ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Кирилл словно не слышал слов психолога, к которому ходил почти год. Сейчас мужчина и сам не назовет причины, по которой обратился к врачу. Кажется, он тогда расстался с Алисой. А может дело в его неконтролируемых вспышках гнева, чрезмерном цинизме… излишней жестокости, холодности к окружающим и замкнутости?.. Всё это ровным счетом сейчас не имеет значения. Он справляется с гневом, учится помогать и позволяет окружающим больше узнавать себя. Приоткрыл завесу своей жизни для, вечно жаждущих сенсаций, журналистов. Племянники сделали его мягче. В данный момент холодного и сурового с виду мужчину, волновала одна маленькая женщина. Хрупкая и слабая на первый взгляд, в душе настоящая одинокая волчица. С сильным характером, стремлением быть лучше и не равняться на массу. Женщина, которая так точно сформулировала его представления о семье. Да-а, Катя волновала его спутанные мысли. Будоражила кровь. Но снова этот стопор. Страх. Сомнения.

Подозрительность. Откройся она ему, прояви капельку инициативы, все барьеры были бы сметены. Атак, они два взрослых человека, каждый вечер продолжают играть в поддавки.　

— Сколько времени длятся ваши “отношения"? — задал вопрос психолог.　

— Больше месяца. Я не знаю, какие конкретно к ней испытываю чувства, кроме желания заботиться. Но это крайне сложно выполнить. Она такая упрямая, такая самостоятельная… оторопь берет!.. — Несмотря на возмущенный тон, мужчина улыбался, вспоминая Катерину, которая не желала слушать, а помощь принимала чуть ли не насильно.　

— С семи утра и до девяти вечера, если мы и пересекаемся, то общаемся исключительно по делу. Я все так же строг и требователен, потому что не приемлю фривольность в рабочее время. Да и не смешивал я никогда работу и отношения. Но честно, это стало меня утомлять. Начинаю, даже злится за то, что работает у меня. А злюсь то на Катю. Опять же не справедливо по отношению к ней и от этого распаляюсь еще больше. Замкнутый круг получается, — Кирилл задумался: а не много ли он психологу рассказывает?

Мысленно махнул рукой. Морис получает за это неплохие деньги, да и прекрасно знает свое дело.　

— Но стоит только стрелке часов перевалить за девять, мы оба выдыхаем. Ни слова о делах. Беседы только на посторонние темы, а их у нас немерено. Шуточные споры и смех, — Кирилл сел ровнее, словно взволнованный пришедшей на ум мыслью. — Знаете, только с ней я чувствую себя раскованно и комфортно. Ее привычка язвить и иронизировать, забавляет и умиляет меня. С ней не бывает скучно.

Даже молчать мы умудряемся интересно. С Катериной это не сложно. Дошло до того, что ни один вечер я не представляю без общества этой женщины. Мне бывает совестно ее позвать, потому что с утра был слишком груб или успел наговорить несправедливо гадостей, но она сама приходит. Умная девочка. И терпеливая. Всегда, как ни в чем не бывало. Но язва жуткая! В шутках умудряется меня упрекнуть или даже к совести воззвать. Но так искусно это делает, что нет ни злости, ни раздражения.　

— Вы думали о Катерине, как о возможной спутнице жизни? — поинтересовался врач, что-то помечая в блокноте. Ему нравилось работать с Кириллом. Он был не обычным человеком. Талантливый во всем, и обладая навыками безупречного лидера, Кирилл не мог справиться с собственной жизнью. Не умел любить открыто, жарко и правильно, как должно быть. Свои чувства он хранил в темном чулане под семью замками и никогда, не выражал их словами. Вся его любовь была в поступках, которые часто противоречили словам. Он мог говорить, что-то не совсем приятное, но при этом помогать и ненавязчиво заботиться о человеке. Проблема, что не все умеют это увидеть, многим нужны в подтверждении чувств еще и слова. Вроде, по этой самой причине и ушла Алиса.　

— Думал ли я? — Кирилл не на шутку озадачился. А правда, думал ли? — Скорее нет, чем да.　

Мужчина стал принимать присутствие Катерины, чем-то обыденным. Как будто, так и должно быть. Ее смех, легкость и доброту, он стал воспринимать как должное.　

— Подумайте, просто представьте… — врач задумался, что-то вспоминая. — Или как, вы это обычно говорите?.. О! Подставьте фон: Катерина покидает ваш дом, скажем, нашла другую работу. Или нашла себе спутника жизни. Что тогда?　

Кирилл скривился от неприятного чувства в груди. Это была не просто ревность и собственнические чувства. Это была тоска.　

— Я подумаю над этим, — вновь став собранным, мужчина попрощался и покинул кабинет психолога.　

Без труда влилась в рабочие будни. Дни пролетали стремительно. Я даже стала путаться в числах. И это не удивительно, если каждый вечер проводить в обществе мистера Кашера. Я много думала о наших взаимоотношениях, но так и не нашла однозначного ответа. Мы определенно не были друзьями, но и любовниками нас не назовешь. Мы просто были вместе. Смотрели фильмы, поедая не очень полезную пищу, или готовили сами. А утром приходили повара, и я получала по шапке за то, что трогали их специи и сковородки. Мы могли просто взять и пойти кататься на машине по ночному городу, слушая музыку и дурачась. Ну, я, дурачась. Кирилл поддерживал меня улыбкой. Это если дождливо, а если сухо и тепло то гуляли по парку, болтая ни о чем и обо всем. О политике, о Путине… кто сейчас не говорит о Путине? Да, мне кажется, даже дети в песочнице обсуждают его и Барак Обаму. Ну, может еще Лаврова. Но это совсем продвинутые дети. Говорим о книгах, о музыке, о жизни в целом и частности. Много шутим и без зазрения совести подкалываем друг друга. Иногда, даже пошло и грубо, но вроде оба привыкли уже. Мне определенно хорошо с этим человеком, иначе бы я сама не приходила в его кабинет, как к себе домой.

Есть в Кирилле мужественность и очарование, не смотря на его бестактность. Порой готова его придушить, но всё его “недостатки" слишком мелкие и незначительные на фоне достоинств.　

Курсы продлятся еще два месяца, но Кирилл мне уже подарил дорогой и мощный компьютер, предварительно установив на него все необходимы программы: фотошоп, иллюстратор и прочие. Я отнекивалась, как могла, но Кирилл умеет убеждать. Уже начала осваивать просторы сайтов для фрилансеров. Оказывается, в Англии с этим нет проблем. Для опытного веб дизайнера найти работу не проблема. Для меня сложновато, но я нашла сайт, где можно посостязаться за работу на конкурсной основе. Заказчик сам выбирает победителя и может с ним заключить дальнейший договор. Для меня это опыт и наработка портфолио.　

Девочки всё-таки забрали документы из колледжа. Мария, как и обещала, поступила в театральный. Мы вместе ездили ее поддержать на вступительных экзаменах. Правда, две недели она нас ушатывала своими миниатюрами, заставляя принимать в них участие. А Лиза вопреки всему пошла на лингвистический факультет, желая стать переводчиком. Я бы с радостью записалась на танцы или йогу, но времени не хватает катастрофически. Работать в доме Кирилла хорошо, но рутинно и бесперспективно. Такая работа быстро засасывает в зону комфорта, и одновременно лишает свободы.　

— Катя, где мой айпад? — в ужасе спросила Мария, влетая в холл. Я как раз занималась на компьютере.

Теперь на своем. Девочки собирали вещи. Всё же решили сначала к матери поехать и всё ей рассказать, посчитав, что она заслуживает знать правду.　

— Посмотри на столе, — ответила, не глядя. Я обводила логотип в иллюстраторе, который нарисовала сама, для ночного клуба.　

— Ты едешь с нами? — Спросила Лиза, спуская чемодан по ступеням. Я бросилась к ней.　

— Стой, я помогу! Чего тяжести таскаешь?　

— Обе сдурели? — раздался голос Кирилла, который спускался следом. — Руки убрали от чемодана, и отошли на безопасное расстояние. И чтобы я больше вас рядом с ним не видел, — с напускной суровостью проговорил мужчина. — Говард! — без зазрения совести, позвал дворецкого. Мы с Лизой переглянулись и хохотнули. Мужчина спокойно пошел во двор заводить машину.　

— Мы передадим папе, что ты скучаешь по нему. И что ты уже не такая грозная и замкнутая, — шепотом проговорила Мария, обнимая меня.　

— Мы будем скучать, — Лиза тоже повисла на шее.　

— Полтора месяца быстро пролетит, — отмахнулась, сама понимая, что и мне будет без девчонок тоскливо.

Колин улетает в Португалию, вести строительства нового предприятия. Предполагает, что пробудет там год.

Маркус вечно на репетициях пропадает. Выходит, мы с Кириллом остаемся вдвоем. Маркус не в счет.　

— А чего это вы с Катериной прощаетесь? — спросил вошедший Кирилл.　

— Она с нами в аэропорт едет.　

Я перевела на мужчину изумленный взгляд.　

— Мистер Кашер, но у меня выходной. Я позаниматься хотела. Мне нужно домашнее задание выполнять.

Какой с меня толк в аэропорту, а с девочками мы уже попрощались?　

Кирилл прищурился. Взгляд уткнулся в угол. Видно было, как мужчина борется со своими эмоциями и как трудно ему это дается.　

— Я вас не на прогулку приглашаю. Вы понадобитесь на обратном пути, есть одно важное дело, — жестко проговорил Кирилл, прожигая меня колючим взглядом.　

Сжала ладони, выдохнула и пошла одеваться, под сочувственный взгляд близняшек, которые больше не пытались меня защитить. В последний раз их помощь вышла мне боком. Кирилл лишил меня ста долларов от жалования. Денег правда, мне всё равно хватало, потому что я не платила ни за жилье, ни за пропитание. И на учебу меня возил Ричард.　

Да аэропорта ехали молча. Настроение было безвозвратно испорчено. Скупые улыбки, сухое прощание и я провожаю самолет долгим взглядом.　

Сели в машину. Кирилл не спешит ехать. Стучит пальцами по рулю, что-то обдумывая.　

Я не выдержала напряженной тишины.　

— У вас, кажется, важное дело?　

— Скажи, я поступил некрасиво? Не справедливо по отношению к тебе? Почему должен лицезреть кислые лица, когда не сделал то за, что должен испытывать чувство вины. Разве вы не подписали договор сами?

Разве я должен как-то снисходительно относиться к своим сотрудникам, если они проживают в моем доме и завели дружбу с моими племянниками? — нападал Кирилл, определенно чувствуя вину, о которой говорил. Ему хотелось переложить с себя ответственной за плохое настроение близняшек на чужие плечи. Попросту говоря, искал виноватых. Я такой становиться больше не собиралась. Всё хорошо, но в меру. И его колкие слова, задели меня в достаточной мере, чтобы я решила возразить.　

— Вы никому, ничего не должны. Но ваше необъяснимое поведение переходит все границы. Поначалу может, это было весело то, как вы, пользуясь договором и своей властью, съедаете мое время, под самыми разными предлогами. Но сейчас даже не улыбает. Всем давно понятно, вы делаете это из собственной прихоти и эгоизма, не понятно только зачем? Ты сам требуешь, чтобы я училась и развивалась, требуешь ответственности и сам же лишаешь меня этой возможности…　

— Хватит! — крикнул мужчина, ударив по рулю.　

Я резко умолкла, подскочив от неожиданности. Кирилл завел машину и вырулил с парковки. Стрелка спидометра набирала скорость, отсчитывая километры. Вжалась в сидение, молясь, чтобы нас остановила полиция.　

— Хватит гнать. Хочешь угробить нас? — прошипела я.　

Кирилл сжал руль до побелевших костяшек пальцев.　

— Я прошу тебя, заткнись пожалуйста! — стискивая зубы произнес мужчина.　

Закусив губу, отвернулась к окну. Мы остановились около въезда в Гайд-парк. Кирилл вышел из машины, громко хлопнув дверью. Кажется, пинает колесо. Сел, выдохнул, и мы поехали дальше в полной тишине.

Не стерпела и включила музыку. Не могу больше выносить этих невысказанных вслух претензий.　

Кирилл высадил меня около дома, а сам поехал дальше, свистя покрышками, оставляя на асфальте следы жженой резины.　

Дома всё валилось из рук и тоже хотелось пойти и отпинать колесо, но во дворе, не стояло ни одной машины. Собралась и доделала логотип. Потом села изучать пройденный материал и смотреть обучающее видео. Не заметила, как уснула прямо за столом. Усталость всех этих напряженных недель казалось, разом обрушилась на мои плечи. Не услышала, как вернулся Кирилл, как тихо подошел. Не знаю, долго ли стоял, но почувствовала, как поднял на руки.　

— Пусти, — сонно зашипела я. — Сама пойду.　

— Тссс, — прижал сильнее и понес в мою комнату.　

— Деспот, — фыркнула, прижимаясь к груди, слушая размеренный стук сердца.　

Знакомый смешок и поцелуй в макушку. Вздрогнула от неожиданности.　

Положил меня на кровать и сел рядом. Смотрел долго и внимательно. Я не отводила глаз.　

— Колин уезжает в конце недели, займешь его комнату. Переделаешь там всё под себя…　

— Аты его спросил?　

Кирилл потер лоб.　

— Конечно. Он сам предложил. Ладно спи давай, — Кирилл медленно поднялся. Постоял возле кровати, желая что-то сказать, но так и не решился. Ушел.　

Утром пробежка, ароматный кофе в одиночестве, сидя в беседке. Завтракать в столовую не пошла. Что мне там делать, если близняшек нет? Йен принесла нетронутый завтрак Кирилла. Значит, не выходил вообще. Или это отказ от еды в одиночестве? Да, нет. Бред. Есть же еще Колин и Маркус. Ближе к полудню начала волноваться. Кирилл не поехал на работу.　

Пылесося в холле, не заметила, как сзади кто-то подошел.　

— Кхм, — раздалось вежливое покашливание.　

Обернулась и выключила пылесос. Напротив меня стоял мужчина лет тридцати. Русые волосы, бледные голубые глаза, но в целом довольно привлекательный.　

— У вас очаровательный зад и я готов и дальше им любоваться, но мне нужен Кирилл.　

А незнакомец то без комплексов. Похотливый взгляд мужчины изучающе скользил по моим скромным формам.　

— Представится, для начала, не желаете? И кто вас впустил в дом? Полагаю, что сами вошли. Может, и Кириллу сами позвоните, чтобы он спустился? — с холодным равнодушием спросила, изогнув бровь.　

Незнакомец в серой рубашке и джинсах мерзко усмехнулся.　

— Пробовал. Трубку не берет, — пояснил он, вращая телефон. — Я, кстати, Демиан, — представился мужчина.

Проигнорировав протянутую руку, достала телефон. После пары гудков, Кирилл ответил.　

— Мистер Кашер, спуститесь в холл, пожалуйста. К вам пожаловал некий Демиан, — более чем пафосно произнесла я и вернулась к работе.　

Мужчины обменялись рукопожатием и скрылись в кабинете Кирилла. Хозяин расположился за столом, а　 гостю предложил стул.　

— Пришел ответ из России на наш запрос, — неприятным, сухим голосом, произнес Демиан протягивая большой конверт.　

Кирилл неуверенно взял письмо. Задумчиво изучил его поверхность, а после медленно распечатал.

Демиан с любопытством наблюдал за своим начальником.　

В письме из районного УВД Подольска, никакой компрометирующей информации о Катерине не сообщалась. А вот в отчете участкового было кое-что любопытное. Киселева Екатерина Семеновна числится пропавшей без вести, с две тысячи четырнадцатого года.　

Кирилл поднялся и убрал документы в сейф.　

— Это всё? — поинтересовался Кирилл, озадаченный новостью.　

— У вас классная домработница. Молодая, — с намеком произнес мужчина.　

Кирилла сконфузило от наглости и дерзости помощника. Демиан никогда не следил за языком, но работником был хорошим. Ответственным.　

— Демиан. Кажется, я тебе уже не раз говорил, чтобы ты следил за своей речью? Штраф пятьсот долларов, — с каким-то садизмом произнес мужчина. Помощник скривился.　

— Я готов заплатить еще пятьсот, если вы отпустите ее со мной на свидание, — ухмыляясь, заявил нахал.

Кирилл опешил.　

— Ладно, ладно! — молодой человек выставил руки и попятился к двери. — Это всего лишь шутка.　

— Стой. Отправь еще запрос. Попроси участкового прислать фотографию пропавшей девушки.　

Помощник кивнул и, простившись, вышел. Кирилл со вздохом, открыл ящик стола, разглядывая фотографию Катерины, сделанную на Лизин телефон.