Глава 26. Настя

Голова гудит. С трудом открываю глаза, и первое, что я вижу — обеспокоенное лицо Славы. Только потом ощущаю, что я лежу на кровати, а ведь вырубилась за столом.

Точно... Меня ведь вырубало недавно. Очень внезапно. И просто ли так?

Непонимающе уставляюсь на Славу. А где Карина?

Смутно вспоминаю её слова о нём... И вроде бы я успела попрощаться с ней? Но как тогда здесь Слава?

Мысли отказываются складываться во что-то более связное. Ещё и напряжённый вид Славы мне не нравится. Прямо-таки подчёркивает, что что-то не так.

— Как ты? — наконец заговаривает Слава.

В его голосе есть что-то тяжёлое, отчего мне ещё больше не по себе. Приподнимаюсь, пытаясь собрать мысли в кучу. Облизываю пересохшие губы. Водички бы...

И сколько я так проспала?

— Нормально… — зачем-то вру, хотя на самом деле я далека до нормы.

И меня куда больше тянет расспрашивать его, что вообще происходит. Но в то же время страшно...

Наверное, мне нужно время прийти в себя. И тогда я сама всё пойму — ну или заговорю с ним нормально. А пока жадно осушаю стакан с водой, который всё-таки стоит возле моей кровати.

Слава с сомнением качает головой.

— Я всё-таки думаю, что показаться врачу не будет лишним. Да, тебя опоили обычным снотворным, но вряд ли Карина беспокоилась о приемлемой дозе.

Застываю. Ну вот, мне не понадобилось даже спрашивать... Меня действительно опоили.

Голову настойчиво заполняют воспоминания, как сестра меня настойчиво подводила к тому, чтобы я ответила, каково мне будет, если Слава спутает её со мной. И если при этом поцелует...

О Боже.

— Карина написала мне с твоего телефона, — Слава говорит это так неохотно и даже вымученно, что у меня сердце пропускает удар. — Вот он. Я так подозреваю, что она и переписку нашу прочитала.

Сердце ёкает, когда я принимаю свой гаджет. Значит, Карина всё-таки…

Нет. Нет-нет-нет. Я не хочу слышать дальше. Но, увы, Слава продолжает:

— Она позвала меня сюда. Пока ты была на кухне, вырубившись так, что твоя голова неудобно лежала на столе. Она даже одежду твою использовала.

Мотаю головой. Я не хочу знать, что у них там происходило, пока Слава думал, что перед ним я.

Написала с моего телефона, позвала в мой дом, выглядела как я, была одета в мою одежду...

Конечно, я уверяла Карину, что Слава узнал бы меня — но какие шансы были сделать это в таких обстоятельствах?! Как по нотам всё обыграла. Ещё и в телефоне у меня ковырялась... Разблокировала с помощью моего же пальца?

— Я выгнал её, — продолжает Слава, гулко сглотнув и отведя взгляд. — Но на этом не всё, я намерен не оставить это без ответа. Как минимум, в одной академии со мной Карина учиться больше не будет. А ты... Больше не вздумай связываться с ней. Я знаю, что не имею право тебе запрещать, но... — он тяжело вздыхает, качая головой.

Мне хочется сказать, что после такого я сама её заблокирую и уж точно даже не буду пытаться стать сёстрами; но слова застревают в горле. В итоге я просто киваю.

— И сегодня я тоже остаюсь у тебя, — добавляет Слава тоном, не терпящим возражений. — Буду следить за твоим самочувствием. Ну а завтра уже переселюсь со шмотками, как мы и планировали.

Я так и молчу. Хотя меня безумно тянет узнать, что же было за тот промежуток времени, когда Слава думал, что перед ним я. И как вообще понял, что это не так?

В то же время я не уверена, что мне нужно это знать. В итоге Карину ведь выгнали. Её больше не будет в наших жизнях. А остальное...

Боже, как же дерёт внутри. Просто сидеть тут перед ним и молчать становится невыносимо. Но и сказать ни слова не могу. Слишком тяжело.

Мне нужно время. Хотя бы минута, чтобы прийти в себя.

— Я… в ванную, — с трудом выговариваю, и, не глядя на Славу, поднимаюсь с кровати.

Он не отвечает, но прослеживает взглядом все мои движения. Из-за чего я даже на ослабевших ногах иду как можно быстрее и увереннее.

И вот я уже запираюсь, выигрывая себе время. Хоть и не уверена, что мне хватит даже всего оставшегося мне отмеренного в жизни. Долбанный раздрай только усиливается, накатывая вместе с чувством беспомощности.

Зеркало в ванной издевательски ярко освещает моё бледное лицо, растрёпанные волосы и тёмные круги под глазами. М-да, ну и видок... И не столько даже коробит, что Слава видел меня такой. Куда больше волнует, что я явно долго пролежала без сознания, раз дошло до такого.

А значит, за это время произойти могло успеть что угодно...

Включив воду, несколько раз умываю лицо. Не помогает... Ну, видок, может, и посвежее, а в душе всё равно дерёт. Настраиваюсь на разговор со Славой. Он ведь наверняка мне честно ответит, если спрошу напрямую — как скоро он понял, что перед ним Карина? И было ли что-то?

Не знаю, сколько бы я стояла вот так, то замерев, то в который раз умывая лицо. Но в итоге выводит меня из этого звук об уведомлении на телефоне.

Сообщение. От Карины.

Сердце тут же ускоряет биение. Мне страшно. Настолько, что дыхание спирает, пока дрожащие пальцы раскрывают, что она там мне прислала. Видео.

Едва не роняю телефон, потому что уже начинаю догадываться, что там увижу. Как же не хочется включать. Буквально до паники.

Меня так колотит, что я даже не соображаю, в какой момент всё-таки ткнула в нужную кнопку. Потому что видео всё-таки начинает проигрываться. И там...

О Боже. Я не знаю, как умудряюсь не уронить телефон. И даже стоять на месте. Вот только вряд ли моргаю, потому что глаза уже побаливают. Но я безжалостно впиваюсь ими в происходящее, которое режет меня на части.

Там они. Карина и Слава. Вместе.

Кадры неровно сменяют друг друга: их явно пришлось склеивать. Ей не всегда удавалось снимать. Обрывками, которые сменяются то видом моего пола, то стены, то просто новым наложенным эпизодом.

Но увиденного достаточно, чтобы я медленно умирала на месте.

Их объятия. Гладящий по телу Карину Слава... Она на коленях перед ним, делающая минет. Новый кадр: оба начинают снимать друг с друга одежду...

Не знаю, в какой всё-таки момент он понял, что перед ним не я — но это уже и неважно. Всё равно слишком поздно. Это уже не исправишь никак, что бы я себе ни внушала. Как бы ни напоминала, что из-за продуманности Карины было почти нереально догадаться, и что он мысленно был не с ней...

Смысл цепляться за это, если я боюсь даже выйти из ванной и снова посмотреть на Славу? Я не представляю, как мы дальше будем. Это просто нереально.

И мне так больно из-за этого, что задыхаться начинаю. И выть волком хочется. Даже не думала, что настолько привязалась к Славе... Ну вот, привет, осознание. Он не просто мой парень — любимый, необходимый.

Очень, блин, вовремя я поняла, как в нём нуждаюсь. В момент, когда это смерти подобно. Даже хуже.

Карина начинает что-то печатать, но я не дожидаюсь. Просто блокирую её. Теперь моя очередь. И я сделаю это окончательно.

Вот только ничего этим не решу. И даже немного легче не становится.