Глава 34

Полина

Как ни странно, утром я поняла, что выспалась. В окно светило ласковое солнышко, но в доме Дареаля совсем не было душно. Неторопливо умылась, переоделась. Снова здравствуй, свободная жизнь. Только страха почему-то не было. Наверное, я разучилась бояться. А после вчерашнего вечера мое отношение к Дареалю неуловимо изменилось. Да, передо мной по-прежнему был главный дознаватель магистрата. Палач. Иначе было сложно его назвать. Но за этим титулом стоял человек, переживший страшную потерю, и я понимала его. А того, кого понимаешь, обычно не боишься. Что он хотел мне предложить? Зачем привел к себе домой? Хотелось уже получить ответ, поэтому, когда служанка пригласила меня к завтраку, я почти побежала в гостиную. Дареаль уже был там. Сидел за накрытым столиком, идеальный до невозможного. Каждая складка на форме, каждая стрелка на брюках, даже волосы на голове — волосок к волоску. Само правосудие.

— Доброе утро, Полина, — кивнул он мне.

— Доброе утро, Этьен, — ответила тихо. Нескоро привыкну так его называть.

— Как спалось?

Светская беседа супругов после десяти лет брака. Стало даже весело, и я села напротив Дареаля, потянулась к чашке ароматного отвара.

— Собираетесь на службу? — спросила я.

— Да, и хочу пригласить вас с собой.

Чашка выскользнула из рук, разлетелась на мелкие осколки, а на ковре расплылось некрасивое коричневое пятно.

— Простите! — Я подскочила на ноги.

— Ничего. Молли!

Служанка тут же появилась в дверях и в две секунды очистила ковер бытовым заклинанием, а осколки смела на совок. Еще минуту спустя для меня принесли другую чашку.

— Я напугал вас, — усмехнулся Дареаль. — Если хотите, оставайтесь дома, но мне надо поговорить с господином Андре Паскуалем. Мне показалось, что вы хотели бы пойти со мной.

Паскуаль? Напарник Анри? Я едва не опрокинула вторую чашку.

— Я пойду с вами, — ответила торопливо.

— И не сомневался. Только прошу вас, Полли, сохраняйте спокойствие. И накиньте что-нибудь, чтобы никто вас не узнал. Ваша матушка подняла на уши всю столицу, ищет пропавшую дочь. Правда, старается сделать это без лишнего шума, но не выходит.

— Мама сторговалась с бароном Вольденом, — с горечью ответила я.

— Возможно, она просто желает вам счастья вдали от семьи Вейран.

Я промолчала. Дело не в этом. Матушка не слышала меня и не желала слышать, вот и все. Она думала только о себе.

— И все-таки, Полли, что вам известно по нашему делу? Думаю, стоит отставить тайны, раз уж мы решили действовать сообща.

Решили? Видимо, да, раз я сижу в доме главного дознавателя. С другой стороны, кому я сделаю хуже? Уже никому. Поэтому начала с самого начала — зеркального заклинания, о котором говорили на суде, затем пересказала беседу с магистром тьмы.

— То есть, Фернан настаивал, что проблемы у Вейрана возникли из-за старого магистра? — Дареаль задумчиво потер подбородок.

— Да. Вы знали его?

— Магистра Тейнера? Знал. Какое-то время нам приходилось сталкиваться по долгу службы. Но я никогда не думал, что Виктор Вейран разругался с ним в пух и прах из-за женщины. Всегда было видно, что Виктор любит Анжелу, свою жену.

— Тогда какая была официальная причина ссоры? Из-за чего граф Виктор покинул столицу? — спросила я, допивая остывающий чай.

— Официально? — Дареаль уставился на меня тяжелым, пронзительным взглядом. — Политика, Полли. Тейнер пытался обвинить Виктора в попытке восстановить монархию. Вы же знаете, что Виктор — дальний родственник королевской семьи? Скажем так, непрямой потомок?

— Я что-то такое читала, — припомнила документы архива.

— То-то же. Прошло пятьдесят лет, а при слове «монархия» у магистров до сих пор поднимается шерсть на загривке. Магистрат — это власть. Неудобная, но все же.

— Почему неудобная?

— Посудите сами, Полли. То ли один маг, который управляет тремя видами силы, то ли три мага, которых выбирают артефакты, и которым надо как-то договариваться между собой, даже если они терпеть друг друга не могут. Занятно?

— Да.

— О том и речь. Например, Эйлеан иногда даже не здоровается с Кернером, а Кернер всегда терпеть не мог Таймуса, но им приходилось действовать слаженно, чтобы поддерживать баланс. Сейчас без Таймуса дела в магистрате обстоят неладно. Он все-таки был стар и мудр, а эти два мальчишки меряются носами.

Я улыбнулась. Представила магистров тьмы и пустоты с линейкой в руках, измеряющих, чей нос длиннее. Когда-то в Гарандии существовало поверье, что чем длиннее нос, тем больше ум.

— Вот и получается, что Тейнер открыто объявил Вейрана государственным преступником, — вернулся Дареаль к нашей теме. — Тот забрал сына, жену и уехал. Мне тогда было лет семнадцать, я еще оканчивал высшую школу дознания и защиты, когда поднялась шумиха. Мы даже разбирали это дело, как пример.

— И чем все закончилось? — Я пыталась понять, как же графу Виктору тогда удалось выйти сухим из воды.

— Тейнер так и не смог доказать вину Вейрана. Вскоре об этой истории позабыли, и граф спокойно вернулся домой. А еще несколько лет спустя магистр тьмы умер при странных обстоятельствах. Тогда многие говорили, что это Вейран отплатил за свою обиду, но, опять-таки, никто ничего не смог доказать, и состава преступления не обнаружено.

Я задумалась. В чем бы ни была причина конфликта графа и магистра, дело выглядело странно. Может, и сейчас кто-то решил, что Вейраны хотят получить власть? Если рассудить, у них было бы на это право, если бы не существовало магистрата. А может, Виктор и хотел? Откуда мне знать? Избавились ведь не только от него, а и от Анри. И Фил едва не стал жертвой этой бойни. Хотели прервать род? Опасный…

— Время. — Герцог взглянул на часы. — Идемте, Полина. После допроса у меня еще много работы.

Я сбегала в комнату, переоделась, накинула ту самую накидку, которую использовала на суде, чтобы не привлекать внимание. Дареаль оценил мой внешний вид и усмехнулся.

— Такое чувство, что вы готовились, — заметил он. — Что ж, Полли, давайте сразу обговорим условия. Вы не вмешиваетесь в ход допроса и на некоторое время превращаетесь в немую. Идет?

— Да, — без колебаний ответила я.

— И не пугаетесь, что бы вы ни увидели.

Сразу стало не по себе. Зачем Дареаль вообще разрешил мне присутствовать? Чтобы доказать свою добрую волю? И готовность сотрудничать? Мне виделось именно так. Но я готова была пойти и за самим темным богом, если бы это помогло добраться до истины. Поэтому без сомнений села в знакомый черный экипаж. Как все-таки быстро привыкаешь к подобным вещам — всего пару дней назад я не подошла бы к экипажу и на пушечный выстрел, а уже сегодня готова была ехать в нем вместе с человеком, которого должна ненавидеть.

Экипаж тронулся. За окнами поплыли столичные улочки. Поймала себя на мысли, что начинаю ненавидеть этот город, такой чистый и прилизанный, но скрывающий сплошную тьму.

— Светлый артефакт так и молчит? — спросила, чтобы развеять воцарившуюся тишину.

— Молчит, — Дареаль склонил голову. — Занятно, да? Мне кажется, Таймус недаром уговаривал Вейрана разорвать помолвку и посвятить себя светлой магии. Он хотел, чтобы Анри унаследовал его пост. И я не удивлюсь, если артефакт будет молчать и дальше.

Я поняла, что Дареаль имел в виду. Если преемником Таймуса должен был стать Анри, то, пока он жив, у нас не будет светлого магистра.

А экипаж остановился у домика на окраине столицы. Здесь не было огромных особняков и величественных садов или парков, только ряды бедных домишек. Паскуаль затаился тут? Почему? Опасается чего-то?

— Признаюсь, найти нашего свидетеля было непросто, — сказал Дареаль. — Идемте, Полина, пока мышка не почуяла кошек.

По спине пробежала дрожь, и я сразу ощутила мышкой себя. Маленькой и беспомощной, которая рискнула дернуть кота за усы. То ли Дареаль заметил мое замешательство, то ли просто был вежливым человеком, но он тут же предложил мне руку, и я хотя бы не рисковала упасть. Мы замерли перед покосившимся домиком. Герцог ободряюще улыбнулся мне — и трижды громко постучал.

Каждый удар отозвался в сердце. Я приказала себе успокоиться. Не затем я пришла, чтобы развернуться и уйти. Шевельнулась занавеска на окне. Уверена, нас увидели. Заметил это и Дареаль.

— Оставайтесь здесь, Полина, — шепотом попросил он, а сам скользнул за дом. Мгновение спустя раздался чей-то крик, я кинулась туда — чтобы увидеть, как герцог Дареаль повалил на землю Паскуаля и сидит сверху, связывая его руки заклинанием.

— Готово, — поднял он голову. — Не будете ли вы так любезны придержать дверь, мадемуазель?

— Конечно, месье, — распахнула я дверь запасного выхода, и Дареаль втащил Паскуаля в дом. Он бросил свою ношу на диван, сам подвинул стул и сел напротив, а я стала чуть сбоку, чтобы видеть обоих участников действа, но не раскрыть себя Паскуалю.

Бывший напарник Анри трясся, будто листок на ветру, и страшно вращал глазами. Но Дареаля сложно было удивить или разжалобить.

— Вам известно, кто я? — холодно спросил он Паскуаля.

— Д-да, — проблеял тот. — Его светлость Этьен Дареаль, главный дознаватель магистрата.

— Так почему вы попытались бежать?

— И-испугался, — мямлил Паскуаль.

— Чего? — Дареаль сдвинул брови, и Андре затрясся еще сильнее.

— В-вас.

— Я такой страшный? — полуулыбка искривила один уголок рта.

— Нет.

— Тогда давайте побеседуем, господин Паскуаль. Речь пойдет об убийстве магистра Таймуса.

— Меня там не было! — выкрикнул Паскуаль.

— Вот о том, почему вас там не было, мы и поговорим. В котором часу вы покинули пост, месье?

— В начале одиннадцатого. — Андре едва не терял сознание. — Я почувствовал себя дурно, и…

— Дурно? — И глаза Дареаля сверкнули желтым, как у зверя. Что это было? — Вы уверены?

— Да, есть подтверждение…

— Вашей любовницы? Да, месье Паскуаль, не составило труда узнать, что вы увиливали от работы, чтобы провести с ней время. А так как она — штатный целитель магистрата, то с подтверждением проблем не возникало. Но ведь в тот день вы ушли со службы не просто так?

Герцог чуть наклонился вперед, а Паскуаль, наоборот, втиснулся в спинку дивана.

— Я пошел к Тонии, как всегда, — жалобно пробормотал он.

— И вы всегда не оставляли после себя замену?

— Нет, только в тот день.

— Почему?

— Потому что магистр Таймус отказался.

— Вы знаете, кто его убил?

— Нет! — выкрикнул Паскуаль.

— Спрашиваю еще раз, — и снова этот странный желтоватый блеск в глазах герцога. — Известно ли вам, Андре Паскуаль, кто убил магистра Таймуса?

— Нет, неизвестно, — простонал он, кусая губы в кровь.

— А знаете ли вы, кто сделал так, чтобы убийцей считали Анри Вейрана?

— Я не видел его лица… — простонал Паскуаль. — Не видел. Это был молодой мужчина, в плаще с капюшоном. Он попросил меня сообщить, когда будет наша с Анри смена, и уйти со службы. Я больше ничего не знаю! Ничего!

— Опишите плащ, — потребовал Дареаль.

— Обычный, черный. Только застежка… Да, застежка была в форме восьмиконечной звезды. Прошу, отпустите меня!

И Паскуаль зарыдал. Я замерла от удивления. Он настолько боялся Дареаля?

— Чего вы боитесь, месье Паскуаль? — спросил герцог. — Почему заперлись здесь?

— Я не…

Видимо, герцогу надоело, потому что он щелкнул пальцами — и напарник Анри пронзительно вскрикнул, упал на диван, тяжело дыша. Он хватал воздух ртом, будто испытывал сильнейшую боль.

— Кого бы вы ни боялись, — склонился над ним Дареаль, — я страшнее. Поэтому советую ответить на мой вопрос, Паскуаль. От кого вы прячетесь?

— От магистра Кернера, — простонал он. — После суда он приходил ко мне, тоже выспрашивал о возможном убийце. И сказал, что вернется, если я открою…

Вдруг Паскуаль захрипел и забился.

— Полли, вон! — скомандовал Дареаль, и я бросилась к двери. Уже у самого выхода услышала нечеловеческий вопль, а затем появился сам герцог. Он взмахнул рукой, и дом вспыхнул от фундамента до крыши.

— Зачем? — прошептала я. — А Паскуаль?

— Паскуаль мертв, — ответил герцог. — Темный магистр позаботился, чтобы мы не узнали о его интересе в этом деле. Но мне удалось отсрочить заклинание. Все больше вопросов к Кернеру, а допросить его я не могу.

У меня не укладывалось в голове, что Паскуаль умер. Это казалось дурной шуткой.

— Идемте, Полли, — Дареаль увлек меня к экипажу. — Не стоит, чтобы нас здесь видели. Паскуаль получил свое. Да и мы узнали нечто интересное. Кто-то изначально предполагал гибель Таймуса. Был ли он убийцей? Не факт, иначе от Паскуаля избавились бы раньше. Я склонен думать, что враг Анри и убийца Таймуса — это два разных человека. 152e1bc

— Почему вы так решили? — спросила я.

— Много несостыковок. Зачем было просить Паскуаля уйти? Наш убийца мог бы избавиться от Таймуса и при двух гвардейцах. Он ведь действовал на расстоянии. Но нет, кто-то хотел, чтобы именно Анри первым пришел на место преступления. Чтобы именно Анри ответил. Не сходится, не находите? Избавиться от врага можно было, и не убивая магистра. А убить магистра — не избавляясь от Вейрана.

В словах Дареаля была истина. Все-таки на его стороне был опыт.

— Вы правы, — ответила я.

— Да уж… Скверно другое. Мы понятия не имеем, кто эти двое. Придется проверить как дела бывшего темного магистра, так и судью, у которого был зуб на Вейранов. Этим и займемся, Полли. Я постараюсь узнать, где сейчас живет Гарднер. А затем уже наведу справки о темном магистре.

— А что делать мне? — спросила я.

— Вам? Пока что ждать. Если Гарднер уехал, вскоре нам придется немного попутешествовать.

Экипаж остановился у домика герцога. Он не стал меня провожать, но пока я шла к дому, чувствовала взгляд между лопаток. Дареаль наблюдал. И мне казалось, что он видит больше, чем говорит, и больше, чем мне хотелось бы ему показать.