, — руководителю не нравится, как Дима относится к людям. Потому и нееста была нужна — показать, что нагулялся, стал мягче, а деньги нужны для семьи».

— Тогда я лучше пойду, — отрезала девушка, — поучите кого-нибудь другого.

— Проваливай, — отмахнулся Дима, жестом подзывая официантку.

Саша секунду колебалась, понимая, что теплая одежда осталась в неизвестно куда уехавшей машине, а затем мысленно плюнула на все и решительно направилась к выходу.

— Не нужен мне никто другой, — пробормотал Дима, когда помощница скрылась из виду, и повернулся к подошедшей официантке. — Повтори.

Саша в этот момент, стоя на улице, дрожащими пальцами набирала номер такси.