Глава 27

Полина

Увы, всем моим планам на ближайшие дни не суждено было сбыться. Матушка вдруг вспомнила, что нас приглашали в загородное имение барона Вольдена. Мы спорили до хрипа в горле — конечно же, я не желала никуда ехать, но когда Кристина Лерьер меня слушала? Поэтому спустя пару дней мы уже тряслись в душном экипаже к обещанному «маленькому озерцу и пьянящему запаху трав», как описывал свое имение барон. Конечно же, со слов матушки. Мне же загородное имение виделось клеткой, потому что матушка без умолку трещала о том, что было бы неплохо провести там пару недель.

Барона Вольдена я почти не знала. Это оказался мужчина лет пятидесяти, с благородной проседью в волосах и мягкой, кошачьей улыбкой. Он осыпал комплиментами матушку, затем меня и заверил, что безумно счастлив видеть нас обеих. Я ему не верила и понимала, что моя пытка началась. Пытка длиною в четырнадцать долгих, томительных дней. Я была вынуждена гулять, улыбаться, делать вид, что все хорошо — и слышать шепотки за спиной.

Однажды бродила по парку, когда мимо прошли две женщины возраста матери. Они даже не стали дожидаться, когда я уйду.

— Это что, та самая? — шептала одна в спину.

— Да, та самая. Зачем барон вообще пустил эту, с позволения сказать, девушку в дом? Понятно ведь, что она тоже причастна. Говорят, её от казни спас любовник.

— А я слышала, что её любовник — сам магистр тьмы.

— Так, может, вы у него лично спросите, правда это или нет? — обернулась я к сплетницам. — Ради такого случая договорюсь о встрече.

— Мы не о вас, милочка, — картинно закатила глаза блондинка.

— Слишком много чести, — добавила брюнетка, и они поспешили прочь. А я чувствовала себя оплеванной. Если бы здесь был Анри, никто бы косо не глядел в мою сторону. Мне так его не хватало! Каждую ночь мечтала об одном — увидеть его во сне, но он даже не снился. Жестокий…

Когда настал день отъезда, я едва не порхала от счастья. Матушка тепло распрощалась с бароном, и мы наконец-то поехали домой!

— А у меня для тебя сюрприз, Полли, — проговорила матушка, когда ворота особняка остались позади.

— Какой же? — без особого интереса спросила я.

— Барон Вольден намекнул, что он не против сделать тебе предложение. Правда ведь, чудесно?

— Что? — Я обернулась так резко, что закружилась голова. — Я не выйду за него замуж, мама.

— Подумай, Полли. Барон богат! Да, это не тот муж, которого я желала бы для тебя, но в нашей ситуации не приходится выбирать, раз уж ты упустила более выгодных кандидатов.

— Мама, я вообще не собираюсь замуж! Ни за кого! — кричала я.

— Не ори! — припечатала она. — Прикажу — и выйдешь. Я сама дам за тебя согласие барону, если он придет. А ты будешь сидеть, закрыв рот, поняла?

— Не буду.

— Пожалеешь.

Я уже жалела, что вообще вернулась домой. Лучше было бы держаться подальше, но, увы, Полина Лерьер может открыть гораздо больше дверей, чем просто Полина. Что мне делать? Я ни за что не предам Анри! Даже если небо рухнет на голову. Матушка замолчала, а я беззвучно глотала слезы. Как только экипаж остановился у дома, помчалась переодеваться. Не выдержу больше ни минуты!

Мне хотелось уйти как можно дальше и побыть одной. Не слушать матушкиных наставлений и уговоров, никого не видеть. Я устала! Устала настолько, что чувствовала себя древней и дряхлой. Не физически, а глубоко внутри. Поэтому уже спустя час вышла на улицу и пошла, куда глаза глядят. Без сопровождения, зудящего за спиной. Без надсмотрщиков, будто от них есть толк. За время, проведенное в доме барона, я не раз и не два думала, что сделаю, когда вернусь. И теперь направлялась к коллежу. Да, летние каникулы были в самом разгаре, но мадам Симона очень редко покидала свое детище. И потом, наверняка, уже начались вступительные экзамены. Поэтому я надеялась найти директора на рабочем месте.

Вот и знакомые ворота. Сколько же с этим местом связано воспоминаний и надежд! Здесь в саду мы тайком встречались с Анри, обсуждали выпускной, свадьбу. Интересно, куда подевалось мое выпускное платье? Наверняка, пылится где-нибудь дома. Жаль, что он так меня в нем и не увидел. Анри…

Его имя въелось в сердце настолько прочно, что я с ним просыпалась и засыпала. Наверное, это был определенный род безумия. И сейчас стены коллежа напоминали о нем, о том, что мечталось, но не сбылось. О моей погубленной жизни. Я подошла к двери и постучала. Открыли почти сразу. На пороге замерла мадам Жаннетта.

— Мадемуазель Лерьер? — удивленно уставилась она на меня.

— Здравствуйте, мадам Жаннетта, — ответила тихо, опасаясь, что меня тут же прогонят прочь, но вместо этого наставница вдруг крепко меня обняла.

— Девочка моя, — прошептала она. — Я думала, больше не свидимся. Проходи, проходи скорее.

И увлекла меня в свою комнату. Я смотрела на знакомые стены, вспоминала счастливые дни. Между мной и ними пролегла пропасть. Настолько глубокая, что не перепрыгнуть, не переплыть.

— Как ты? — спрашивала мадам Жаннетта.

— Сложно, — ответила честно.

— Полли! Если бы ты знала, как мы беспокоились. Матушка искала тебя, когда ты сбежала, и здесь в том числе. А эти черные демоны из тайной службы перерыли все на свете, разве что под кровать ко мне не заглядывали. У!

И мадам погрозила кулаком неведомым «демонам».

— Я очень скучала, — призналась ей искренне. — Коллеж — это лучшее, что было в моей жизни.

— Рано так говорить, Полли. — Мадам Жаннетта взяла меня за руки. — Все еще впереди.

— Если бы! Я вообще-то пришла к мадам Симоне. Она здесь?

— К сожалению, она вернется только к концу недели. А что такое?

— Мне нужен пропуск в городской архив.

— Ты знаешь, я могу сама тебе помочь, — заулыбалась мадам Жаннетта. — Главный архивариус — мой кузен. Давай напишу ему записку, и он тебя примет.

— Я была бы очень благодарна!

Неужели хоть какая-то хорошая новость за последние дни?

— Вот. — Мадам Жаннетта бегло набросала на листе послание к брату. — Он — хороший человек, не откажет. Может, выпьешь со мной чаю?

Я хотела было отказаться, но мадам лучилась такой радостью, что пришлось ответить:

— С удовольствием.

Около часа мы сидели и пили чай. Я вкратце поведала мадам Жаннетте о своих злоключениях. Конечно, то, что можно было рассказать. Она охала и качала головой.

— Ты всегда можешь прийти сюда, Полли, — напутствовала меня напоследок. — Мы будем только рады.

— Спасибо. — Крепко обняла мадам Жаннетту и пошла прочь, но камень на сердце стал немного меньше. Однако, чем дальше я уходила от коллежа, тем сильнее становилось чувство, что за мной наблюдают. Я не знала, чем его объяснить. Только тревога все нарастала и нарастала. Свернула за угол и решила выждать немного, не повернет ли кто-то за мной. Уловка оказалась действенной. Не прошло и минуты, как из-за угла показался мужчина в черном плаще. Он остановился, пытаясь понять, куда я подевалась, а мне удалось рассмотреть его лицо. Какая неожиданная встреча!

— Здравствуйте, герцог Дареаль, — окликнула его я. — Не меня ли ищете?

— Здравствуйте, мадемуазель Лерьер, — главный дознаватель магистрата обернулся и неожиданно улыбнулся. — Вы меня заметили. Теряю сноровку.

— Чем обязана? — подошла ближе.

— Увидел знакомое лицо, хотел поздороваться, — спокойно лгал герцог.

— И поэтому так и не подошли?

— Как раз собирался.

И взглянул на меня честным, пронзительным взглядом.

— Тогда вы достигли своей цели. Я могу идти?

— Конечно, — кивнул он.

Я продолжила путь. Герцог, уже не скрываясь, пошел за мной. Мы миновали улицу или две прежде, чем снова пришлось остановиться.

— Еще скажите, что вам со мной по пути, — окликнула главу «демонов».

— А вы сомневаетесь?

Да он издевается! Но почему-то не было обидно. Я ведь и не сомневалась, что за мной станут приглядывать.

— И куда же вы идете одна без сопровождения, мадемуазель Лерьер? — поинтересовался герцог.

— В городской архив, — решила, что стоит сказать правду.

— Что юная мадемуазель забыла в архиве? — изумился он.

— Стремлюсь к самообразованию, знаете ли. Люблю много читать, — говорила уже на ходу, потому что герцог не отставал.

— Библиотека Лерьеров оскудела? — продолжал потешаться он.

— Иногда полезно пройтись. А если начистоту, зачем я вам понадобилась, герцог Дареаль?

— Если начистоту… — Лицо герцога посерьезнело. — Я бы советовал вам оставить дело Вейранов, Полина. Для вас это может быть опасно.

— Угрожаете?

— Предупреждаю. Уверен, за убийством Таймуса стоят серьезные силы. И вас они просто пожрут.

— Как Анри?

Я снова остановилась и теперь глядела на герцога с вызовом.

— Как Анри, — согласился он. — Все же мне не дает покоя это убийство. Другого магистра света до сих пор нет. Посмотрите, что происходит с погодой. Жара стоит немилосердная. Двое оставшихся не справляются, это не в их власти. Кому помешал Таймус? Зачем? Связано ли его убийство с Анри Вейраном? Или он просто попался на пути, как удобная мишень? Слишком много вопросов.

— Если у вас остались вопросы, то где же тогда справедливость? — тихо спросила я. — Почему Анри отвечает за чужое преступление?

— Потому, что так было надо, — нахмурился герцог.

— Кому?

— Уж точно не мне. Убийство магистра вызвало бы волнения в народе, сомнения в самой власти магистрата. Поэтому суд произошел так быстро. Но вы ведь и сами это понимаете, мадемуазель. Я по-прежнему вас предупреждаю — не вмешивайтесь. Сам граф Вейран не справился с этой силой, а Виктор был одним из сильнейших магов, которых я знал. Куда уж вам? Хотите, я провожу вас домой?

— Проводите, — ответила я.

Поработать в архиве герцог все равно не даст, да и я была немного выбита из колеи этой встречей. И у мадам Жаннетты провела дольше, чем планировала. Но завтра я все-таки доберусь до архива. Что такого было в семье Анри, что от них поторопились избавиться? И правдив ли рассказ магистра тьмы? Мне нужны были ответы, потому что вопросов становилось все больше.

Герцог предложил мне локоть. Оставалось только опереться на его руку, и мы медленно двинулись к особняку Лерьеров. Представляю, что скажет матушка, если увидит нас вместе. Без сомнения, у неё появится еще один кандидат в мои будущие мужья. Дареаль молчал. Я тоже.

— Послушайте, Полина, — заговорил он, когда до дома осталось всего ничего. — Я вижу, что вы — настойчивая девушка. Мой совет остается в силе, но если вы все же узнаете нечто важное, придите ко мне.

— Зачем? — спросила я. — Вы вернете мне жениха?

— Увы, я не властен над пустотой. Но все-таки надеюсь, что рано или поздно правда восторжествует. Таймус не был моим близким другом, однако был хорошим человеком, который не давал этим двум… магистрам сталкиваться лбами. И мне не хотелось бы, чтобы его убийца остался безнаказанным. Надеюсь, мы друг друга поняли.

Я кивнула. Пусть думает, что хочет. Раньше надо было действовать! Раньше, когда можно было спасти Анри. Теперь же справедливость нужна только мне и Филиппу, потому что нам с этим жить.